Интервью разных лет
1999 Гущину.
Не скрою, — рассказывал он недавно, — то, что гибель ребят — некая гостайна, мы догадывались и тогда. Это ощущалось, чувствовалось по поведению руководителей в обкоме партии, на допросах в прокуратуре, КГБ... Следователь облпрокуратуры Лев Никитич Иванов, ведший уголовное дело, говорил мне: «Не терзай себя и не вини ни в чем. Если б ты был с ребятами, все равно ничем бы им не помог. Был бы десятым...» И тем не менее тогда у меня не было и тени сомнения, что этот человек может подойти к расследованию трагедии формально, не объектив-но. Я доверял и верил ему полностью. Кстати, как и многие другие. Теперь- то я понимаю, какими мы были наивными!
- То есть сейчас, сорок лет спустя, у вас уже нет сомнения, что то следствие — фикция?
Ну, какие-то сомнения все равно остаются. Потому что во многие факты просто само сознание отказывается верить. Может, в силу психологии или нашего воспитания... С учетом внутреннего протеста скажу так: скорее — фикция. Все-таки говорить категорично, с уверенностью на все сто, наверное, еще нельзя. Хотя не скрою, при изучении в архиве уголовного дела волнений я вновь пережил немало. И прежде всего потому, что в глаза то и дело бросались «белые нитки». Ведь многие детали дела я знал и так, без протоколов. Что-то помню, что-то рассказывали друзья...
Особенно ценны в этом плане, мне кажется, материалы первых дней поисков погибших. Тогда еще информация фиксировалась и передавалась как есть, без поправок, пусть и сумбурно. Так, когда нашли пустую палатку, капитан Чернышев, который был опытным следопытом-таежником и заместителем начальника поисково го отряда, отмечает, что некоторые цепочки следов от палатки оставлены ботинками с каблуком. Отмечают это и другие поисковики. Что тут говорить, след — это не просто улика. Для опытного криминалиста — это ключ к раскрытию преступления. Однако этим «ключом» Иванов не воспользуется. Почему? Суммируя всю фактуру, можно сделать вывод, что уже с первых дней расследование трагедии было под контролем. Точнее сказать, как только у Иванова начали выстраиваться реальные версии, его стали курировать. Хотя в первые дни он говорил открыто: «Это убийство». Думать так заставляют опять же факты. Так, при обследовании палатки обнаружили девять пар лыжных ботинок. Конечно, лично их я не пересчитывал, но цифру эту помню, она, кажется, проходила и в телефонограмме. Но в то же время был виден и след ботинок на снегу! Кто его оставил? Этот вопрос уже тогда не мог не насторо-жить Иванова. Но идем дальше. Буквально вслед за этим выясняется: нашли еще две пары ботинок — в лабазе, который, судя по всему, ребята соорудили на кануне восхождения на перевал. Этот «перебор» был тут же замечен Ивановым и, надо полагать, кем-то еще. Почему я так считаю? Потому что в протоколах, а затем и сообщениях по рации появляется поправка — «в палатке нашли не девять пар ботинок, а восемь». Выходит, в одних ботинках был кто-то из туристов. Помню, когда отправляли вещи в Свердловск, в камеру хранения сдавали тоже только восемь пар. И все равно, даже если верить «поправке», их получается вместе с найденными в лабазе десять пар. Одна как бы запасная. Но, насколько я помню, запасных ботинок мы не брали. И вот итог: цифра «8» все равно выходит боком для опытного криминалиста. Но это становится ясно, когда находят последних погибших: ни на одном из них ботинок не оказалось! Все девять человек были либо обуты в валенки, либо вообще разуты... То есть в палатке в таком случае должно быть именно девять пар ботинок! Но вся беда в том, что окончательно это выяснилось уже в мае, когда растаял снег. А потому этих манипуляций почти никто не заметил. Думаю, поэтому в дальнейшем и в деле вместо точного числа найденных ботинок у Иванова появятся такие фразы: «почти вся обувь», «большая часть обуви»...
— В связи с этим, Юрий Ефимович, главный вопрос — кто шел в ботинках?
— То-то и оно! Повторюсь еще раз, но, думаю, это обстоятельство и позволило следователю Иванову уже в первые дни заявить поисковикам, что это — убийство. Вначале он, кстати, этой мысли не скрывал. И, наверное, не случайно поисковика Владислава Карелина он, задав провокационный вопрос, вынудил тогда написать в протоколе то, о чем думал сам: «Что студентов панически могла испугать лишь группа вооруженных людей в количестве не менее 10 человек». Это потом, после инструктажа в обкоме и в прокуратуре РСФСР, он резко изменил свои выводы. А тех, кто параллельно с ним начинал вести расследование, быстренько отстранили.
— Юрой Ефимович, но ведь не только с ботинками путаница в деле. Насколько мне известно, лыжня, которую должны были оставить туристы, у палатки не просматривалась. Но после прохождения девяти человек она должна была сохраняться так же хорошо, как и следы, оставленные ботинками или валенками...
Верно, это тоже вопрос, который не заинтересовал следствие. Утрамбованная лыжня, ведущая к палатке, должна была сохраниться. Однако она довела поисковиков только до границы леса, а затем исчезла. Шли по ней первыми проводник манси Степан Куриков и поисковики-студенты УПИ Михаил Шаравин и Борис Слобцов. Когда кончился след, Степан Куриков сказал, что дальше не пойдет, так как ему нездоровится, и повернул обратно в лагерь. Шаравин со Слобцовым, поднявшись несколько сот метров по склону горы, вскоре заметили темный угол почти занесенной палатки. Ребят в ней не было, одни их вещи. Вниз от палатки вели следы. Причем, что странно, местами следов насчитывалось восемь пар, а местами — девять. Шли они вниз как будто двумя шеренгами, то сближаясь, то расходясь. Следов, оставленных босыми ногами, не было. Это тоже легенда, которая появилась поз-же. Нашли разутых погибших — появились и следы, оставленные босыми ногами. Разумеется, на бумаге...
-Причем, Юрий Ефимович, речь ведь идет о таких следах, идущих только от палатки. О том, что босые люди топтались и у костра, под кедром, в протоколах, по-моему, не говорится. А ведь площадка вокруг была натоптана приличная. И следы в лесу должны были сохраниться лучше, чем на голом склоне.
— Логично. И этот момент, похоже, у Иванова упущен. Под кедром действительно следы должны были
«читаться» лучше.
— Кстати, а насчет лыж никаких вопросов у вас не возникло при чтении дела? Ведь с ними тоже как будто путаница?
- Да, примерно такая же, как и с ботинками. В протоколах сказано, что под днищем палатки в качестве настила было уложено восемь пар лыж. Еще одна пара лежала связанная у входа в палатку. Потом выяснилось, что еще одна пара обнаружилась в том же лабазе. Выходит, лыж было десять пар. Одна — запасная. Откровенно говоря, я не помню, была ли такая, Но самое главное в другом — в одной из телефонограмм один из руководителей по-искового отряда Масленников сообщает, что нашли обломок лыжи. Кто сломал лыжу? Если все десять пар были целы, значит, этот обломок уже от одиннадцатой? К сожалению, и этот факт не привлек внимания следователя!
— А если еще вспомнить эбонитовые клепаные ножны?..
— О них тоже мы находим упоминание лишь в протоколах Ивдельского прокурора Темпалова. Иванов о них не говорит ни слова. Более того, они не попадают и в список найденных, опознанных и неопознанных, вещей. Точно так же, как и странный темный матерчатый пояс с ремешками на концах, обнаруженный возле кедра, у костра, где нашли первых двух погибших ребят. Чей он? Для чего? Но прежде, всего мы, конечно, не должны забывать, что мало заинтересовали следствие даже и данные судебно- медицинской экспертизы, наличие на трупах прижизненных и посмертных травм, в легких — обильной пенистой жидкости, какая обычно бывает при сильных отравлениях. Кстати, когда последних четверых принесли к вертолету, то пилоты, взглянув на трупы, тут же закричали, что наотрез отказываются перевозить не известно чем зараженные тела. Руководителю поисков, начальнику военной кафедры УПИ полковнику Георгию Ортюкову пришлось в связи с этим связываться с каким-то генералом, затем доставить на перевал судмедэксперта Бориса Возрожденного, который вначале на месте обследовал трупы. Кстати, уже тогда он обнаружил на них бета-излучения. Однако дал вертолетчикам официальное заключение на транспортировку груза, взяв на себя тем самым ответственность за безопасность этой операции.
— Как вы думаете, Юрий Ефимович, все-таки отчего погибли ваши друзья? Неудачные испытания космической ракеты? Или военной техники?
— Скорее всего, ребята случайно оказались жертвами военных испытаний. Более того, сегодня во многом я даже разделяю версию о возможном участии в этой драме «за кулисных персонажей» из КГБ, которые после трагедии побывали на месте ЧП и провели определенную работу по сокрытию своего преступления. Именно поэтому, скорее всего, они и не торопятся раскрывать тайну.
— Многие, кто читал дело и статьи на эту тему, никак не могут понять хоть как-то объяснить другой загадочный момент — куда делся язык у Людмилы Дубининой? Во время медэкспертизы его, как известно, не обнаружили. Однако в материалах уголовного дела сей факт тоже оказался упомянутым лишь вскользь и только в одном документе...
Наверное, ближе всего к истине в этом вопросе была судмедэксперт Чуркина, которой была поручена экспертиза палатки, точнее, ее разрезов и которая присутствовала на вскрытии трупов. И с этой точкой зрения, как мне помнится, вы знакомы не хуже меня. А именно: поскольку трупы, скорее всего уже замороженные, транспортировали и сбрасывали в снег, то язык мог просто-напросто отскочить, отколоться, как ледышка, от сильного удара. А затем, уже весной, его вымыло водой в ручье, в котором нашли труп Дубининой. Допустить, что его ей кто- то вырвал или вырезал, я как-то не могу...
-Юрий Ефимович, эта ивдельская трагедия не отразилась позже на развитии туризма в УПИ? Не поубавилось после нее желающих ходить в походы?
Конечно, она не прошла бесследно. Страх в душах какое-то время жил. Однако туризм в институте не за-глох. Другое дело, что на Северный Урал группы не ходили долго. Решением областных властей район трагедии объявили на четыре года запретной зоной для туристов. Кстати, позже, когда некоторые бывшие поисковики прие-хали на перевал, названный теперь именем Дятлова, то обнаружили, что того кедра, возле которого нашли погиб-ших, нет. Либо он упал от ветра, либо, что тоже нельзя исключить, его спилили как своеобразного свидетеля...
-Но позвольте, недавно по одному из местных телеканалов показали, как какая-то экспедиция, найдя этот кедр, прибила к нему не то какую-то памятную дощечку с надписью, не то крест...
Увы, они прибили свой памятный знак к совсем другому кедру! К сожалению, эта история начала в последнее время все больше приобретать характер легенды. И ее начали нещадно эксплуатировать, в том числе и падкие на сенсации журналисты. Что только не придумывают...
-Именно поэтому спустя сорок лет вы на полном серьезе, не жалея сил и времени, решили заняться раскрытием этой тайны? Что вдруг подтолкнуло вас к этому?
— Вообще-то заняться этим мне, как говорится, сам Бог велел. Потому что он меня спас. А что подтолкнуло? Годы! Они летят так быстро, что понимаешь: еще лет пять-десять и многих свидетелей уже не будет... Раскрыть тайну гибели своих друзей — мой нравственный долг. Получится это или нет — не знаю, но заняться этим я обязан. Тем более сейчас у меня для этого появилось достаточно времени — я на пенсии, я свободен, а главное — ничего не боюсь...
Беседу вел Анатолий ГУЩИН.
05.2008. ответы на вопросы Ольги с форума ТАУ. Судя по реакции Хельги на него на Тайне, Ольга это она.
1) Относительно ватных телогреек и меховых курток.
Их по описи было в палатке 6 штук и одна была в рюкзаке С. Колеватова.
-В палатке была кожаная меховая куртка на молнии И. Дятлова. К. Тибо был найден в меховой куртке (я думаю, что своей). Итог = 9 шт.
Что касается нестыковки в описи, у него значится ватник, то возможно это неправильная запись следователя Иванова. Он писал опись как ему было нужно своей рукой. Написал, что я отдал свою безрукавку меховую С. Колеватову, тогда как я отдавал её на 2-ом Северном Ю. Дорошенко.
⁹Приписал мне, что я, якобы, опознавал интимные части одежды у Зины и в чём были одеты первые пять найденных тел, но я естественно не мог этого делать, Т. к. на вскрытии и на раздевании тел я не присутствовал... По наивности я подписал опись, не читая, свято веря в действия следователя.
2) О головных уборах: ушанки у Ю. Дорошенко, у С. Золотарёва, меховой шлем у К. Тибо, кроме того, по моей описи было 7 шерстяных шлемов, в которых было достаточно комфортно даже при большом морозе.
3) О стояночной обуви: валенок было 5 пар, у Золотарёва были стёганые ватные мягкие бурки без подмёток для сна, в палатке находились так же две пары меховых чехлов и две пары матерчатых домашних тапочек. На стоянках у костра тогда ходили в ботинках с надетыми на них чунями.
4) О свитерах ничего сказать не могу.
5) О штормовых брюках: у Ю. Дорошенко наверняка они были и остались в палатке, а записал их Иванов на Колеватова.
В палатке было в наличии 5 штормовых брюк, С. Колеватов был найден в мае в штормовых брюках, С. Золотарёв был найден в мае в комбинезоне.
Итого 7 брезентовых брюк. Девушки в наше время не любили ходить в неуклюжих безразмерных брезентовых брюках. Повидимому, они их и не взяли в поход тогда.
6) По прокурорскому от 06.05.59 можно понять, что на Колеватове был штормовой костюм. А по фотографии, где его транспортируют к вертолёту, видны только штормовые брюки (по всей видимости именно его собственные), а штормовой куртки уже не видно, только лыжная куртка с обожжёным рукавом. По моей описи все 9 штормовок были в палатке.
7) Что касается дня рождения С. Колеватова, сходу ничего сказать не могу. Но из контекста дневника группы надо верить, что 30.01. отмечали его день рождения, сомнений у меня никаких нет.
2009 февраль Навигу.
НАВИГ: Сейчас Юрий Ефимович Юдин даст новую информацию по протоколу опознания. Вот ты говоришь, Юра, что при опознании это где происходило?
ЮЮ: В Ивделе, когда привезли таки мертвых вещи, с перевала, я их опознавал… Там все вещи были дятловские, кроме обмотки – я сказал Иванову, следователю, что вот единственная чужая вещь. Он это все принял к сведению, но в протокол не занес. Это была одна обмотка. На вторую солдатскую обмотку обратил внимание начальник поисков полковник Ортюков, который в военном деле был знаток высшей степени. Он, когда перечислял вещи на настиле, в радиограмме указал на обмотку. Когда на следующий день следователи прокуратуры составляли протокол, они эту обмотку опустили. В радиограмме сходятся все вещи, кроме обмотки. Вот как тут думать?
НАВИГ: Ну вот скажи, что за обмотка была, её размеры? Тип материи, если известно. То есть это была однозначно солдатская обмотка? И скажи, ты раньше видел солдатские обмотки? И были ли они у дятловцев на начало похода?
ЮЮ: Если бы у дятловцев были обмотки, то я бы это всяко бы запомнил. Я бы не удивился этому делу. У дятловцев никаких обмоток не было. Вот откуда эти солдатские обмотки – я не знаю. Значит, там были посторонние люди, кто – то из них был в обмотках. Происхождение следователи должны были расследовать, а они сознательно это не обратили внимания, в протоколы не занесли. Как после начальника поиска Ортюкова не занесли этот факт, так после того, как я опознавал.
НАВИГ: А в какое время происходило опознание? Вот соответственно с протоколом, который есть в деле, да?
ЮЮ: Да. Это было в начале марта в Ивделе.
НАВИГ: А кто её идентифицировал как солдатскую – Иванов или ты?
ЮЮ: Как солдатскую я этого знать не мог, я её помню до сих пор – обмотка, а какая она – солдатская или офицерская – я не знаю, но Ортюков её когда в мае нашел под снегом, он же специалист, он четко сказал, что это солдатская обмотка.
НАВИГ: ну а теперь опиши вид этой обмотки, опиши её: это кусок материи такой то длины, что было пришито и так далее.
ЮЮ: По памяти, обмотка метра 2 была. Ну типа что то солдатского сукна. С одного бока пришита тесьма какая то.
НАВИГ: Из чего?
ЮЮ: Откуда я знаю, из чего? Ну типа киперной лямки. Это такое крепкое. Я думал, зачем такая обмотка может быть , я еще сказал Иванову, может это быть Мансей, использовали это обмотку для транспортировки допустим там, ну как веревку например. Ну мы с ним обменялись информацией, в протоколе этого на появилось.
НАВИГ: А что он вам сказал?
ЮЮ,: Откуда я помню, что он сказал, 50 лет прошло.
НАВИГ: Ну, ладно. Насчет обмотки – все.
02.2009. 50 лет конфа.
ЮЮ: Дело, которое не имеет номера. Которым занималась генеральная прокуратура. Шлют из Москвы контроль телеграмму. Хрущев занимался. А вот это дело, которое ну как бы засекречено – без номера. Это – титульный лист, я это дело изучал, меня слава богу, допустили. Оно прошло по всем изданиям, даже в «Комсомольской правде». И в этом деле, без номера, написано : «Дело открыто шестого февраля, закончено двадцать восьмого мая». (Прим НАВИГ: обложка не является документом дела . Должно быть постановление об открытии дела).Это дело было в Москве, там люди, Ураков лично дал телеграмму, что перешлите мне дело и он указывает номер этого дела. Телеграмма эта – она везде есть, т. е. номер дела есть, оно секретно по всем данным. А в этом деле, которое тоже секретно, нас никого не допустили, меня слава богу, допустили. Там ничего нет, никаких анализов.
Когда меня везли оттуда сюда, я вез вот эти коробки внутренностей от первых пяти. Где эти анализы? Потом, у них у всех следы отравления – там пена изо рта, зрачки, которые свидетельствуют о чем? От замерзания от мороза зрачки по другому реагируют… У всех там куча причин… Где это все? Вот это дело без номера, которое 2 тома. Значит, есть то дело, в котором этот номер стоит. Я же занимаюсь 10 лет. Слава богу, меня пригласили на 40 лет, а до этого я наивный был, ушами хлопал, ходил по тем местам, с мансями встречался. Так я бы мог тогда все это раскрыть. Но я то был под впечатлением Иванова, он мне сказал, объяснил все это, что была природа. "Ну, говорит, вычеркни из головы, они были обречены. "
Кунцевич: Так Иванов сказал?
ЮЮ: Да, так Иванов сказал. Мы с ним были в очень хороших отношениях. Перед смертью Иванов сказал, что такое стихийная сила, что было направленное воздействие. Понимаете, самые травмы получили те, кто был одет. Тибо был в валенках, у него были рукавицы, у него была меховая шапка, меховая шуба на нем была, и на нем больше всех травм. С высоты своего тела такие травмы не получить, и так далее и Иванов сам в этом признается. Перед смертью это опубликовано в Кустанае там когда Нечаев, я его поддерживаю, в прокуратуру генеральную писал, он на это сослался, ему ответили, мы газетам не подчиняемся. Но когда газета заявила, что сохранилась рукопись подлинная Иванова, до сих пор она у них в архиве, он уже дал наводку, ведь он же отвечал. Потому что это такое было время, как говорится, знал я, знал Клинов, это ый областной прокурор, Кириленко, и еще там второй секретарь. Понимаете, если это была бы лавина, то это были бы все счастливы – туристы замерзли. Потому что у меня была первая версия – лавина. Иванов – они сразу бы зацепились – туристы вроде бы успокоились, там эти партийные органы секретные были бы успокоены, это было бы для всех счастье. И мы бы сейчас не собирались через пятьдесят лет. А Кириленко зачем, если это лавина, зачем в обкомовских документах написано, что всем родственникам надо дать пенсии, надо им содержание? При лавине, разве стал бы обком партии этим заниматься? Кириленко меня с Сивуновым ( вызвал. Прим. редакт.) – директором института – он весь дрожит, директор института, впереди меня в кабинет Кириленко член политбюро - вот если была бы лавина, зачем я ему был бы нужен? А он пришел, меня вот так вот обнял, это Кириленко, ему надо было меня посмотреть. Зачем если это была бы лавина, зачем смотреть на какого то бедного студента? Ну в общем, я поддерживаю Птицына, который здесь.
Я провел эксперимент, я был в ботинках, ноги у меня замерзли, промокли. Костер я развести не мог, одет был, потому что руки у меня - спички – целую коробку – я не мог развести костер, если я согрелся – вот сюда вот руки сделал, там вот это сделал и костер горел 2 часа. И вот это вот 8 – 9 см они прогорели за 2 часа. Если это все суммировать, то получается, что они погибли не 2 а 1-го. В тот же день до сна и это во всех документах, везде и даже вот в «Уральском Следопыте», там постановление прокуратуры, записано первого числа. Не было никаких сомнений, что они все знали и это вот все дело там у них есть, секретное, но они до сих пор, вот эта власть, она нас держит…
Кунцевич: Вот, Юра, ты сказал, мировую фразу «Вот эта власть», то есть та же самая!
ЮЮ: Ну да. Вот что я вам … Нет и еще я хочу сказать, что это были люди удивительные характеризуют ту эпоху. Вот я с Женькой мы тогда ходили в тот поход, это вы понимаете, исключительные люди были . Вот мать Юры Кривонищенко говорит: что ты там нашел в этом клубе? Ну позови этих ребят, я хотя б на них посмотрю. У них была такая культурная интеллигентная семья , после этих галашек пятьдесят человек мы пришли к ним в эту квартиру, его папа тогда был строителем атомной станции, на Московской жили, вообще были такие интеллигентные люди, и она как наседка над нами вот так вот крутилась. Нас 50 человек, она была такая счастливая мама . Вот эта атмосфера. И вот он же был поэтом, Юрка то Кривонищенко, и он перед походом написал письмо, стихи, в форме стихов , и он говорит: [запись обрывается]
12.2009. Навигу.
Разговаривал ли Ю.Е. с Блиновым перед отъездом Блинова в Ивдель на поиски? Если да, то когда?
ЮЮ: С Блиновым я вообще не общался. Он действовал совершенно самостоятельно. В это время я был у своих родственников в деревне.
2. Когда, кем и как Ю.Е. был вызван в Ивдель (милиция, прокуратура; повесткой, по телефону; дата, кем конкретно, если помнит)? 3. Когда и с кем Ю.Е. прилетел в Ивдель? Кто его встречал? Где жил?
ЮЮ: Когда я не помню, но меня забрали из института, меня увезли в Ивдель на вертолете, когда уже стало известно что они погибли.
НАВИГ: Но это в Свердловске тебя вызвали?
ЮЮ: Ну конечно.
НАВИГ: Не милиция Ивделя?
ЮЮ: Нет, я учился, приехал в институт, но как и когда я не помню, потому что было такое состояние…После прилета в Ивдель я жил в той же гостинице, где жил Иванов. Это я думаю было в марте.
НАВИГ: А с кем ты летел?
ЮЮ: Я не помню.
4. Какие следственные действия проводились с участием Ю.Е. (кроме известного опознания вещей)?
ЮЮ: Когда меня привезли (в Ивдель) меня повезли в морг, увидел трупы Игоря Дятлова и Слободина и все. (Рустема он мог видеть только 6-го)
НАВИГ: повреждения видимые были на них?
ЮЮ: Какое там повреждения…только общее впечатление, остальное не помню.
5. Кого из руководителей поиска Ю.Е. видел в Ивделе?
(пропущен)
6. Встречался ли Ю.Е. с Яровым? Если да, то когда? О чем говорили?
ЮЮ: Нет, не встречался.
А Яровой понятой в протоколе, где он вещи опознавал. Но его подписи там нет. Похоже Яровой при опознании и не появлялся, за чем именно его Иванов в понятые включил.
7. Когда Ю.Е. вернулся из Ивделя в Свердловск?
ЮЮ: Я возвращался тогда когда везли биопробы тел на экспертизу, банки коробки с материалом для экспертизы на вертолете. Там присутствовала медсестра-женщина, которая и везла эти коробки
НАВИГ: А кто это был, ты не помнишь?
ЮЮ: Нет не помню. Нас встретили на аэродроме и довезли до лаборатории на Р.Люксембург. Я ушел обратно с таким чувством к себе в общежитие…а ведь анализов этих то нигде нет. Они где-то в другом деле…
НАВИГ: А что за морг в Ивделе? Это п\я Н-240?
ЮЮ: Нет я не знаю, меня привезли на опознание и все…
Что только Рустема и Игоря, с которыми так всё ясно было. а что Юру, которого за Семёна приняли не опознавал.
НАВИГ: А ты местоположение морга можешь указать на карте города? Эта медсанчасть и там сейчас же находится…Солтер доктор Прудков, они проводили обработку трупов, а вскрывал Возрожденный…
ЮЮ: Возрожденный это был ставленник ихний, он что надо, то и писал, а там был Ганс- он писал то, что было, благодаря ему мы можем что-то сейчас исследовать…
Ганс только в мае был.
7. Покупали ли туристы билеты на поезда заранее ? Если да, то какие билеты были на руках ?
ЮЮ: Это я не знаю. Я то был просто пассажир.
8. Сколько ночей было проведено на 41-м квартале ?
ЮЮ: Мне кажется одна ночь. На 41 квартале там была такая ночь- до сих пор ее помню. Там нам фильмы показывали, там такие ребята были хорошие.
9. Что представлял из себя 41-й квартал ?
10. Чем занимались находящиеся там рабочие, какое у них было оборудование, техника ?
ЮЮ: Там был лесоустроительный участок, работали лесорубы, но кто они такие были мы не знали, но они были интеллектуалы
НАВИГ: Бывшие заключенные Ивдельлага?
ЮЮ: Не знаю я…но мы с ними всю ночь пели разговаривали, удивительные интеллектуальные хорошие были люди…Но они были лесорубы.
Про технику и оборудование я ничего не видел и не знаю.
11. В дневниках Слободина и Колмогоровой есть такие записи, причем сделаны они на 41-м квартале:
«Билет на самолет Ивдель-Саранпауль – 250 р. (груз бесплатно)»
«От Бурмантова до Воленпауль самолёт»
Не помнит ли Юрий Ефимович, в связи с чем появились такие записи ? О чем шел разговор ?
ЮЮ: Я ничего не понимаю. Я полагаю, что на это не нужно обращать внимание
12. Почему в протоколе Юрий Ефимович указывает, что Золотарева звали Семеном ? Как туристы обращались к Золотареву в походе ? Как с ним познакомились ?
ЮЮ: Я сейчас не помню, но вообще-то, по документом он был Семен а звали его Саша. Золотарев это был хороший человек
13. НАВИГ: Буянов опубликовал протокол твоего допроса без твоего разрешения, там твои данные и прочая персональная информация и текст протокола является документом уголовного дела.
ЮЮ: Я никогда никому в жизни не врал. А он (Буянов), пусть что угодно пишет, что он там поместил это меня не касается. Пусть он там что угодно пишет…
НАВИГ: Но ты разрешаешь Буянову вот публикацию этого протокола твоего допроса в 1959 г?
ЮЮ: Нет, никому я ничего не разрешаю.
НАВИГ: Это нарушение современных законов, причем наглое…
ЮЮ: Дело в том что Буянов это …...(термин) "Термин- подставное лицо, ведущее дезинформационную деятельность в по раскрытию причин смерти Дятловцев (НАВИГ)", а уголовное дело (публикуемое) –провокация, а настоящее дело засекречено. Почему не были допрошены люди которые первые нашли трупы? Но это моя такая позиция.
Я удивлен таким поведением Буянова допущенным им при публикации моих документов.
НАВИГ: Закон однозначно предписывает получать согласие лиц на публикацию, публикуемая информация о которых содержится в данном документе.
ЮЮ: Ну это на его совести.