Пустышка!
Гоша закрыл темным стеклом глаза, чтобы не видно было, как он смотрит на Илону, сидящую на соседнем ряду.
— Ты чего это люстру разглядываешь? — Венька, лучший друг, ткнул локтем в бок. — На солнце смотреть надо, а не на электрический свет!
Гоша смутился. Даже другу стыдно признаться, что, похоже, влюбился. Как же не вовремя! Последние экзамены и выпускной, не до амурных переживаний!
— Оболочка! — Веня глянул на Илону презрительным взглядом.
— Ты о чем? — щеки Гоши предательски вспыхнули.
— Все о том же. Не превращайся в одного из ее воздыхателей. Она того не стоит!
— Да я вовсе и не…
— Расскажи кого-нибудь другому. Я не слепой. Да! Она красивая, не спорю! Одевается лучше всех в школе. Даже историчка ей завидует, замечания делает, то слишком коротко, то очень прозрачно. Но в голове Илонки — пустота. Все хорошие оценки получает лишь потому, что ее папаша спонсор школы.
Гоша вздохнул. Венька прав. Где он и где она! Разве может он тягаться с ее друзьями, которых в школу привозят родители на дорогих машинах. Но… любоваться хотя бы можно? Илова сидела задумавшись. Ее белые зубы сжимали кончик авторучки. Пухлые губы вызывали волнующие желания. Тень от ресниц падала почти на пол лица. А в глубоких карих глазах можно было утонуть как в горячем шоколаде.
— Надо издать новый закон. Запретить красивым девчонкам учиться в старших классах обычных школ. Пусть их переводят в какой-нибудь женский лицей. Чтобы не портили жизнь парням. — Венька опять посмотрел на Илону. — Пустышка!
— Пусть! — Гоше хотелось прикоснуться к руке Илоны с длинными музыкальными пальцами и такими беззащитными голубыми венами.
Почувствовать нежность кожи, вдохнуть запах ее духов. Не мимолетно, а наклонившись близко-близко. Дрожа при этом всем телом.
Венька сильнее ткнул в бок:
— Все парни глупеют рядом с девчачьей красотой. Контрольную дописывай, урок заканчивается.
Инородное тело в чужой жизни.
— О! Гоша! — Илона вышла из супермаркета с покупками. — Поможешь?
— Да, конечно! — Подхватил тяжелые пакеты. — Ты сегодня без водителя?
— Ему незачем знать, что я купила и куда все это отвезу. Сразу же отцу доложит. Шпион еще тот!
Звякнуло стекло, из пакета выглядывали бутылки с акцизными марками.
— Праздник намечается?
— Да! Прощание с детством. Хотим с друзьями оторваться. И ты знаешь, мне нужен охранник! Свой человек, которому можно доверять. Можешь им быть?
— Я не совсем понимаю… — Гоша не сомневался в своих силах, занятия спортом не прошли даром, — Охранять? От кого?
— От меня самой! Я когда выпью, такой становлюсь! Могу натворить дел, потом отцу разгребать придется.
— И как тогда тебя охранять? Бокал из рук забирать?
— Есть одна фраза, которая меня приводит в чувство. Но это — секрет! Скажу, если станешь моим охранником на этот вечер. Ты же не хочешь, чтобы меня кто-то обидел?
— Не хочу! — Гоша так до конца и не понимал, что ему надо делать.
— Вот и отлично! Тогда поехали!
— Что, прямо сейчас?
— А тебе что, переодеться надо?
Гоша окинул себя взглядом, дома вряд ли есть одежда получше.
— Нет…
— Тогда в чем дело? Садись, поехали!
Непередаваемое чувство. Классная дорогая машина, красивая девушка, от которой ты без ума. В салоне запах французских духов и ощущение полета. Но, в то же время смущение от невозможности оценить самого себя. Кто ты в этой машине? Зачем тут сидишь, пряча ноги в старых туфлях под сиденье? Инородное тело в чужой жизни.
Машина медленно подкатила к симпатичному коттеджу, возле которого на стоянке уже стояли несколько крутых авто.
— Мы специально сняли этот дом, чтобы наши предки нас не нашли. Знаешь, как трудно жить под вечным надзором? Туда не ходи, с теми не дружи, эти не нашего уровня!
— Как я! — вырвалось у Гоши.
— Ну, типа того. — кивнула Илона, будто не понимая, что вот прямо сейчас сделала больно своему новому охраннику. — Давай договоримся сейчас. Ты — обычный гость, как все мы. Можешь есть, пить, танцевать. Но при этом не должен спускать глаз с меня. Никто, слышишь, никто не должен меня лапать, уводить в другую комнату, фотографировать пьяную. Селфи с девчонками не в счет. Если вдруг я слечу с катушек, ты должен подойти и сказать мне на ушко так, чтобы никто не слышал: “Прекрати быть стервой, как твоя мать!” Все! Обычно я торможу и соглашаюсь уехать домой. Все понятно? Вот только не надо лишних вопросов!
— Понял.
— Бери пакеты, пошли!
Ты кто такой?
В большой гостиной звучала музыка. Трое парней лежали на диванах в расслабленной позе, с раскинутыми руками и закрытыми глазами.
— Вы не рано ли начали балдеть? — Илона толкнула одного из них. — Сафар, где девочки?
— На кухне. — Парень открыл глаза, посмотрел на Гошу. — Что вкусного привезла доставка?
— Это не курьер! — Илона показала на своего бывшего одноклассника. — Он такой же гость, как все мы.
— Шутишь? — другой мажор встал с дивана.
Все зашевелились, с интересом разглядывая одежду странного парня.
— Ярик, не начинай!
— Может, ты нам его представишь? Кто такой? Чей сын?
— Это Гоша, мой одноклассник.
— Москва слезам не верит! Дубль два! — иронично произнес долговязый парень в дорогой одежде с толстой золотой цепочкой на шее.
На левой руке его была татуировка с именем Лев. Чуть ниже голова царя зверей. То ли объясняющая значение имени, то ли претендующая на главную роль в прайде людей. Он оказался на целую голову выше Гоши. «Вот кого надо было брать в охранники», — мелькнуло у того в голове.
— А может его назвали в честь Гайдара Егором. Почему тогда не Тимур?
Парни явно оживились, найдя объект для насмешек.
— Не слушай их, пошли на кухню! — Илона потянула за рукав начавшего злиться Гошу. — Этим придуркам лишь дай повод, до утра не успокоятся. Ты не за этим сюда пришел. Просто будь рядом.
Еще никогда в жизни Гоша не чувствовал себя так… мерзко! Размалеванные девицы сначала крутили носами, фыркая и брезгливо шарахаясь от Илонкиного охранника. Потом, по мере поднятия градуса в крови, глаза их все больше наглели, цепляясь за рельефы его накаченной фигуры. Еще позже они пытались будто нечаянно упасть к нему на колени, вызывая волну злости у богатых парней.
— Какого черта? Он что, лапать наших баб сюда пришел?
Особенно кипятился долговязый Лев. Он явно имел виды на Илонку, но Гоша мешал ему подойти поближе к захмелевшей подруге. Постоянно, будто невзначай, оказывался между ними. Обстановка явно накалялась. Илона менялась на глазах. Сначала она заступилась за Гошу, потом показала свою душу во всей красе.
— Что, хочешь себе такую девочку? — она указала на одну из своих подружек, целующуюся с Яриком. — Тебе не видать ее, как… — она громко икнула. — Надо быть настоящим мужиком, понятно? А ты кто?
Гоша стиснул зубы. Что будет дальше? Ярик с одной из девушек поднялся на второй этаж. Сафар с другой давно закрылся в ванной. Илона наливала себе один бокал за другим, ничего уже не соображая. Лев сжимал кулаки, поглядывая на доступную подругу, притащившую зачем-то этого убогого одноклассника на вечеринку.
— Слышь, ты, не пора ли тебе домой? Я могу вызвать такси.
— Ты прав, пора! — Гоша наклонился к Илоне и произнес секретные слова.
Это надо было видеть! Огромные карие глаза в один миг налились злобой, сменив цвет с горячего шоколада на цвет вороного крыла. Черные, бездонные, пышущие ненавистью. Гоша не ожидал такой реакции, даже отшатнулся от неожиданности.
— Я не такая, понял, нищеброд?! Где моя сумочка! Отвези меня домой сейчас же!
— Куда? — Лев раскинул руки, пытаясь остановить Илону.
— Руки убери! — Гоша не стал ждать продолжения.
По-хорошему с этим огромным парнем они бы точно не разошлись. Удар! Лев от неожиданности попятился, опрокинул журнальный столик с бутылками и упал на диван.
— Ах, ты, ну все, держись!
Пришлось добавить. Гоша затряс отбитой рукой. Тут как с быком. Надо или добивать первым, или бык тебя поднимет на рога. На шум из ванной выглянул Сафар. Увидев драку, попытался схватить Гошу, даже успел один раз ударить в лицо. Но тут же рухнул на пол рядом с крупной тушкой Льва, запутавшись в собственных спущенных штанах. Гоша подхватил Илону на руки, облизнул разбитые губы, сплюнул на пол и произнес:
— Я — Георгий! Ясно вам? Значение имени знаете?
Илона сопротивлялась, била кулачками по спине, обзывала его разными словами. Особенно, когда услышала, что он вызывает такси.
— Слабак, даже машину водить не умеет. Нищеброд!
Пора взрослеть.
Маринка принесла лед. Гоша отвернулся к стене, не желая показывать сестре разбитую опухшую губу.
— Кто это тебя так? Ладно, потом расскажешь. Мне курсовую сдавать надо. Опять этот Гений не выходит на связь!
— А без него ты ноль полный?
Маринка уставилась в монитор.
— Я что, вундеркинд? Держать столько информации в голове?
Вот уже три года неизвестный умник из интернета делал за нее все рефераты, сочинения, теперь вот курсовые работы. Называл себя Гением. Кем, впрочем, и был на самом деле. Находил кучу интересной информации, так что преподаватели сами потом ходили по ссылкам, ища статьи в научных журналах. Маринка лишь за неделю до экзамена все читала, вникала, запоминала, но не надолго. На другой день после сдачи в голове опять было пусто.
— Диплом он тоже за тебя сдавать будет? — Гоша боялся шевелить губой, больно все таки.
— Я бы от счастья умерла бы. И почему он не моя сестра близнец? Представляешь, какая лафа бы настала?
— Лентяйка ты, Маринка. До добра это не доведет.
— Ой, подумаешь, умник! Тебе хорошо, у тебя Венька рядом, подскажет, если что.
Экзамены позади. Аттестат с хорошими оценками в кармане. Куда идти учиться? Гоша не хотел вспоминать последние дни в школе. Илона после той вечеринки вообще его не замечала, будто мимо пустого места ходила. Представил раз руки Льва на ее теле и будто очнулся, даже брезгливо передернул плечами. Кто знает, что между ними было раньше. Лучше об этом не думать. Но одно все таки мешало жить. Не мог забыть, что он ощущал там, среди этой богатой кампании. Свою никчемность? Нет. Убогость? Тоже — нет. Это еще хуже, ощущение униженности, второсортности, что ли. Он был уверен, что справится, встанет на ноги и однажды приедет в свой родной город вполне состоявшимся человеком.
— Почему ты хочешь уехать? Здесь полно институтов. — Венька, как обычно, рассуждал здраво, смотря, как Гоша складывает вещи в чемодан.
— Не могу. Не хочу ни на что и ни на кого отвлекаться во время учебы. Буду много дополнительно заниматься. Мне нужен мощный рывок. Настоящий, надежный фундамент.
— Возьми контакты Гения! Он просто незаменим! — Маринка записала имейл на листочке. — Он, правда, только на почту отвечает, но это лучше, чем ничего.
— Прямо такой незаменимый? — Венька с иронией уставился на Гошкину сестру.
— Для меня — да! Кем бы я без него была? Вот защищу диплом и найду его.
— Зачем? — Гоша продолжал собирать свои вещи.
— Замуж за него выйду!
— Не смеши! Зачем ему такая глупая жена, за которую он фактически учился в универе?
Возвращение.
Поезд как-то странно подъезжал к перрону. Он скорее подкрадывался к вокзалу, прячась в густых хлопьях снега, которые появлялись из ниоткуда. От белого безграничного неба отделялась еле видимая точка, которая, кружась, приближалась к земле, превращаясь в невероятный узор снежинки. Гоша… Нет, уже Георгий стоял в тамбуре. Сердце сжималось, как примет его родной город? Обещал, что уедет лишь на учебу, но дела навалились, закрутили, увлекли. Удачно начатый бизнес не отпускал. Не было времени даже на личную жизнь. Но теперь все хорошо. Можно вздохнуть свободно. Отдохнуть и подвести итоги. Зачем поехал в свой город? На что надеялся? Об Илоне не думал, но узнать, как сложилась ее судьба, было интересно.
— Жора! Веня приехать не смог, прислал меня.
Георгий удивленно смотрел на смешную девушку, укутанную в шарф, которая с трудом моргала облепленными снежинками ресничками. Имя из далекого детства. Его так никто больше не называл, кроме вертлявой обезьянки, младшей сестренки Вени.
— Иришка, ты, что ли?
— Я! — красные от мороза щеки вспыхнули еще ярче. — Веня нас ждет дома.
— Ничего себе! Ты уже такая взрослая и… красивая!
— Вот еще! Не говори глупости. Пошли, нас ждет такси.
Водитель услужливо выскочил из машины, положил чемодан в багажник. Иришка назвала новый адрес, Веня недавно купил большой дом на краю города. Доехали быстро, насколько позволяла дорога. Трактора работали бесперебойно, расчищая снег.
— Вот сюда! Спасибо! — Иришка в шубке казалась Снегурочкой.
Георгий протянул водителю деньги.
— У меня нет сдачи!
— Оставь ее себе. Купи теплые ботинки, в этих же очень холодно.
Удивленные глаза уставились на щедрого пассажира в дорогой одежде.
— Ты?!
— Как видишь. Теперь мы поменялись местами.
Лев сильнее запахнул старую куртку.
— Да, жизнь творит, что ей в голову взбредет. А ты знаешь, я тебе даже благодарен!
— Вот как? И за что же?
— Илонка. Ты меня от нее отогнал, а вот Ярик влип. Она его захомутала, обобрала до нитки и свалила за границу. Так и порхает из одной страны в другую. Меняет мужчин. Все ищет себя и найти никак не может. Как, впрочем, и я. Так что я на тебя не в обиде. Вижу, ты поднялся неплохо. А это твоя жена?
— Вот еще! — фыркнула Иришка.
— Ты этим бабам не верь! Я все вижу! Запала она на тебя.
— А может, это я — на нее? — Георгию понравилось смущать сестренку друга.
Встреча.
Маринка бегала между кухней и столом. Встречать брата решили у его друга Веньки. Там места больше. Кухня огромная, на которой готовить одно удовольствие. Иришка помогала резать салаты, а потом поехала на вокзал встречать Гошу. Маринка так и звала его детским именем. Ну и что, что взрослый уже. Для нее как был младшим братом, так и остался. Веню на вокзал не пустили. Простыл, горло красное. Его дело сидеть у камина и чай с медом пить.
Распахнулась дверь, в белом облаке пара нарисовались две фигуры.
— Гоша!
— Сестренка! Ты что с собой сделала?!
От привычного колобка не осталось и следа. Стройная, подтянутая, в облегающем платье, Марина стала выглядеть на десять лет моложе.
— Да! Вот теперь я такая! Во всеоружии! А то вдруг любовь нечаянно нагрянет, а я такая вся, в бигуди и в домашнем халате.
— Выглядишь сногсшибательно!
Маринка довольная покрутилась возле брата.
— Привет, братан! — Веня хотел подняться с дивана, но Маринка одним взглядом усадила его назад.
— Куда? Нечего бациллами делиться!
— Привет, друг! — Гошка увернулся от сестры и крепко сжал Веньку в объятиях. — Мне тебя так не хватало!
— Ну вы как маленькие, ей-богу! — Маринка покачала головой. — Мойте руки, будем обедать. Ириша, поможешь?
Девушки ушли на кухню.
— Командует?
— Еще как, — Венька бросил взгляд на дверь и прошептал: — Я ее даже боюсь иногда.
Гоша расхохотался:
— Узнаю свою сестру.
Гений!
Третий звонок подряд взбесил Маринку.
— Вот же гады! Не буду я вам ничего платить, понятно? У меня на фирме все чисто. Я вас не боюсь! Вызывайте, кого хотите, пожарных, санэпидемстанцию, ага, еще божью канцелярию не забудьте!
Она швырнула телефон на диван.
— Проблемы? — Гоша внимательно посмотрел на сестру.
— Да достали уже! Одна клиентка пишет во все инстанции жалобы. Нас уже десять раз проверяли-перепроверяли. Все чисто. Но она не успокоилась, в суд подала, представляешь? И этот еще нервы треплет. То появляется, то исчезает.
— Кто? — не понял Гоша.
— Гений, будь он неладен! — Марина сердито сдвинула брови.
— Вы что, все еще общаетесь?
— Да, должен же кто-то мне советовать, как поступать? До тебя вечно не дозвонишься!
— Ты знаешь, а ведь он мне тоже пару раз здорово помог. Нашел в договорах скрытые подводные камни. Хотели меня подставить, а твой Гений не дал. И, главное, от денег отказался! Так и остался ему должен.
В комнату вошла Иришка, неся всем горячий чай с тортом.
— Вот и мне он сейчас нужен, как никогда. К суду подготовиться. Аудит независимый сделать.
— Так это же ерунда! Ты поможешь Марине? — Иришка обняла больного брата. — Для тебя аудит — это же мелочь совсем. Ты же у меня Гений!
Казалось, что в комнате остановилось время. Даже дыхание стало тише в два раза. Вдох-выдох, вдох-выдох. Сердце будто спрашивало, мне стучать или нет? Взгляды всех медленно повернулись к Веньке. Взрослый парень с ужасом смотрел на Маринку.
— Что?! — она поперхнулась воздухом. — Кто ты?
— Гений! — Иришка улыбаясь смотрела на всех. — А вы разве не знали? Да он со школы на биржах подрабатывал. Рефераты писал, курсовые. А потом при помощи нейросети даже дипломы разные готовил. А аудит вообще — его специальность.
— Ну, ты, друг, даешь! — Гоша почесал затылок, а потом вдруг рассмеялся: — А ты в курсе, что она, — он указал на сестру, — обещала найти Гения и жениться на нем?
Венька и Маринка смотрели друг на друга. О чем они разговаривали молча? Вспоминали, какие темы обсуждали до этого? Как могли переписываться по два часа подряд? Маринка пыталась выудить из памяти. А не ляпнула ли она чего лишнего, интимного? Венька тоже боялся, что выдал себя еще тогда, в последний год учебы в школе. Ругал Гошку, а сам влюбился в его сестру.
— Спаси! — умоляюще шепнул другу, но глаза, смотрящие на Марину, говорили другое: — Наконец-то ты все знаешь!
— Иришка! Дай мне еще один кусочек торта. — Гоша протянул тарелку. — Кто автор этого шедевра?
— Я!
— Серьезно? Всегда мечтал, чтобы моя невеста могла печь торты.
— Вот еще! — смущенно буркнула свою коронную фразу, но глаза…
Было в них что-то Венькино, семейное. Так смотрят на тех, кого долго, очень долго любят…
Пожалуйста, не молчите. Оставьте любую вашу реакцию, хоть смайлик. Только так я смогу понять, нравятся вам мои истории или нет. Писать новые, или они у меня не получаются. Вооон там, внизу, нажмите, пожалуйста, на 👍, мне будет приятно.