Моя невероятная недолавстори с Валерой начиналась осенью. Никогда не любила осень.
Зато я очень ждала Новый год – мы должны были провести его с Валерой вместе. Ну как должны были… В моей голове, но по его инициативе. Он непременно должен был быть рядом, как можно дольше, как можно скорее. Нам предстояли полторы недели праздников, фантастического кекса, гирлянда-штора, мороз и оливье.
Мы с Валерой считали дни. Уже очень скоро. Предновогодняя хсуета, авралы, дедлайны, простуды, корпоративы (больше я на корпоративах ни с кем не знакомилась, наученная горьким опытом)).
Я отменила все планы – знакомо? Отложила на потом всех друзей, родственников, мероприятия. В моих фантазиях были только я и он.
До праздника оставалось меньше недели. Буквально вдохнуть, выдохнуть, и всё будет хорошо. Я не устала от внимания Валеры 24/7 – ведь это же мой человек.
Маленькая ремарка: я не считала, что мы с Валерой в отношениях и всячески это подчеркивала. Это была интрижка, которая могла (конечно, и должна была) перерасти во что-то большее – именно тогда, когда мы проведем больше времени вместе. То есть в этот праздник: говорят, под Новый год, что ни пожелается, то всегда произойдет, то всегда сбывается.
Зато сам Валера очень любил слово «отношения». Ну и мой психотерапевт )
Это был очень напряженный рабочий день, в который я сказала Валере: я устала, у меня нет настроения, болит голова, на связи вечером.
Вечером меня ждало голосовое сообщение. Голос, полный боли, вселенской скорби и отчаяния, сообщал мне:
Он вообще ни с кем не хочет разговаривать и никуда ехать. Он устал от жизни. Валера чувствует слияние со мной (он увлекался психологией так же, как и я, и очень любил всякие термины, вроде гештальтов и аддикций), и это кажется ему опасным. Сейчас мы будем вместе, а потом не будем. Это страшно. Он боится себя и своих чувств. Он слишком сильно в меня влюблен и совершенно не знает, что ему теперь с этим делать. Он не думал, что его чувства зайдут так далеко.
– Валер, я правильно поняла, что тебя не ждать на Новый год?
– Не ждать.
Мне казалось, что на этом моя жизнь закончилась. Я рыдала лёжа на кафельном полу в темноте, а в ответ мне весело подмигивала гирлянда-штора.