— Вот скажи мне, только честно… Ты это все подстроила, да? Специально тогда забеременела… чтобы я женился, да? — внезапно выдал муж.
А ведь это был хороший день. Праздник. Маше исполнилось три.
Мы нарядили квартиру — шарики, салфетки с принцессами, свечки, торт. Приехала моя мама, его сестра с мужем, соседка с дочкой. Суета, фото, подарки, крики детворы… А потом — усталость, разбор игрушек, тишина. Машка уснула, не дождавшись даже купания.
Я убирала со стола, ставила в холодильник недоеденное. Он мыл посуду. И всё вроде бы спокойно — но я вижу, как он раздражается. Молча. Знакомо так, по-своему. Не хлопает, не ругается — просто видно, как сжимает губы, как бросает вилку чуть резче, чем нужно.
— Что такое? — спросила я, накрывая салатом.
— Ничего, — буркнул.
— Ну, не "ничего", если ты начал ложки кидать.
— Устал просто.
В последнее время у нас все непросто, если честно. Проблемы с деньгами, маленький ребенок на руках, бытовуха просто сжирает. И вроде бы можно было остановиться, замолчать, пойти лечь. Но я сама не удержалась — капнула масла на огонь:
— Может, ты вообще не хотел этот праздник? Или не хотел ребёнка? Или меня?
Он обернулся.
Мокрые руки, брызги на футболке. Глаза пустые.
— А ты думаешь, я не задавался этим вопросом? Три года назад — встречались месяц, и вдруг ты беременна. А я — давай, свадьбу, переезд, семья. Всё слишком быстро. Ты тогда… ты специально это сделала, да?
Мир рухнул не громко, без визга и шороха. Просто исчез под ногами.
Я села. Или упала. Я даже не помню.
— Ты серьёзно? Сейчас? После дня рождения нашей дочери?
Он не смотрел. Потёр лицо. Сел рядом, тяжело, будто сдался.
— Я просто… иногда думаю. Не говорю, что ты плохая. Просто всё как-то… Я не знаю. У меня в жизни ничего не складывается само собой. А тут — как будто всё за меня решено.
— Ты думаешь, я тебя заманила? — Я не кричала. Мне даже было странно спокойно. — Ты думаешь, я высчитала дни, залетела и обрадовалась, что ты не сбежишь?
— Нет. Не знаю. Может. Всё как будто по плану… только не по моему.
Я встала, пошла в комнату Маши. Стояла у её кроватки, смотрела, как она дышит во сне. Щека припухла от подушки, реснички дрожат.
Вот это вот — случайность? Манипуляция? План?
А эти три года бессонных ночей, колик, первых шагов, соплей и "мама" — это что, ловушка, в которую ты попал?
Ты когда ее к груди прижимал — ты думал, что тебя обманули?
Он зашёл через минуту. Постоял в дверях.
— Извини. Я не знаю, почему сказал. Я злой был. Это была глупость. Прости.
Я молчала.
Потому что не знала, что страшнее — то, что он сказал это в злости…
…или то, что такие мысли вообще есть.
Подруга тогда, три года назад, советовала ничего не говорить Илье, просто сделать аборт. Потому что, мол, слишком рано. Получается, забеременела я спустя чуть больше месяца отношений – как-то не очень. Но я решила сказать Илье. Готова была вполне услышать отказ, но нет – он в восторг не пришел, но про то, что ребенок не нужен, даже думать мне запретил. Мы подали заявление, поженились, родилась Машка.
А теперь он обвиняет меня, что я все подстроила…
А если бы не родилась Маша — был бы он сейчас рядом?
А если я — правда, в его глазах, женщина, которая “подстроила” свою судьбу?
Можно ли любить человека, который в тебе сомневается?
А ты бы смогла жить дальше, если бы такое сказали тебе?