Мужчина с ограниченными возможностями выступает за то, чтобы финансируемые государством врачи не подвергали его эвтаназии в соответствии с радикальными законами канадского правительства об «ассистированном самоубийстве».
Лечить нельзя, убить!
Роджер Фоули говорит, что на него оказывают давление, чтобы он умер после девяти лет в больнице. Он рассказал, что учреждение, финансируемое государством, теперь вынуждает его выбрать эвтаназию вместо поддерживающей терапии.
Фоули, страдающий тяжёлым неврологическим заболеванием, известным как спиноцеребеллярная атаксия, рассказал LifeSiteNews, что сотрудники Лондонского центра медицинских наук (LHSC) в Онтарио неоднократно пытались заставить его согласиться на медицинскую помощь при смерти (MAiD) против его воли.
«Они (сотрудники больницы) снова начали расспрашивать меня о самоубийстве и синдроме дефицита внимания и гиперактивности, несмотря на мои неоднократные возражения и просьбы не давить на меня», — сказал Фоули.
Он описал допрос как навязчивый и агрессивный, подробно рассказав, как сотрудники даже поднимали эту тему во время ухода за ним:
«Персонал настолько зациклился на вопросах, связанных с суицидом, что задавал их, пока я сдавал анализы, и даже во время уборки в моей палате».
Фоули говорит, что персонал обычно спрашивает, не хочет ли он «покончить с собой», зная, что это часто приводит к разговорам об эвтаназии.
«Они то и дело пытаются разговорить меня на тему суицида, но я не буду с ними общаться, потому что знаю по своему опыту в больнице, что их вопросы о суициде приводят к разговору о MAiD», — объяснил он.
Фоули был госпитализирован в 2016 году из-за осложнений, вызванных пищевым отравлением, и до сих пор находится в больнице. Однако он отчаянно хочет вернуться домой с личным помощником. Он объяснил, что на протяжении многих лет ему постоянно предлагали эвтаназию вместо того, чтобы оказать ему надлежащую поддержку и позволить покинуть больницу.
В последнее время его состояние ухудшилось: в больнице заменили жёлтое освещение на яркое, что усугубило его неврологические симптомы.
«Новое освещение вызывает у меня сильную боль, временную слепоту, ухудшение зрения и приводит к быстрому ухудшению здоровья, в результате чего возникает ацидоз и неврологический коллапс», — сказал он.
Сейчас он получает внутривенное питание, не может есть, пить или принимать лекарства и с 6 мая питается через зонд.
Фоули признаёт, что находится в критическом состоянии:
«Сейчас я нахожусь в критическом состоянии, которое может привести к летальному исходу, если не будет восстановлено освещение».
Фоули ведёт судебную тяжбу за право распоряжаться его имуществом. Он запрашивает финансирование для самостоятельного найма сиделок, что распространено в таких странах, как США, Великобритания, Франция и Австралия. Но Министерство здравоохранения Онтарио отклонило его запрос, вынудив его подать апелляцию в Апелляционный суд Онтарио.
«Тот тип ухода на дому, который мне нужен, с самостоятельным финансированием, на самом деле является правом, которое есть в других странах», — сказал Фоули.
«Итак, я не прошу ничего неразумного, и это экономично по сравнению с монополизированным универсальным уходом на дому, который в настоящее время навязывается Канадой».
В настоящее время существует как петиция с требованием обеспечить Фоули надлежащей медицинской помощью, так и кампания по сбору средств для его судебного разбирательства.
С 2016 года в рамках канадской программы MAiD было унесено более 60 000 жизней. История Фоули посылает тревожный сигнал: когда уязвимый пациент просит только о домашнем уходе, система подталкивает его к самоубийству. Только в 2022 году 13 241 канадец, что составляет 4,1% от общего числа умерших, были убиты путём эвтаназии, что на 30% больше, чем годом ранее.
Дело Фоули теперь вызывает общенациональную дискуссию — и петицию с требованием полного соблюдения его медицинской автономии. Это не просто личная трагедия; это тревожный сигнал о том, как государственные системы здравоохранения могут принуждать к эвтаназии вместо того, чтобы поддерживать уязвимых людей.
Борьба Фоули за право самостоятельно принимать решения и свободу от навязывания эвтаназии должна стать тревожным сигналом для других стран, пытающихся ввести так называемые законы об «ассистированном самоубийстве».