Найти в Дзене

Настоящая дружба начинается с неприязни

И, хотя Вальтер помнил каждый день на Тенеброне, он так и не осознал, в какой момент Ричи Джонс стал его лучшим другом. Их постоянные препирания казались неизменной частью повседневности тайного этажа. Но, во-первых, Ричи никогда не задавал вопросов о практической необходимости оставаться здесь. Магия Тенеброна действительно придавала гостинице уют, несмотря на клопов, потрескавшиеся стены и затхлый запах. Она мастерски создавала иллюзию дома для тех, кто оказался здесь по воле судьбы. Поэтому оборотень не бежал за лучшей жизнью, наслаждаясь магическим покоем. Во-вторых, Джонс всё-таки задавал вопросы. Но такие, от которых потряхивало уравновешенный вампирский разум. Вопросы, которыми Вальтер забыл задаться за всё свое долгое существование. — Мы должны платить за это?! — однажды громко воскликнул Ричи, сидя на диване и оглядывая старые стены. — Технически, мы постояльцы гостиницы, — спокойно ответил Вальтер, усаживаясь рядом. — И чего?! Деньги за клоповник?! — разозлился Ричи. — Есть

И, хотя Вальтер помнил каждый день на Тенеброне, он так и не осознал, в какой момент Ричи Джонс стал его лучшим другом.

Их постоянные препирания казались неизменной частью повседневности тайного этажа. Но, во-первых, Ричи никогда не задавал вопросов о практической необходимости оставаться здесь. Магия Тенеброна действительно придавала гостинице уют, несмотря на клопов, потрескавшиеся стены и затхлый запах. Она мастерски создавала иллюзию дома для тех, кто оказался здесь по воле судьбы. Поэтому оборотень не бежал за лучшей жизнью, наслаждаясь магическим покоем.

Во-вторых, Джонс всё-таки задавал вопросы. Но такие, от которых потряхивало уравновешенный вампирский разум. Вопросы, которыми Вальтер забыл задаться за всё свое долгое существование.

— Мы должны платить за это?! — однажды громко воскликнул Ричи, сидя на диване и оглядывая старые стены.

— Технически, мы постояльцы гостиницы, — спокойно ответил Вальтер, усаживаясь рядом.

— И чего?! Деньги за клоповник?! — разозлился Ричи. — Есть варианты, где можно их заработать?

— Я врач местной клиники, это приносит доход, — пояснил Вальтер, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. Ещё одного их скандала Тенеброн может не пережить. — Она окупает всё это обветшавшее веселье.

— То есть ты решил взять на себя заботу о всëм этаже? — спросил Ричи. — Что за игры?

— Это не игры, — резко ответил Рихтенгоф, голос звучал непреклонно. — Я просто беспокоюсь о благополучии здешних обитателей.

— Сам вижу, что беспокоишься. Почему оно тебя так волнует? Чего тебе не хватает?

Вальтер почувствовал, как впервые остался без слов перед таким простым вопросом. Один дурак спросит — сотня умных не ответит. Древний разум пытался разобраться в ситуации, но слова словно испарились.

Ричи, с его шумным и крикливым характером, вдруг показался Вальтеру удивительно проницательным. Словно парень видел сквозь бессмертное существование вампира, заглядывая прямо в душу.

Конечно, Рихтенгоф мог заработать себе на целый дом с подвалами, чердаками, балконами и конюшней, ведь биологическое бессмертие устраняло страх смерти и давало время для накопления богатства. Но он оказался здесь.

В этом, как только что выразился Джонс, клоповнике.

— Я не знаю, — сказал Вальтер. Он начинал сдавать позиции, ответ прозвучал словно эхо в пустом помещении. Неуверенно, тихо, смущённо. И, само собой, это не укрылось от пытливого собеседника.

— Ты? — Ричи усмехнулся. — Вампир, который затыкается только по просьбе? Не знаешь?

Вальтер почувствовал, как теряет самообладание. Он знал, что необходимо жить среди себе подобных, но слова не могли выразить всего того, что он чувствовал. На его долгую жизнь давило одиночество, но Вальтер пока успешно скрывал это от остальных. Нет, он не устал от жизни и не потерялся в ней, как это обычно описывают в романах про бессмертных созданий. Он нисколько не сомневался, что хочет прожить столько, сколько сможет.

Но Вальтер отчаянно нуждался в обществе, постоянно пытался это отрицать и всë же интуитивно стремился к тем, о ком сможет позаботиться.

— Мне это кажется любопытным, — проговорил вампир, сцепляя пальцы в замок.

— Эту байку прибереги для Кристофа. — Ричи покачал головой, его выражение лица смягчилось. — Есть в тебе что-то такое…

— … зловещее?

— Не-а. — Ричи снова покачал головой и улыбнулся. — Простое.

Рихтенгоф нахмурился. Никто раньше не называл его мысли простыми. Скорее, вдохновлялись сложностью и запутанностью мыслительных процессов.

Но Ричи Джонс не заглядывал ему в голову. Он смотрел в душу.

В какой момент Джонс залез так глубоко под кожу, что остался там?! Вальтер не помнил. И не мог сказать, когда в его сердце появилась тихая признательность за присутствие кого-то, кто стремился постичь не череду гениальных мыслей, а саму суть сил, управляющих вампиром.

Ричи Джонс, простой и искренний, постепенно пробудил желание настоящей дружбы. Их вечные споры стали мостом, соединяющим два различных мира. Их препирания, совместные вылазки, ссоры и разговоры доказали, что даже между самыми непохожими существами может установиться крепкая связь, которую люди называют доверием.

Отрывок из книги "Легенды Сьеррвуда"

Читать цикл "Сьеррвуд" бесплатно на Литрес.