Штибле́ты (от нем. Stiefelette — «полусапожок») — кожаные или суконные гамаши, а также позднее обувь из сукна или полотна на пуговицах сбоку, плотно облегающая ногу и доходящая почти до колена.
В русской армии штиблеты были введены в 1727 году и продержались до середины 1833 года. Их шили чёрными, белыми или в сине-белую полоску со штрипками. Штиблеты первоначально носили поверх коротких сапог и панталон навыпуск, позднее, во второй четверти XIX века — под панталоны.
С середины XIX до начала XX века белые штиблеты появились в штатском костюме, их носили под панталоны с открытыми туфлями, прикрывая подъём ноги, чтобы не были видны носки, считавшиеся нижним (исподним) бельём.
Башенные часы на Консьержери:
- Считаются старейшими городскими часами в Париже.
- Установлены в 1353 году на башне Сен-Жак по приказу короля Иоанна II.
- Первоначально предназначались для укрепления обороны дворца, а также служили для отсчета времени.
- Циферблат часов украшен скульптурной композицией, созданной скульптором Жерменом Пилоном.
Предлагаю вниманию уважаемых читателей очередную публикацию приквела про дядю Прохора. По просьбе некоторых из уважаемых читателей привожу ссылку на предыдущую публикацию этого цикла:
За завтраком обсуждение продолжилось с вопросов поручика:
- Полагаю, что наш доктор Грубер все еще в Бадене?
- На прошлой неделе был там, прислал очередной отчёт.
- Когда можно будет ознакомиться с предлагаемыми условиями мирного соглашения с Австро-Венгрией?
- Я их получу сегодня вечером от полковника Дюпона после того, как он одобрит наш план действий.
- Тогда давайте займемся составления плана.
- Я распоряжусь, чтобы принесли ещё кофе.
Часы Консьержери пробили полдень. Проня быстро шел под мокрым снегом по Бурбонской набережной к дому номер 19. Составление черновика плана удалось завершить довольно быстро. Луи с Луизой остались делать "беловик", а поручик отпросился к них ещё полтора часа назад в галантерейный, одёжный магазины и аптеку. В аптеке Проня набрал телефонный номер, который он почти случайно узнал у начальника штаба Особой бригады подполковника Ракитина во время подготовки к операции с немецким оберстом. В числе прочих своих документов, которые тогда сдал на хранение поручик начальнику штаба бригады, было и письмо-разрешение поручику, подписанное русским военным агентом во Франции и дающее "добро" на участие в операции в Бадене. Подполковник о военном агенте графе и полковнике Игнатьеве отызвался тогда не очень лестно:
- Белая кость и голубая кровь!.. Последний раз он по окопам гулял только в войну с японцами... Вот смотрите, поручик, свою визитную карточку мне летом дал. Представляйте, русский офицер с визитной карточкой! Как купец какой-нибудь...
Проня тогда зачем-то тогда запомнил номер телефона, указанный на визитной карточке полковника Игнатьева. Сейчас он набрал этот номер. Полковника подозвали к аппарату довольно быстро, но потом Проне долго пришлось объяснять военному агенту, кто он и по какой причине хочет срочно увидеться с абонентом. Проблема с объяснениями заключалась в том, что Луи ещё пару месяцев назад предупредил поручика, что французская полиция с самого начала войны стала усиленно контролировать телефонные звонки особено в Париже. Поэтому поручик на всякий случай в разговоре отказался назвать не только свою фамилию, но и чин. Наконец, Пронин собеседник "проникся важностью момента" и сказал:
- Хорошо, господин... офицер. Вы меня убедили. Ваша информированность о том, чего лучше сейчас не говорить по телефону, вселила в меня уверенность, что наша встреча может быть не проходной. Надеюсь, что возможные слушатели не смогут сразу разгадать этот простой... ребус. Вы ведь закончили гимназический курс?
- Так точно, ваше высокоблагородие!
- Тогда жду вас через час на набережной имени королевской динанстии у дома с номером, который на двадцать больше, чем год рождения автора произведения, которое начинается со строки "мой дядя самых честных правил...". Надеюсь, я не слишком вас запутал, но быстро мне в голову ничего другого не приходит.
- Никак нет, ваше!..
- Вот и славно. Попрошу вас быть на месте в партикулярном платье через два часа с четвертью. Я буду в...лакированных ботинках. У меня будет полчаса. Вас я узнаю по второй строке из только что процитированного произведения.
- Слышаюсь, ваше высокоблагородие!..
- Тогда до встречи. Отбой.
Для приобретения гражданской одежды Проне пришлось истратить почти весь следующий час и "энзэ", состоящее из двух швейцарских золотых вренелей. Поручик в очередной раз получил для себя подтверждение того простого факта, что его теперешний род занятий обязательно должен включать в себя, в том числе, предварительное создание тайников, состоящих, как минимум, из денег, документов, оружия и боеприпасов. Потом Проня подумал ещё и добавил в "список тайника" санитарные средства и кое-что из одежды.
Через час из большого универмага в направлении Бурбонской набережной вышел молодой человек в котелке, драповом пальто и штиблетах с гамашами. Мальчишка-курьер у тому времени уже ехал на велосипеде по направлению "особняка Луизы" с большой коробкой, в которую была упакована военная форма, сапоги, сабля в ножнах и пустая пистолетная кобура поручика. Во внутреннем кармане сюртука у Прони помимо пистолета лежала и его "верительная грамота", то самое письмо-разрешение, подписанное военным агентом, которое Луи вручил поручику перед предыдущей операцией в Швейцарии.
Снег наконец прекратился, из-за туч блеснуло даже несколько солнечных лучей. До нужного дома Проня рассчитывал дойти за полчаса. По выработанной уже привычке поручик отправился в путь с некоторым запасом по времени. Но его первоначальные расчёты не оправдались. Дважды подряд, задерживаясь перед витринами поручик обратил внимание на неприметного господина в таком же котелке, который непривычно сейчас Проня ощущал у себя на голове, и в длинном синем пальто. Мужчина шел за поручиком по противоположному тротуару, отстав саженей на тридцать. Проня подумал, что двух раз в данной ситуации вполне достаточно, чтобы сделать определённые выводы. Он не стал терять времени на проверку возникших подозрений, а просто быстро спустился на ближайшую станцию метро и удачно сел в отходящий через несколько секунд поезд. "Синее пальто" тоже прибежал на перрон и был таким образом "окончательно уличен в преступных замыслах". Поручик снял шляпу и наблюдал за метаниями "хвоста" по перрону из окна входившего в тоннель последнего вагона. Через две станции на третьей Проня вышел, перешёл по переходу и сел во встречный поезд. Возвращаясь на ту же станцию, на которой его потерял "синее пальто", поручик немного рисковал. Но он не так хорошо знал Париж, чтобы и дальше "петлять" под или над землей и при этом ещё и не опоздать на важну. встречу.
Но на встречу он всё-таки опоздал на две минуты, хотя почти бежал заключительные три квартала. Мужчина лет сорока в черном цилиндре и пальто такого же цвета уже прогуливался вдоль высокой ажурной металлической ограды, стараясь не наступать в многочисленные лужи своими лакированными ботинками. Проня сбавил немного темп и постарался привести дыхание в порядок:
- "Когда не в шутку занемог"... Прошу извинить за опоздание, ваше высоко...
- Мы не на плацу, господин... до сих пор не имею чести!.. Отчего так запыхадись? Со временем не дружите?
- От "хвоста" уходил...
- Однако!..
Проня вынул из кармана и протянул военному агенту свои "верительные грамоты":
- Вот извольте...
Пробежав глазами текст и внимательно приглядевшись к своей подписи полковник Игнатьев поднял глаза на Проню:
- А... вот вы кто, господин поручик! Кто-то - сейчас уже не вспомню - в штабе Жоффра мне рассказазывал, что вы эту операцию удачно смогли завешить, предоставив в распоряжение союзников схему важного участка германской тыловой оборонительной линии... Давайте по-простому. Как меня зовут, вы, надеюсь, знаете...
- Так точно, Алексей Алексеевич!
- А вас как звать-величать? В бумаге только инициалы "П.Л"...
- Прохор Лукич...
- Пойдемте, Прохор Лукич вон в то заведение... До четырнадцатого года это было очень хорошее кафе-шантан, а теперь просто кафе с отвратительным кофе и пирожными. И давайте далее без чинов...
Выбрав угловой столик полковник снял цилиндр и пальто. Под головным убором у военного агента оказался идеальный пробор в густых темных и коротких волосах. Вместе с усами и выправкой при ходьбе искушенный наблюдатель мог легко опознать в Пронином "визави" офицера. Сделав заказ военный агент глянул на свои часы и заметил:
- У меня осталось двадцать две минуты. Слушаю вас внимательно, Прохор Лукич. Но сначала расскажите про слежку. Кто это был и кому могло быть так интересно, куда вы направляйтесь?
Поручик описал "хвоста", затем кратко рассказал военному агенту о встрече с полковником Дюпоном и сути полученного от него задания. Пауза в рассказе возникла пока официант расставлял на столике чашки и тарелки с тарталетками. Проня удостоверился, что смог уложиться за лесять минут. Сделав пару глотков слово взял военные агент:
- Всё, что вы рассказали, очень интересно, но... давайте по порядку. Судя по вашему описанию и тактики действия "хвоста", это вряд ли могли быть союзники, а также германские или австрийские агенты. Второго вы не заметили?
- Нет, ваше... Алексей Алексеевич. Не заметил. Могу с уверенностью доложить, что второго не было.
- Какие ваши соображения на этот счёт?
- В госпитале меня навестил старый знакомый по Риге и австрийскому плену... Как я понимаю, он активный член социал-депократической партии. Он на нашей предыдущей встрече намекал на следующую...
- Хорошо. Примем это пока к ведению. Теперь я вынужден кратко обрисовать свою текущую сферу ответственности. Правда, это займёт больше десяти минут и Наталья Владимировна будет сердиться... Давайте сделаем так. Вас сегодня вечером должны будут ознакомить с условиями для Австро-Венгрии, которые как бы должны в будущем исходить от неё. Так?
- Если наш план одобрит полковник Дюпон...
- Одобрит, я уверен. Приходите завтра с утра на улицу Элизе Реклю, четырнадцать. Там моя канцелярия. Лучше приходите в форме, так будет легче затеряться между других посетителей. Посетителей, одетых в военную и полувоенную форму, за последние полгода стало существенно больше, чем цивильных. Явный признак, что война приближается к своему завершению... Не находите? Кхе-кхе.
Проня молча кивнул и отпил из чашки. Его собеседник положил часы перед собой на стол:
- Да, вы правы. Не будем терять времени. Так вот, за прошедшие полтора года моя деятельность во Франции сфокусировалась, если можно так выразиться, вокруг поставок оружия и боеприпасов для русской армии. Все остальные обязанности "стандартного" военного агента пришлось так или иначе пускать на самотёк. То, о чём вы рассказали, в этот "фокус" не попадает. С другой стороны, на данной стадии мне бы очень не хотелось пока беспокоить Александра Петровича... У нашего посла во Франции и так много дел. Тем более, что вести с Родины приходят всё более непонятные и неприятные. Вы, например, можете себе представить, что в России возникла угроза голода, хлеба не хватает? Вот и я не могу. И тем не менее, это так. Н-да... Мой лимит времени исчерпан. Вы можете ещё попробовать здесь луковый суп. Он действительно здесь не плохой. До встречи завтра утром! И смените "котелок" на какой-то другой головной убор, если снова у вас возникнет необходимость в партикулярном платье.
Проня встал из-за стола и пожал протянутую руку. Тарталетки, начиненные чем-то острым и пряным, возбудили у него аппетит. Поручик действительно отведал местного лукового супа, присовокупив к первому блюду ещё и бифштекс с тушеными овощами. До места своего ночлега поручик дошёл в приподнятом настроении, хотя не смог бы четко объяснить кому бы бы то ни было, на чём основывается такой сдвиг настроя к знаку "плюс". Перед выходом из проулка Проню окликнул знакомый голос. На другом тротуаре стоял Рихард в своём длинном плаще и приветливо махал поручику шляпой-котелком. Незаметно вздохнув поручик махнул рукой в ответ и остановился на перекрестке. "Старый знакомый" перебежал дорогу перед таксомотором, вступил в большую лужу, на тротуаре переложил свой саквояж из руки в руку и воскликнул:
- Как хорошо, что мы снова встретились! Я, честно говоря, уже замёрз фланировать вокруг того особняка и собирался уходить.
- У меня не очень много времени, Рихард.
- У меня тоже. Через полтора часа мой экпресс на Брест... Но я же оказался прав, вы встречались с полковником Дюпоном?
- Встречался.
- Тогда может быть просто прогуляемся вон в том скверике?
- Извольте! Так о чем вы хотели поговорить?
- Сначала примите мои искренние восхищения. Вы лихо ушли от моего человека в метро. Снимаю шляпу!
-Это было не трудно, поверьте.
- От меня бы вы так легко не отделались!
- Поживем - увидим.
- Может, тогда поделитесь, с кем вы встречались сейчас?
- С русским военным агентом во Франции.
- Как с вами приятно разговаривать! И о чем же шла речь на вашей встрече?
- Скажите, Рихард, в России действительно сейчас уже не хватает хлеба?
- Я на ваш вопрос отвечу, а вы на мой вопрос можете не отвечать. И так понятно, что их сиятельству, полковнику Игнатьеву вы рассказали о встрече с полковником Дюпоном...
- Не буду отнекиваться.
- Это похвально. Так вот, в России-матушке бардака хватала всегда и в мирное время. А уж на третьем году такой войны степень бардака, на мой взгляд, достигда критического уровня. В теории это ситуация называется "верхи уже не могут, низы уже не хотят"... По факту, где-то зерно гниёт, где-то оно даже ещё не обмолочено, а где-то его уже сильно не хватает. Система железнодорожных сообщений Российской империи уже не просто сбоит, а бьётся в предсмертных судоргах. Это как бы обратная сторона "медали" с надписью "бескрайние просторы". На этих самых бескрайних просторах живут люди, которые каждыцй день хотят кушать хотя бы вдосталь хдеба, а лучше ещё с молоком и маслом...
- И кто-то эти судороги возможно усугубляет и провоцирует?
- Так оно и есть. Этим занимается как раз та "коалиция", которая выбрала для себя следующую последовательность ходов: сначала революция, потом выход страны из войны.
- Ваша партия действует на стороне этой "коалиции" или против неё?
- Не всё так однозначно...
- Мне в политических лабринтах пока трудно разобраться, поэтому я стараюсь упростить схему для своего понимания.
- СкАжите, о чем был разговор с полковником Дюпоном?
- Нет конечно.
- Хорошо. Спрошу иначе. Имел этот разговор какую-то содержательную связь с нашим с вами разговором в госпитале об Австро-Венгрии?
- До некоторой степени...
- Больше мне пока ничего от вас не надо. Можете рассчитывать при необходимости на мою помощь в Швейцарии.
- А как вы?.. Мне уже пора. Придётся останавливать таксомотор, а то опоздаю на вокзал. До встречи!
Вернувшись в особняк поручик был подвергнут тщательному внешнему осмотру со стороны Луизы. Вердикт по поводу своего "экстерьера" он услышал в целом положительный:
- Вы неплохо справились с задачей, Прохор! Только шляпа-котелок вам совсем не к лицу. Вам больше подходит кепка. Можете пока отдохнуть, Луи обещал не опаздывать на ужин. Однако, вы задержались в городе дольше, чем рассчитывали?
- У меня помимо запланированной встречи случилась ещё одна. Скажите, Луиза, слугам в этом особняке вы всем доверяйте?
- А что случилось?
- Случилось то, что на незапланированной встрече мой визави предложил мне свою помощь в Швейцарии.
- Однако!..
Берегите себя, уважаемые читатели!
Подпишитесь на канал , тогда вы не пропустите ни одной публикации!
Пожалуйста, оставьте комментарии к этой и другим публикациям моего канала.
По мотивам ваших комментариев или вопросов я подготовлю несколько новых публикаций.