Российский внутренний рынок защитят от новой экспансии зарубежных компаний: отныне отношения с теми компаниями, которые покинули страну вскоре после СВО, но теперь рассчитывают вернуться, будут строиться по новой схеме. В частности, решая, допускать компанию обратно или нет, Правительство будет смотреть на механизм ее инвестиций — настроена она вкладывать деньги в обучение специалистов и развитие технологий или планирует лишь наращивать мощности. Об этом в среду, 18 июня, заявили участники Петербургского международного экономического форума на одной из экспертных сессий. «Парламентская газета» рассказывает подробности.
От техноколонизации — к техносуверенитету
По словам участников экспертной сессии «Сценарии технологической репатриации: место и роль зарубежных компаний на российском рынке», за неполные три года с начала СВО страна полностью изменила модель поведения — от технологической зависимости к технологическому лидерству в мировых масштабах.
«С начала 1990-х ряд стран столкнулся с экономической колонизацией со стороны Запада, — отметил первый заместитель председателя Правительства Денис Мантуров. — Когда западные «партнеры», по сути, вели себя как метрополии — извлекали из государств, которые их пустили, природные ресурсы, получали максимальную выгоду и все вывозили к себе, формируя таким образом свои экономики».
В похожей ситуации оказалась и Россия — разве что в меньших масштабах. Как подчеркнул Мантуров, вскоре после начала СВО и массового «исхода» иностранных компаний из страны выяснилось, что далеко не все они вкладывались в развитие своих компаний — в частности, в науку и обучение, — предпочитая прямолинейную политику наращивания производственных мощностей.
«Тем не менее мы можем с уверенностью сказать, что наш менеджмент справился с возникшими вызовами, — констатировал Мантуров. — Но вместе с тем нам потребовалось пересмотреть подход ко взаимодействию с зарубежными компаниями. Россия не отказывается от иностранных инвестиций. Но мы будем смотреть, чтобы они были «умными» — предполагали не просто наращивание мощностей, но и, в частности, создание новых компетенций в тех направлениях, которые у нас пока что нуждаются в дополнительном развитии».
Кроме того, по словам Дениса Мантурова, Правительство предусмотрит специальные защитные механизмы в тех сегментах отечественного рынка, где наши собственные мощности пока еще только формируются.
«Прежде всего, на наш взгляд, это означает преференции в плане госзакупок, — пояснил зампредседателя Правительства. — У нас уже сейчас до 75% госзакупок составляет российская продукция от российских производителей — причем это касается и 44, и 223 ФЗ. Думаю, будем продолжать работу в этом направлении».
«80% мы теряем из-за ставки, 20 — из-за санкций»
Впрочем, и внутри страны остаются нерешенные проблемы. Так, отметил госсекретарь Союзного государства России и Беларуси Сергей Глазьев, подсчеты аналитиков показали, что на базе уже имеющегося потенциала Россия могла бы эффективно заместить до 80% импортной продукции.
«Мы провели исследование и выяснили, что страна сегодня занимает четвертое место в глобальном рейтинге мирового технологического уклада, — подчеркнул Глазьев. — Это касается и робототехники, и нанотехнологий, и новых источников энергии, и 3D-печати, и многого другого. Но при этом, если убрать отсюда цифровые услуги в области финансов и торговли, мы смещаемся с четвертого места на девятое. Это говорит о том, что необходимо масштабирование, поскольку сегодня высокотехнологичными отраслями занимаются в основном небольшие компании».
Вместе с тем, подчеркнул Глазьев, масштабирование фактически блокирует высокая ключевая ставка.
«Опять же наши расчеты свидетельствуют, что 80% максимального выпуска импортозамещенной продукции мы теряем именно из-за того, что невозможно взять кредиты на расширение предприятий, — отметил эксперт. — И лишь 20% потерь — прямое следствие санкций».
Сергей Глазьев привел в пример опыт все тех же западных стран, где компании, занимающиеся инновациями, могут брать кредиты по ставке от 0,7 до 5 процентов максимум. По словам эксперта, это именно то направление, в котором следует двигаться и России в части определения кредитно-денежной политики.
Что же касается возвращения ушедших зарубежных компаний в принципе, то Денис Мантуров такой сценарий не исключил.
«Сначала пусть они поспособствуют отмене санкций, — подчеркнул первый зампред. — А потом пусть приходят, и мы поговорим».