Кто-то, возможно, спросит:
- Как же ты поняла, что это музей-гостиница, если попала сюда в первый раз, и думала, что тут нет никаких гостиниц?
Ответ прост: я так решила, потому что узнала места на фотографиях. Даже окрестности были такие, каких в другом месте быть не могло. Мало того, на одном из снимков был тот самый коридор с картинами Кристобаля. И если честно, меня это насторожило: газету эту я читаю далеко не первый год, а о том, что здесь есть какая-нибудь гостиница, а тем более, музей, не знал не только никто из нашей семьи, но и вообще из всех, кто меня знает. А вот те, кто выпускал эту газету, судя по всему, не только знали все, а еще и бывали в это гостинице далеко не один раз.
- Или не бывали? – задумалась я. Мне вдруг показалось, что фотографии в газете какие-то странные – Что-то тут не так.
Вдруг раздался голос:
- Грета! Грета!
В холл вошел Бертрам.
- Ты поела? – спросил он меня.
- Да – оторопев, ответила я. Если меня кто и спрашивает, поела я или нет, это, как правило, кто угодно, только не Бертрам.
- Тогда быстрее иди, собирай вещи, и поехали домой! – нетерпеливо прикрикнул он. Вот теперь я узнавала своего брата! Перед тем, как уйти за рюкзаком, я взяла со стола газету, и еще почему-то прихватила шоколадку из автомата.
Папа с Сэмом тоже пришли, и мы поехали домой. Домой мы добрались без приключений, и нигде больше не застревали. Родители и братья вели себя, как обычно, только мама задавала много вопросов о моем первом опыте работы. Гостиницу почему-то никто не обсуждал.
Когда я доела шоколадку, то увидела внутри какую-то пластмассовую фишку с изображением большого дома. Я решила, что это – музей гостиница, по крайней мере, похожий на нее дом. Только время года было какое-то другое, скорее всего – лето.
Посмотрев на дом, я вспомнила ту фотографию из газеты, взяла ее и… чуть не упала: в газете не было не только фотографий, но и хоть каких-нибудь упоминаний музея-гостиницы и визита туда Кристобаля Хиля! Статья, которая занимала ее место, была совершенно другой!