Когда маленькой Юле Меньшовой было всего три года, ее мир, который казался ей таким надежным, раскололся надвое. Ее родители, тогда еще молодые и никому не известные студенты, будущий оскароносный режиссер Владимир Меньшов и будущая великая актриса Вера Алентова, разошлись.
Они прожили врозь долгих четыре года. И хотя отец никогда не исчезал из ее жизни, всегда был рядом, приходил в гости и забирал на прогулки, эта тень родительского распада, это ощущение хрупкости семьи легло тенью на всю ее дальнейшую жизнь.
Юлия выросла с подсознательным, почти животным страхом — не повторить их ошибку. Не оказаться в той же точке, в том же тупике. Она сделала все, чтобы стать другой, чтобы построить свою жизнь по собственному сценарию.
Меньшова пробилась из тени великих родителей, создала собственное имя, стала одной из самых успешных и влиятельных телеведущих страны. Она вышла замуж по большой и настоящей любви за прекрасного, интеллигентного актера Игоря Гордина. Казалось, она победила.
Но роковой семейный сценарий оказался сильнее. Спустя несколько лет брака, измученная бытом, проблемами и усталостью, она, как и ее мать тридцатью годами ранее, оказалась одна с двумя детьми на руках.
Эта история — не об успехе и не о карьере. Это история о том, как дочь, отчаянно пытавшаяся убежать от судьбы своих родителей, была вынуждена шаг за шагом, повторить их путь, чтобы в итоге найти свое собственное, выстраданное, настоящее счастье.
Побег из «золотой клетки»
Ее детство не было сказкой о «звездной девочке». Наоборот, это была постоянная, изнурительная борьба за право быть собой, а не просто «дочерью тех самых». Родители, сами прошедшие через нищету и неустроенность, воспитывали ее в строгости.
Никакой дорогой одежды из-за границы, никаких поблажек. По ее собственным воспоминаниям, на фоне модно одетых одноклассниц она часто выглядела «замухрышкой». Это научило ее ценить не внешнее, а внутреннее, но и заложило мощный стимул — доказать всем, что она чего-то стоит сама по себе.
Ее первый осознанный бунт против семейного сценария — это выбор профессии. Она мечтала стать журналистом или писателем, поступить в Литературный институт. Она хотела уйти в мир слова, подальше от мира театра и кино, в котором жили ее родители.
Но для поступления в Литинститут требовались опубликованные статьи, которых у нее, вчерашней школьницы, конечно, не было. И тогда, почти от отчаяния, она решила попробовать свои силы в Школе-студии МХАТ.
Но даже здесь она продолжила свой бунт. Поступая, она скрыла свою знаменитую фамилию. Она назвалась Юлией Большовой. Это не было кокетством или шуткой. Это был ее манифест.
Она отчаянно хотела, чтобы приемная комиссия во главе с Олегом Табаковым оценила ее талант, а не происхождение. И ее приняли. Талант оказался сильнее родословной.
Но настоящий ее триумф, ее окончательный «побег» из тени родителей, случился на телевидении. В середине 90-х она стала лицом и голосом первого в стране женского ток-шоу «Я сама».
Это было стопроцентное попадание. Умная, ироничная, глубокая, способная говорить с миллионами женщин на их языке, она мгновенно стала невероятно популярной. И это была уже ее, личная слава.
Она больше не была «дочерью Меньшова и Алентовой». Она стала Юлией Меньшовой. Самостоятельной, успешной, влиятельной женщиной, которая сделала себя сама. Казалось, она победила окончательно. Вырвалась из «золотой клетки» и сломала все сценарии. Но увы...
«Я не хочу, как у мамы!»
Свою любовь она встретила тоже на пике своей независимости. Игорь Гордин, талантливый актер, выпускник ГИТИСа, не был суперзвездой. Он был умным, глубоким, интеллигентным человеком, который полюбил ее не за славу и не за знаменитых родителей, а за ее ум, ее юмор, ее личность.
Их брак казался идеальным союзом двух равных, самодостаточных людей. В 1996 году они поженились. Вскоре родился их первенец, сын Андрей. Казалось, Юлия построила ту идеальную семью, которой так боялась лишиться в детстве.
А потом быт, как это часто бывает, начал разъедать любовь, словно кислота. Начался самый сложный период в их жизни. Новорожденный сын почти не спал по ночам, постоянно плакал.
Но за этот год молодые родители были вымотаны до предела. Хроническая усталость, бессонные ночи, нервное истощение — все это стало катализатором глубочайшего кризиса в их отношениях.
Они начали ссориться, раздражаться по пустякам, отдаляться друг от друга. Любовь уходила, уступая место взаимным упрекам и глухому непониманию. Появление второго ребенка, дочери Таисии, которое, по идее, должно было скрепить семью, лишь усугубило ситуацию. Нагрузка увеличилась вдвое, а душевных сил и терпения уже не оставалось.
И вот здесь, в этой точке полного изнеможения, и сработал тот самый семейный сценарий. Они с Игорем, как когда-то ее родители, посмотрели друг на друга и с тяжелым сердцем признали: «Мы зашли в тупик. Мы больше не можем быть вместе. Нужно расстаться».
Можно только представить себе ее потрясение и отчаяние в тот момент. Она, которая всю жизнь бежала от судьбы своей матери, буквально живя под лозунгом «я не хочу, как у мамы!», оказалась в той же самой точке. С двумя маленькими детьми на руках, с рухнувшим браком, с ощущением полного поражения. Она проиграла этому фатальному семейному сценарию.
Четыре года разлуки
То, что произошло дальше, было почти мистическим повторением истории ее родителей. Они с Игорем не стали подавать на развод официально. Они просто разъехались. Так же, как когда-то Меньшов и Алентова. Это была не точка, а мучительное многоточие, оставлявшее призрачную надежду.
Игорь Гордин повел себя точно так же, как и Владимир Меньшов тридцатью годами ранее. Он не исчез из жизни детей. Он остался для них прекрасным, любящим отцом.
Каждое воскресенье, как по расписанию, он приезжал, забирал Андрея и Таю, проводил с ними весь день, возил их в свой родной Петербург. Для Юлии это было и спасением, и мукой.
Она видела, как дети любят отца, и в то же время видела в этом дословное повторение своего собственного детства, своего «воскресного папы».
Эти четыре года раздельной жизни были для нее временем тяжелых размышлений, переоценки ценностей. Она с головой ушла в работу, снималась в невероятно популярном сериале «Бальзаковский возраст…», вела программы. Она пыталась работой заглушить боль личной неудачи.
Поворотным моментом стал совместный отпуск. Эту поездку, как последнюю отчаянную попытку, посоветовал им семейный специалист. И это сработало.
Вдали от Москвы, от бытовых проблем, от привычной рутины и взаимных обид, они смогли посмотреть друг на друга новыми глазами. В атмосфере солнца, моря, беззаботности он снова начал ухаживать за ней, как в самом начале их романа. А она, уже почти потерявшая надежду, вдруг снова увидела в нем того самого мужчину, которого когда-то полюбила — умного, надежного, родного.
И, конечно, решающую роль сыграли дети. Их искренняя, неприкрытая радость от того, что мама и папа снова вместе, смеются, держатся за руки, стала тем последним аргументом, который разрушил стену отчуждения. Спустя два месяца после возвращения из отпуска они снова стали жить вместе.
Они воссоединились. Но это были уже совершенно другие люди. Четыре года разлуки, боли и одиночества научили их главному — ценить то, что они едва не потеряли навсегда. Они стали мудрее, терпимее, научились разговаривать и слышать друг друга. Они поняли, что семья — это не только романтика и чувства, но и ежедневный труд, терпение и готовность прощать.
Иногда, чтобы сломать семейный сценарий, нужно пройти его до самого конца. Юлия Меньшова отчаянно не хотела повторить путь своих родителей, но жизнь, как мудрый, но жесткий учитель, заставила ее дословно пережить их драму.
И только пройдя через ту же боль, что и они, через расставание и мучительный путь к воссоединению, она смогла по-настоящему понять их, простить и построить свою собственную, но уже по-настоящему крепкую семью.