Дора, немедленно предложила Знахарю выпить что-то в стаканчике. Старик выпил и печально посмотрел на нас, мы кивнули, ожидая продолжения.
– Я поговорил со стариками. Оказалось, что в семьях, у кого погибли родственники на кумторе, бывали и скандалы, и даже убийства. М-да… Раньше такие семьи называли неблагополучными. Сначала, я подумал, что это все россказни, оправдывающие тяготы жизни и нищета, тем более что кое-кого из семейных погибших копателей посадили. М-да… Я ошибся! Позже я выяснил, что в таких семьях, куда, якобы, приходили мертвые родственники, в течение пары лет один за другим умирали молодые члены семьи. М-да… Я видел некоторых из них, у всех были признаки удушения, а изо рта некоторых текла кровь. Однако врачи диагностировали смерть разными обычными болезнями. Полиция не возражала. М-да…
– Что-то они знают, – прошептал Манька, – и очень боятся.
Старик криво усмехнулся.
– Испугаешься тут. Как-то грабители залезли в один из домов копателей, работающих на кумторе, так они сами прибежали в полицию сдаваться. М-да… Их потом признали невменяемыми и отвезли в Андижан лечиться. Я случайно слышал, как один всё кричал, что не хочет со своим подельником в одной машине ехать, что в него шайтан перетёк.
– Именно перетёк? – уточнил Арр.
Мы хором вздохнули, Старик покачал головой.
– Я и сам удивился, что тот так сказал. Вы что-то об этом знаете?
– Грабители смогли доехать до Андижана? – не реагируя на его замечание, поинтересовался Куратор.
– Смотрю, Вы удивлены… М-да… Нет! Машина сорвалась с обрыва разбилась и сгорела. Даже это не стали расследовать. М-да… Полицейские уговорили друг друга, что была авария. Родственники этого шофёра теперь держат двух злющих ротвейлера. Платят бешенные деньги за электричество – по ночам свет не гасят. Почему-то все считают, что на свету на них не нападут! М-да… Я не очень в это верю.
– Со светом, мы потом разберемся, что это такое! – уверенно проговорил Леший. – Помните тогда в лагере вырубилось электричество… Это надо учесть и здесь.
– Плохо другое, они осознанно не выпускают отсюда людей, – пробормотал Котя. – Неужели их много? Интересно запрет на выезд относится ко всем жителям?
– Нет! Все, кто не бывал на кумторе, могут свободно уехать, – возразил Старик. – Но ты прав в другом, здесь избирательно задерживают всех, у кого родственники умерли в течение одного года. М-да… Независимо от причин смерти. Я это выяснил.
– Странно! Зачем им столько людей? Их что, очень много? – пробормотал Леший.
– Нет! Думаю, что они боятся, чтобы что-то о них узнали, – заявил Котя. – Это все-таки работа людей. Вспомните в Штатах им было на все наплевать.
Эртал и Ильяс, которые слушали вместе с нами, всё порывались что-то сказать, но всякий раз замолкали, при взгляде на них Фермера. Наконец, Старший Навигатор посмотрел на них.
– Теперь слушаю вас, уважаемые!
Ильяс нахмурился, но промолчал, а Эртал взволнованно добавил:
– Понял, что вас встревожило. Так вот! Уехать-то можно, но сложно. Все, кто хоть на короткое время уезжают отсюда, должны оставить здесь заложников, иначе те, кто уехал, погибнут в пути.
– Неожиданно! – проворчал Куратор. – Никто ведь об этом не знает.
Эртал нахмурился.
– Я случайно это понял и тихонько проверил. Думаю, кто-то убийцам помогает здесь. Я с женой целое представление устроил, чтобы семью спасти. Брата старшего вызвал попросил его помочь, чтобы у сыновей была стипендия в Джелал-Абаде, что якобы у них баллов не хватило. Всё неправда, мы с братом всё обговорили заранее, когда он на похороны Тологона приезжал. Мой брат очень наблюдательный и заметил много чужих для нас людей, что следили за нашей семьей. Решил, что они завидуют нашему достатку и спокойствию, но я думаю, что здесь что-то другое. Брат увёз моих сыновей и помогает им.
– Поверили? – Арр хмурился.
Эртал кивнул.
– А как же! Многие видели и слышали наш разговор, так что поверили. Сначала брат радовался, а потом поговорил у себя уже с другими отсюда и понял, что его выпустили, потому что я с женой и старшим сыном остались здесь, заложниками. Он смог мне это рассказать. Думаю, что так и всем рты завязали. Думаю, что это всё устроил очень злой и умный человек. Видимо у него много денег, иначе как он заставляет убивать?! Мы только не знаем, что ему нужно? Никак не поймём, кто он, и что ему нужно?
Старик покачал головой.
– Ай, беда! Всё-таки я не ошибся! Это люди все делают.
– Понятно! – Профессор повернулся к нам. – Ребятки, надо вам хорошо выспаться, да гостей наших уложить.
– Уважаемый Эртал, а Ваша жена не будет беспокоиться? – спросила Дора.
– Нет, я предупредил, что заночую у карыя[1], она с собакой в комнате будет спать. Сын не будет спать до утра. У нас нет ружья, но кирка и огонь тоже хорошая защита, – Эртал печально улыбнулся. – Знаете, а ваш забор-то теперь не всех пускает. Да чудно так делает! У нас есть соседка, большая любительница скандалов и сплетен, Галиной зовут. Так вот она несколько раз собиралась вчера к нам забежать, но всё время, как дойдёт до забора, так и бежит домой, то утюг не выключила, то суп на плиту убежал. Так, что жена под хорошей защитой, но соседям про вашу экспедицию рассказала. Ильяс тоже своим соседям про вас рассказал. Теперь все судачат, как мне повезло!
Гога вышла вперёд и подняла руку.
– Попрошу чуть задержаться. Есть вопрос, который надо обсудить сегодня. Нам не хватает информации! Уважаемый, объясните, что не так в том доме с клумбой за забором? Вот вы сказали, что там давно никто не живет. Однако! Там работает холодильник и кондиционер. Я видела, под кондиционером, он же на стене висит, земля влажная и мох растёт, значит в жару его включают. Дорожки в саду подметены, а на столе всё чистое и не пыльное. Да и когда мы спрашивали разрешения, нам из окна махнули рукой. Пусть, это иллюзия, но слишком уж изысканная! Все равно кто-то там есть, хотя бы тот, кто сделал эту иллюзию.
Старик горько сморщился.
– Это я про местных говорил. Вроде бы этот дом купил какой-то не местный. Не отсюда человек. Нелюдимый. Ни с кем не здоровается. Продуктов и воды завёз на месяц, но в магазины заглядывает раз в неделю. Галина болтала, что якобы видела там в саду почтенного человека. Всем рассказала, что он диссертацию пишет, в беседке работает на заднем дворе за домом, там розы цветут. Говорила, что тот человек приехал на время. Уж откуда она всё узнала непонятно, но она всегда всё про всех первая узнаёт. Из уважаемых людей в доме у того человека никто не бывал. Может ещё что-то углядели?
Я немедленно добавила:
– А как же?! Я тоже кое-что увидела. В комнате у него ковры на стенах и на полу, на полках стоят чеканные кувшины из меди и какие-то фигурки из меди. Неужели он всё это сюда на время привёз? Даже курильницу? Я видела, как она дымится.
Неожиданно покашляла дочь знахаря. Мы повернулись к ней. Женщина покраснела и прикрывая рот рукой заговорила:
– Мне есть что рассказать! Вдруг это вам поможет? Никому не говорила, даже отцу! Почему-то боялась. Я лично видела близко человека, снявшего тот дом. Он как-то пришёл к нам, сказал, что приехал сюда работать над книгой, и попросил ароматные травы. Сказал, что очень комаров боится. Отца не было, и я не пустила его во двор, да и наш пес, Жук, готов был с цепи сорваться, так лаял. Я продала ему можжевельник и посоветовала купить в аптеке пихтовое и гвоздичное масло.
– Как он выглядит? – сразу спросил Котя.
– Обыкновенно. Как все: серый костюм, сверху ветровка синяя. Тогда тепло было, так она была расстёгнута, шляпа фетровая, тоже серая и темные очки. Здесь редко, кто шляпу носит. Высокий, худой, чуть сутулится. Можжевельник он взял и положил в яркий пластиковый пакет, – она чуть нахмурилась вспоминая. – Что-то было необычное в его одежде… О! Вспомнила! У него была не рубаха, а кремовая майка под пиджаком и желтый шарф на голой шее. Представьте, у мужчины шёлковый жёлтый шарф! Он спрашивал у кого можно молока купить. Я сказала, что всё молоко нашей козы киношниками продаю, и ему надо у соседей поспрашивать. Однако, он больше ни к кому тогда не зашёл. Хорошо, что тогда я про Ильяса не вспомнила, у него же коза есть! Я потом с соседками говорила о том-сем и удивилась, он больше ни у кого молока не спрашивал. Продавщицы говорят, что в магазин он ходит регулярно, перед закрытием. Покупает почти тоже самое, что и все. Про молоко я не рискнула специально спросить, потому что разговор случайно зашёл о покупках.
– Молодец! Много успели рассмотреть и многое узнали, – одобрительно заметил Профессор. – Хорошо, что Вы здесь заночуете! Надо завтра Вам сбегать за молоком к Ильясу, у него же коза, а молока от вашей козы не хватит на всех в этом доме. Если спросят, так и говорите! Вот ещё что, по дороге Вам надо намекнуть местным сплетницам, как ослаб Ваш батюшка, и порадоваться, что у москвичей врачей нашли. Не забудьте хорошо накормить и напоить Вашего пса! Поласкайте его, сообщив, что Вы с отцом под защитой, а на нём охрана дома, что Вы очень надеетесь на него. Подробно и медленно скажите ему об этом. Повторите, два раза. Он поймёт и обрадуется. Воды оставьте побольше! Жара, он не должен страдать! Ильяс, ты должен помогать и сопровождать её, потому что у неё на улице нет теперь защиты, кроме тебя. Запомни, к обеду, она должна быть у нас!
Парень вскочил, прижал руку к сердцу и поклонился.
– Всё сделаю! Не сомневайтесь.
Мы переглянулись. Нельзя было увеличивать его героическое настроение, слишком он пылкий! Дора решила чуть-чуть сбавить его готовность к приключениям, она потянулась и поманила Арра.
– Давай-ка мы здесь на этом кресле расположимся! Надо последить за здоровьем, нашего пациента.
Больше ничего не успела сказать, потому что все обернулись на всхлипывание. Дочь старика, прижимая кончик головного платка к глазам, пролепетала:
– Всё равно они нас здесь убьют. Отец, уедем в Ошу!
Котя мягко улыбнулся и протянул ей стакан с водой.
– Ой, да что это Вы такие страхи рассказываете?! Выпейте! Это просто вода. Девочки сейчас принесут вам чая. Зелёного. Ну не ночью же Вам ехать! Надо отдохнуть, сил набраться! Вы расскажете из-за чего Вы так напуганы. Меня зовут Константином.
Подчиняясь его спокойствию, женщина кивнула
– Меня зовут Айша. Я живу в Оше.
Я немедленно сбегала вниз и принесла стаканы с зелёным чаем и печенье. Женщина, всхлипывая пила чай и бормотала:
– Отец не говорил мне ничего. Здесь оказывается просто ужас какой-то! Я ничего не понимаю, что здесь происходит. Приехала сюда, когда мама заболела. Я преподаю в Оше английский. Там у меня семья: муж, двое детей. Муж сказал, что родители – это главное в жизни и пример для детей. Сказал: «Живи сколько надо!» Несмотря на все усилия врачей и папы, мама так и не встала. Отец – хороший целитель, но только Аллах смог бы спасти маму. Мы похоронили её, а потом землетрясение. Да сильное такое! Представляете?! Теперь даже могилы нет!
– А что сразу не уехали? – тихо ей шепнула Дора. – Ведь хотели!
– А как же папа?! Спустя неделю, я уже уговорила отца уехать. С соседями договорилась, чтобы сад поливали, пса кормили и козу доили, заплатила им. Позвонила и предупредила своих, чтобы встретили, так нет, рейсовый автобус отменили. Представляете? Так несколько раз. Просто что-то невероятное! Хотела на газели поехать, но Эртал, всё время нас отговаривает.
– Почему? – улыбнулся Котя.
– Дороги плохие! Очень опасно после землетрясения. Вспомните, как вас трясло, когда вы ехали сюда?! – пробурчал Эртал и строго поглядел на нас.
– А теперь отец говорит о заложниках, – дочь старика всхлипнула и по её щекам ручьями потекли слёзы. – Неужели мы здесь все заложники?!
– Ну что ты, Айша! Какие заложники? Он не так выразился. Да и я не так сказал, просто, это – стечение обстоятельств! Сама подумай! Дороги же так и не починили, вот и, стало быть, все мы здесь заложники плохих дорог. Вон и ребята жаловались, что они ехали и буквально держали коробки с приборами, – покачал головой Эртал.
Мы молча переглянулись. Дорога, как дорога, но видимо при дочери старика нам больше ничего не расскажут. Котя подвёл за руку Айшу к дивану.
– Вот что, Профессор – мудрый человек и правильно распорядился! Вы женщина, и Вам нужна защита, пока Ваш отец болен. Но вы и хозяйка в доме, кто же кроме Вас домашнюю живность приласкает. К тому же Вы же знаете, сплетников везде хватает, и, чтобы не сглазить, надо им голову заморочить! Вы же знаете, какие они сплетники! Помните, как Вам завидовали, когда, Вы и ВУЗ закончили и замуж вышли?! А уж когда детей родили, так чуть языки не сломали, сколько разговаривали Вас, – Айша заулыбалась. Тон Коти успокаивал, обещал, что всё будет хорошо, а Котя продолжал ворковать. – С вами останутся наши ребята. Наша Дора – врач, очень хороший! Профессор в своей комнате, за стеной. Если что, сразу позовут. Свежее постельное бельё для Вас лежит на подушке, Дора поможет обустроить Вас. Диван широкий, удобный! Поверьте, здесь абсолютно безопасно! Рядом туалет, душ, их даже по три. Есть даже стиральная машинка! На надписи не обращайте внимания, это мои друзья развлекались.
– Спасибо! – женщина уже осматривалась. – У вас здесь славно! Не во всякой больничной палате так удобно и хорошо.
– Вот и хорошо! Пора нам всем оставить наших гостей в покое. Ладно, пошли смотреть бабочек, которых вы нафотографировали! – распорядился Котя. Мы поднялись, Дора стала помогать устраиваться Айше, а Котя обернулся и властно приказал. – Гостям спать!
Дочь старика буквально упала на подушку и заснула. А Ильяса и Эртала мальчишки успели подхватить.
Куратор проворчал Буру:
– Пусть твои отнесут их на спальные места, и потом вернутся. Девочки, сделайте комнату для гостей и помогите парням. Только быстро! Надо всё обговорить!
Бур кивнул:
– О как! Спасибо, за доверие! Нельзя нас использовать в тёмную. Не волнуйтесь, комнату для гостей тоже обставят, как положено! Мои парни помогут. Девчонки пошли блеск наводить!
Удивительно, но никто не стал спорить. Мне это очень понравилось, кроме того, я заметила, как одобрительно улыбнулся Фермер. Он, как и я , был рад, что Котя все больше снимал навешенное им самим на себя одежды обыденности.
Пережитое ранее Котей, его способность властвовать над людьми, сжигала его, а он хотел быть, как все. По-моему, это неверно, мы должны и имеем право быть сами собой. Котя, как бы не скрывал, что обладает редкой способностью зажигать огонь в душах людей, должен вылезти из клетки, куда он сам себя загнал. Он должен гордиться своей силой. Гордиться!
Я ведь радуюсь и горжусь им! У меня по телу пронеслась горячая волна. Надо же! Моя вторая кожа тоже с этим согласна.
Фермер дёрнул за ухо Котю, тот осмотрелся, охнул и подошёл ко мне.
– Стёпа! Посмотри, что ты натворила? Что ты им про меня наговорила?
Я очнулась от мыслей и обнаружили что все с восторгом смотрят на Котю. Удержались только Мастера и Знахарь, которые смотрели на нас с тревогой.
Старик откашлялся и громче, чем обычно, проворчал:
– Я повторяю, эту девочку надо охранять! Она редкая и чистая. Очень чистая! М-да… Ведь здесь убивали из молодых самых чистых и сияющих. Из самых древних родов! М-да… Здесь трудно жить, но можно. В городе многие дети так или иначе болеют, а вот убитые дети были абсолютно здоровыми.
– Будет Вам, Уважаемый, тревожиться! Поверьте, я смогу защитить свою любовь, – нахмурился Котя.
Старик покачал головой.
– Ай, парень! Даже силы потомка таких могучих владык, как Мецли и Крышень[2] может не хватить. Ты не слаб, но почему-то сам себе не доверяешь! М-да… Твои предки передали тебе свои силы не просто так!
Мы хором ахнули, а Фермер с интересов воззрился на старика.
– Уважаемый, Вы знаете славянскую мифологию и верования ацтеков? Откуда же?
Старик улыбнулся и покивал ему.
– Да, знаю! В молодости, по глупости я решил отречься от того, что было мне написано на роду. Учился в МГУ, написал диссертацию по функциональной значимости имён богов. – М-да… Долго до меня доходило, а когда дошло, то я не смог больше калечить свою натуру и вернулся к исконному. М-да… Ваш парень не знал чьи гены ему достались, и почему-то стесняется своей силы. Это не верно! Я целитель и должен был помочь ему. Теперь он знает, кто были его предками. Мы должны ими гордиться, тогда и сила его возрастёт. М-да… Нам судьба дает силы не просто так!
Манька с уважением посмотрел на Котю, потом на Старика Знахаря.
– А вы, про всех знаете?
Знахарь только улыбнулся, а Котя сердито фыркнул.
– Ну, не надо приплетать мои гены к деяниям кого-то в прошлом. Да и предания, которые до нас дошли сильно искажены. Сами знаете, что во время пришествия христианства сакральные знания язычников осознанно уничтожались. Маня! Прикинь, что ты будешь делать, когда узнаешь, чьи гены тебе достались
Манька сердито засопел
– Всё равно! Ты воин и…
– Всё! – остановил его Котя. – Не наводи тень на плетень.
Старик вдруг нахмурился.
– Вы что-то сейчас сказали очень важное! Очень! М-да… Надо только вспомнить, что рассказал мне прадед. Я тогда бы совсем ребенком. Что-то про тень и бурю. М-да… Надо бы подумать и вспомнить.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав:
[1] Карый – почтенный старик по-киргизски.
[2] Крышень – небесный Бог-Покровитель мудрости. В мирные времена Крышень проповедует Мудрость, а в тяжелые – берётся за оружие и выступает как Бог-Воитель, защищающий женщин, стариков, детей, а также всех слабых и обездоленных.
Мецли – бог луны у ацтеков.