Быть в команде и иметь поддержку внутри своего сообщества — это, конечно, здорово, но найдется тысяча и одна причина, чтобы всё это закончилось.
Сначала наша малышка Света немного переключила фокус внимания и стала реже ездить с нами. Затем я ударилась в любовные отношения и стала ездить со своим молодым человеком. К тому же у него тоже проснулся интерес к верховой езде, и мы даже провели несколько занятий. А потом произошёл большой конфликт с тренером, в котором оказалось, что мы все очень плохие, всё делаем неправильно и ездим плохо — но это только за спиной. В лицо мы, конечно, все подружки — это типично.
Вот что задело меня больше всего — это унизительные комментарии в адрес моей лошади, которые я терпеть никогда не буду. Для меня мой конь идеален со всеми его недостатками — это как ребёнок. Только попробуйте сделать замечание… яжемать сразу вцепится вам в волосы. Тогда я повела себя как настоящая конная яжемать и больше не подпускала этого человека к своей лошади. К слову, именно так поступили очень многие владельцы лошадей, когда вскрылась истинная «работа» этого тренера.
С Машей ниточка тоже оборвалась — просто потому, что она осталась работать со своими лошадьми, которые тогда ещё были под руководством того же тренера.
К счастью, у нас на конюшне появился светлый лучик — Попова Ольга Анатольевна. Это был человек старой закалки, и заниматься с ней было самым большим удовольствием и настоящей удачей. Она действительно посадила меня на коня, а коня под моим управлением научила бегать красиво и правильно — насколько это было возможно, исходя из особенностей Рика, его здоровья и темперамента.
Ей я буду благодарна за этот опыт всю жизнь, а может, нам ещё удастся поработать вместе, особенно учитывая, что за последние годы я снова разучилась ездить 😅.
Тренировки стали частыми и очень насыщенными. Большую часть времени мы тренировались в манеже, так как это была зима. К сожалению, манеж в Герцено был специфический: очень тёплый, так как находился под землёй, но там было очень влажно, что сильно сказалось на дыхании Рика. Он стал плохо себя чувствовать, ингаляции требовались каждый день, а иногда и чаще. Здравствуй, обострение ХОБЛ — и прощай, Герцено…