Сегодня я хочу рассказать о первом своём, вернее, нашем опыте поездки на море с питомцем, а именно, с нашей любимой собакой Юной.
Проблемы начались ещё до поездки. Точнее, когда я понял, что не я выбираю место, куда нам ехать, а место выбирает нас. Начал я смотреть места, где можно заселиться с питомцем. Мест оказалось достаточно, однако с одним «НО». Питомец должен весить, как крупный кот. Ни одной гостиницы не нашлось для нашего шерстистого 23-х килограммового качка. Я, конечно, понимаю, что это связано с невозможностью организовать места, где питомца можно быстро выгулять. Тогда я начал искать базы отдыха. И, на мою радость, нашёл одну такую, которая находилась в лесном массиве в почти полутора км от населённого пункта с «культурным» пляжем. Если кому интересно, то населённый пункт – Лермонтово, а база – «Кубанец».
Пришлось снять трёхместный номер, чтобы не возникло вопросов у администрации базы, так как стоимость проживания питомца оговаривается индивидуально.
В общем – поехали мы. Ехали долго – пару часов простояли в пробке. Если кто знает, то, как проезжаешь Краснодар, то есть такой населённый пункт Горячий Ключ. И, вот, он – бутылочное горлышко, в котором можно убить уйму времени своей поездки, если выбрать не то время проезда. Что мы с успехом и сделали.
По приезде на базу нас заселили в домик на два хозяина. Стены там оказались «бумажными». В связи с этим был один неприятный момент. Я ночью смотрел телевизор, не громко, еле мог слова разобрать. Тут стучит мой сосед. Говорит спать ему не даёт телевизор наш. Пришлось выключить, так как, если бы я сделал ещё тише, то не услышал бы ни слова из фильма. Но это не было для меня напряжно в связи с тем, что я не люблю причинять дискомфорт другим. Но меня «убило» то, что я был вынужден слушать до утра храп этого соседа – жестоко. Хотелось телевизор включить обратно. Благо, соседи эти съехали на следующий день.
Наша база находилась через дорогу от моря. И, если надо было сходить к морю, то нужно было пересечь автодорогу, где не было пешеходных переходов. Но можно было воспользоваться ливневой железобетонной трубой, которую администрация базы представляла, как подземный переход. Интересное решение, но было одно неудобство – приходилось идти сгорбленным, так как диаметр трубы был не достаточным, чтобы можно было идти в полный рост. Плюс к тому – движение одностороннее, либо все выходят с базы, либо все заходят на базу. Иногда приходилось ждать, пока пройдут люди, что шли на встречу через эту трубу.
Животных на базе, естественно, не разрешали выгуливать – штраф. Выгуливать рекомендовали в лесу, что выше базы. Чтобы туда попасть непосредственно с базы, показали ступеньки – как раз возле этой ливневой трубы. Но эти ступеньки были ужасно крутыми, полуразрушенными и без перилл – если собака потянет (а наша может), то полёт с жёстким приземлением обеспечен.
Поэтому мы пару раз туда сходили и решили, что будем выгуливаться вдоль дороги, пока идём к Лермонтово (помните - почти 1.5 км?). Кстати, когда мы там прогуливались, в этом лесочке, то обнаружили такой вот гриб:
Если кто знает, напишите, как он называется.
На территории базы был магазин-барчик, где можно было купить и еду и крем от загара и пр..
Нам было интересно, как отреагирует Юна на море. А она отреагировала так, как будто на море каждый день ходила – с большим удовольствием и без тени сомнений поплыла за дочкой в море.
Правда, вот, плавает Юна тяжеловато. По моему мнению, на это есть три причины. Отсутствие подкожного жира, короткая шерсть без подшёрстка и достаточно массивная задняя часть тела, которая тянет её в низ. И, если у обычной собаки, которая хорошо плавает, положение тела идёт параллельно водной поверхности при плавании, то у Юны оно наклонено почти под 45 градусов – её тянет на дно и только мощные лапы её выручают. В общем, Юну ни капли не смущало положение её тела во время заплывов и плавала она до тех пор, пока ей позволяли.
А я во время одного из заплывов поймал такого вот морского монстра. По водой через маску он казался в полтора раза больше.
На моё удивление отдыхающих на море с питомцами было не мало даже в самом Лермонтово. Мы за день могли до 4-х раз ходить в Лермонтово. Вечером у нас была обязательная прогулка по местным магазинам и прилавкам.
И, знаете, что? Один из продавцов нам сказал, что за весь сезон мы были первыми, кого он увидел с собакой в наморднике. Представляете? А там с собаками не мало было людей. На культурном пляже тоже было не мало людей с собаками, но наша – практически единственная с поводком и, хоть иногда, в наморднике.
Был один случай по этому поводу. Мы весь вечер провели на пляже рядом с изрядно выпивающим мужчиной, его женой и ребёнком. Юна иногда плавала за своей игрушкой в море (всегда на поводке, хоть в море, хоть на суше). Начало темнеть, люди большая часть разошлась. И тут к нам подходит этот уже почти невменяемый человек, который до этого сидел рядом снами и полтора часа глушил пиво – видимо к этому времени уже осмелел от этанола. Начинает нам предъявлять, что собака без намордника рядом с ними. И это уже почти на пустом пляже. Я сильно не стал вступать с ним в полемику – смысла не видел. Сказал лишь, что собака на поводке и постоянно под контролем. Плюс к этому указал на бездомных крупных собак, которые постоянно были на пляже и ходили между людей. И спросил у него, что может быть и им мне надеть намордники? Но, если честно, то если бы не жара, то намордник был бы на нашей собаке постоянно. Поэтому мы и ходили по рынку в Лермонтово лишь по вечерам – чтобы собака себя чувствовала не сильно плохо в наморднике. В общем, разговор с мужчиной закончился тем, что его жена, более адекватная, оттащила его со словами «не приставай к людям».
Юна первое время с огромным энтузиазмом ходила – тянула беспрестанно. Но жара и количество таких прогулок её доконало – в последний день уже почти пихать её приходилось. Это был первый и единственный раз, когда наша собака не пыталась вырвать руки своему ведущему.
На море с нами произошла ещё одна история. Рано утром я, прогуливаясь по уже раскалённой каменистой дорожке на нашей базе, увидел на светло-серых камнях что-то тёмно-серое, маленькое и шевелящееся. Я поднял это нечто. Мимо в это время проходил человек. Я показал ему, что нашёл. Он взял в руки, посмотрел, сказал, что это крысеныш и положил обратно на раскалённые камни. Я поднял этого «крысеныша» и начал внимательно его рассматривать. Он был ещё слеп и глух. Да, был он похож на крысеныша. У нас были крысы и приносили потомство, так что я имел представление. Но мучили сомнения.
Принёс его и показал дочке. Общими усилиями и поиском информации в сети мы определили, что это детёныш Сони-Полчок. Над дорожкой нависало дерево со склона и, видимо, этот непоседа свалился из своего гнезда. А он действительно не сидел на месте, вечно куда-то полз. Свалиться с дерева – дело времени для него, слепого и глухого. Я из пятилитровой баклажки сделал для Сони клетку. Сходили купили сливок и пипетку, чтобы экстренно покормить его.
Когда вернулись домой, то приготовили ему детскую смесь.
Кстати, когда мы приехали домой, то нас ждал у порога охранник. Он доложил, что за время дежурства происшествий не было и скрылся.
Ну, а дальше история развивалась не очень хорошо. И сильно впечатлительным людям лучше дальше не читать. У этой истории очень грустный конец (спойлер).
Когда на море дочка водила собаку, то потянула плечо. Дорогие мази, тут же купленные, не помогали. И как мы приехали домой, мы обратились в приёмный покой нашей поликлиники. Это был ужас какой-то. Конечно хорошо, что в нашей стране есть бесплатная медицина, но мы провели там больше полудня, чтобы сделать рентген и получить консультации. Вернулись домой голодные, уставшие и раздражённые. Дочка попросила меня покормить Соню, так как сама очень вымоталась. А кормление малыша – очень нудное занятие. Я начал кормить мелкого. Признаюсь, делал это очень небрежно, о чем сожалею по сей день. В общем подавился малыш смесью. Что я только ни делал. Точнее, я мало чего мог сделать. Он маленький и хрупкий. Не мог я резко надавить ему на грудную клетку, чтобы очистить дыхательные пути. Только лишь тряс его вниз головой, постукивая по спинке. Ничего не помогало. Нам оставалось лишь наблюдать, как малыш мучается, задыхаясь. Это было ужасно. До сих пор виню себя. Такое чудесное спасение и такая нелепая случайность, приведшая к смерти. Утешало лишь одно, что мы подарили ему пару дней жизни. Проплакались мы с дочкой с огромным чувством досады. И похоронили Соню во дворе на газоне под туей. Вместе с его домиком, который остался у нас от крыс и в его спальном носочке. Слезы наворачиваются, как вспоминаю.
Вот такая грустная история. Так что первая поездка на море с Юной нам запомнится на долго.