Дорога вела сквозь поля, пересохшие канавы и редкие деревни. Слева кособочились заборы, справа — бескрайнее небо. Алексей ехал неспеша, слушая, как в кузове поскрипывают снасти. Он собирался на своё любимое место — тихую заводь за старым мостом, где прошлым летом взял своего первого трофея.
На часах было 6:47, и утро только-только разворачивалось. За бортом — лёгкий туман, роса, а в салоне — термос с кофе и бутерброды с колбасой.
Он только проехал окраину деревни, как на обочине увидел фигуру. Девушка. Высокая, длинноногая, в коротком, но плотном сером платье, с поясной сумкой и двумя тубусами от спиннингов. За спиной — рюкзак, кроссовки насквозь в пыли. Она подняла руку.
Алексей замедлился. Подумал: странно. Такое нечасто на рыбалке встретишь. Особенно — в одиночку.
Он опустил стекло:
— Доброе утро. До куда?
— Доброе. Если вы к воде — возьмите с собой. Я на Щербинскую протоку.
Он кивнул. Туда же и сам ехал.
— Садитесь.
Она открыла дверь и ловко влезла, не цепляя платье. Уселась, сложив спиннинги аккуратно к ногам.
— Алексей, — представился он.
— Даша, — коротко кивнула она. — Спасибо, что остановились.
Некоторое время ехали молча. Алексей изредка поглядывал на неё — глаза внимательные, руки уверенные, ногти коротко подстрижены. Не из тех, кто приехал для селфи с удочкой.
— Вы часто тут ловите? — спросила она.
— Каждый выходной. А вы?
— Раз в пару месяцев. Живу в городе, но сюда всегда тянет.
— Интересный у вас комплект. Обычно с такими снастями мужики ходят.
— С братом собирали. Он в армии теперь. А я ловлю — за двоих.
Он кивнул, слегка смутившись. Что-то в ней было спокойное, цепкое. Не суетилась, не играла «девочку не от мира сего». И говорила просто.
До места доехали быстро. Он заглушил двигатель, вышел, потянулся. Роса обдавала кроссовки. Солнце поднималось из-за леса, по воде шла лёгкая рябь. Они разошлись по своим берегам.
Минут через двадцать Алексей понял: клёва нет. Ни поклёвки, ни тычка. А ветер начал шевелить леску, путал заброс.
С противоположного берега до него донёсся голос:
— У вас тоже глухо?
Он кивнул, но потом махнул рукой и подошёл ближе.
Даша сидела на пенке, перебирала коробку с блёснами. Там было всё: от «Атомов» до японских колебалок.
— Хочешь — подберу тебе что-нибудь? — спросила она, не глядя.
— Ну давайте. Мне терять нечего.
Она выбрала одну — небольшую, матовую, с зелёной полосой по краю.
— Рабочая. Брат клялся. Я пару раз пробовала — брала судака, хотя рассчитывала на окуня.
— А вы не боитесь, что я у вас её «уведу»?
— А вы не боитесь, что я шучу и это — откровенное китайское фуфло?
Они оба рассмеялись. Что-то в этой лёгкости разговора было расслабляющим. Он взял блесну, поставил, закинул. И тут — удар.
Рывок был сильный, неожиданный. Он чуть не выронил спиннинг.
— Есть! — крикнул он.
Она подошла ближе, смотрела, как он тянет. Щука — большая, бодрая, серебристая, с тёмной спиной. Он работал аккуратно, не спеша. Сердце стучало, как у подростка на первом свидании. Подсака с собой не взял — пришлось заводить на берег «по живому».
Когда щука плюхнулась в траву, он не поверил глазам.
— Килограмма четыре, не меньше, — выдохнул он. — На первую же проводку.
— Я же говорила.
Он посмотрел на неё.
— Вы ведь знали, что сработает, да?
— Нет, — она улыбнулась. — Но было ощущение. А ещё ты был слишком серьёзен. Хотелось тебе день скрасить.
Щуку они положили в мокрую тряпку. Потом он пошёл за телефоном, чтобы сфотографировать — а когда вернулся, её уже не было. Ни пенки, ни рюкзака. Только следы в траве и камушек, на котором лежала та самая блесна.
Он стоял над щукой, глядя на блесну, будто на письмо без подписи. Та самая — зелёная полоска, матовое тело, чуть погнутая после боя. Лёгкая, будто специально для него оставленная. Алексей поднял её, покрутил в руках. Подошёл к воде, ополоснул.
— Исчезла, — пробормотал он. — Как сказка.
Огляделся по берегу: ни следа. Ни силуэта, ни звука шагов. Только камыши шуршали. Он поднял голову — солнце уже ярко било по глазам. Щука в тряпке затихла, отдыхала, будто знала: её поймали не просто так.
Он вернулся на своё место, но забрасывать больше не стал. Сел, налил из термоса остывший кофе, закурил. В голове крутилась мысль: «Это случайность? Или знак?»
Прошло минут двадцать. Подошёл знакомый местный — Володька с той стороны залива, всегда с алюминиевым ведром и кепкой на глазах.
— Ну чё, Лёха, как успехи?
— Щука… — показал он. — На вот эту. Девушка подсказала.
— Какая девушка?
— Длинная такая… с двумя тубусами.
Володя прищурился:
— Да ты, брат, перегрелся, что ли? Тут за всё лето баб одна была — продавщица из деревни, да и та без удочки.
— Да не… — Алексей замолчал. Поковырялся в рюкзаке, достал колебалку. — Вот, она дала.
— Ну, может, кто мимо проходил, — пожал плечами Володя. — Но щука знатная, не спорю. Повезло тебе.
Алексей кивнул, но сомнения остались. Он весь день провёл на берегу, но больше не забрасывал. Ему почему-то казалось — вся магия этого утра уже произошла. А значит, лучше просто побыть в тишине.
Ближе к вечеру он упаковал снасти, взял щуку, блесну аккуратно положил в отдельную коробку. В городе на рынке к нему подошёл пожилой рыбак, увидел щуку, присвистнул:
— О, на что такую взял?
Алексей усмехнулся.
— На чувство. На доброе чувство, что кто-то рядом и хочет, чтобы ты поймал.
Дома он приготовил щуку по старинному рецепту. С лимоном, с зеленью, с картошкой в рукаве. Позвал старенькую соседку — Валентину Семёновну с третьего этажа.
— Алексей, ты уху обещал, а тут целая запечённая рыба! — засмеялась она.
— Особый случай, — ответил он.
На кухне пахло жареным, окна дрожали от смеха. А потом он открыл коробку с блёснами, достал ту самую. Долго держал в руке.
На следующий день он заехал в рыболовный магазин. Продавщица — невысокая девушка в толстовке с рыбой — глянула на него, на блесну, на фото щуки.
— Ничего себе. Вы на эту взяли?
— Угу. Откуда она?
— Мы их весной брали, штук двадцать. Расхватали быстро. Осталась только одна — витринная. Но они без названия, привезли местные ребята. Мы думали, не пойдут. А вы прям доказали обратное.
Алексей купил ту последнюю. На витрине повисла пустота. Он ехал домой и вдруг понял: блесна теперь не просто снасть. Это как открытка. Без подписи, но с тёплым посланием.
Прошло несколько недель. Щуку он вспоминал часто. Но больше — ту встречу. И не потому, что она была красивая. А потому что была настоящая. Спокойная, без игры.
Однажды он снова поехал на Щербинскую протоку. Привёз с собой ту самую блесну. Закинул раз, другой — тишина. Но он и не ждал чуда.
Уже собирался уходить, как с другой стороны берега раздался женский голос:
— На этот раз ты что выбрал?
Он замер.
Повернулся. Девушка в кепке, в жилете, с тем же лёгким рюкзаком, сидела у воды, перебирала снасти.
Алексей засмеялся. Широко, по-настоящему.
— Теперь я сам. Но блесну оставлю на случай, если опять исчезнешь.
— Я просто ушла ловить в другое место, — сказала она. — Но приятно, что ты не выбросил.
Он подошёл ближе, присел рядом.
— Хочешь чаю?
— Хочу.
И как-то просто стало. Без объяснений. Без нужды додумывать. Потому что, как оказалось, на рыбалке важно не только, кто с тобой рядом. Но и кто остался в голове, даже когда клёв закончился.
