Николай уже вышел на улицу, но сделав несколько шагов, понял, что далеко не уйдет.
Деревенская улица, промытая до черноты ночным ливнем, лежала перед ним жидкой, липкой кашей. Каждый шаг грозил намертво приковать к ней его городские туфли.
- Я далеко не уйду! — сорвалось с губ, и он шагнул назад, в сумрак сеней. — Светлана… Можно вас попросить? Нет ли у вас… чего-нибудь старого, ненужного? Мои туфли… они просто утонут.
Ответа не последовало. Светлана стояла у мутного стекла окна, спина напряжена, пальцы мертвой хваткой впились в собственные ладони. И только по бледным, словно вымытым дождем, щекам скатывались тихие, упрямые капли. Она отчаянно прятала их, отвернувшись спиной.
Николай понял, что Светлана плачет. Воздух вырвался из легких коротким, обожженным стоном. Он замер, скованный внезапной тишиной её чувств. Что можно сказать? Любые слова казались грубым камнем, брошенным в хрустальное озеро ее молчания.
- Светлана… — имя прозвучало шепотом. — Я… я не хотел причинить боль. Просто… вчера вечером мне была нужна помощь.
Женщина вздрогнула, словно очнувшись. Глубокий, содрогающийся вздох разорвал тишину. Она ребром ладони, стерла предательскую влагу с лица.
"Не уйти… — стучало в висках. — Нельзя стереть, как пыль с ботинок, эту ночь. Эту нить… Она крепче слов. Крепче грязи под ногами…"
Николай молчал, но взгляд его, прикованный к ее лицу, говорил сам за себя – в нем читалась решимость, смешанная с немой благодарностью. Светлана всматривалась в него, будто пытаясь прочесть загадочные письмена на стенах его сердца.
— Не знаю… что будет дальше, — пробилось сквозь тишину, тихо, но четко. — Но я хочу, чтобы вы знали: эта ночь… я благодарен за неё. За то, что вы были рядом.
Уголки ее губ дрогнули.
Николай сидел, все так же ощущая немоту и камень за ребрами. Светлана молча наблюдала за ним, ее взгляд – смесь тихой грусти и упрямого ожидания. Вдруг она резко поднялась, словно сбросив оцепенение, и направилась к углу, где темнел старый, потертый шкаф.
-Подождите… — ее голос звучал уже тверже. - Попробую поискать обувь.
Светлана достала из шкафа пару поношенных ботинок.
- Это… все, что есть.Старые, конечно… но, глядишь, уберегут ваши туфли от грязи.
Продолжение