В британской королевской семье всегда было не принято выносить сор из избы.
Но если кто и мог нарушить это правило, так это принц Филипп — муж королевы Елизаветы II и отец четверых детей.
Филипп не был ни мягким, ни дипломатом: всю жизнь он придерживался жёстких принципов, сначала воспитав себя армейской дисциплиной, а потом — пытаясь передать её своим сыновьям.
Когда в начале 1980-х Эндрю, второй сын Филиппа, вернулся домой после Фолклендской войны, он был героем для всей страны. Молодой, красивый, офицер Королевского флота, участвовавший в реальных боевых действиях — казалось бы, отец мог бы наконец испытать гордость.
Филипп и правда был впечатлён подвигами сына, но этот восторг длился недолго.
Очень быстро стало понятно: военный героизм — это только эпизод. После войны Эндрю расслабился, взялся за весёлую жизнь на полную катушку — вечеринки, шумные компании, внимание девушек, и не слишком много желания работать. Самодисциплина ушла на второй план, а чувство ответственности и вовсе затерялось где-то между сочными светскими заголовками.
Филипп терпеть не мог показной праздности. Он всю жизнь пахал , был требователен сначала к себе, потом к детям — и поражался, как быстро сын растерял все хорошие задатки. Не удивительно, что однажды, не выдержав, отчитал Эндрю прямо при семье и обозвал «бесполезным». Эта характеристика не раз повторялась в узком кругу и, говорят, не раз срывалась с уст Филиппа, когда речь заходила о герцоге Йоркском.
Годы шли, но ситуация не менялась. Эндрю всё больше ассоциировался с праздной жизнью: дорогие курорты, светские тусовки, а после развода с Сарой Фергюсон — громкие скандалы. В какой-то момент он окончательно стал героем таблоидов на уровне жёлтых сплетен, а не славных подвигов. Самые горячие обсуждения вызывали именно его легкомысленность, нежелание брать на себя хоть какую-то ответственность и постоянные расходы за счёт королевского бюджета.
Складывалось ощущение, что Эндрю не только разочаровал отца, но и словно делал это нарочно. Ведь Филипп не раз давал понять: в королевской семье каждый должен работать на её престиж, а не только личное удовольствие. Отсюда — знаменитые саркастические фразы Филиппа и сухое неодобрение, пронёсшееся через десятилетия.
Когда грянули совсем серьёзные скандалы — например, дело Джеффри Эпштейна и отказ Эндрю сотрудничать со следствием, а также его убогое интервью BBC (которое все называют провалом года), терпению Филиппа настал конец.
Он не скрывал — хуже такого сына сложно себе представить. Всё, что Эндрю мог бы исправить ещё когда-то, так и не было сделано. А «бесполезный» статус закрепился за герцогом Йоркским прочнее всех военных наград.
Если задуматься, почему Филипп был так зол, ответ очевиден: для него честь семьи и её репутация всегда были важнее личных удовольствий.
Он сам служил честно и жёстко, прошёл войну, знал цену дисциплине и сдержанности. Эндрю, к сожалению, почти всегда выбирал путь противоположный: там, где отец работал и держал марку, сын отдыхал и попадал в скандальные хроники.
Наверное, для Филиппа не было большего разочарования, чем иметь героя-сына, который прославился на войне, но «просадил» всё доверие и уважение в мирной жизни. К сожалению, принцип Филиппа прост: почёт не даётся один раз на всю жизнь, а заслуживается ежедневно. И если бы Эндрю прислушался к этим урокам — возможно, сегодня о нём говорили бы иначе.
Так и осталось в королевской семье: Филипп — символ стержня, а Эндрю — воплощение несбывшихся ожиданий. Может быть, именно такие истории и делают британскую монархию по-человечески настоящей — с её гордостью, обидами и извечными «к сожалению».