У меня аж от сердца отлегло, что греха таить, Олег мне нравился и мне совсем не хотелось узнать, что он тиранит свою жену.
— Прости, просто твое поведение и эти шрамы, — начала оправдываться я.
— Это не он, — твердо сказала девушка, — он может быть довольно жестоким, но никогда бы не поднял на меня руку, а история наша действительно сомнительная, — девушка снова замолчала.
— Я не настаиваю, — подняла ладони вверх, — давай сменим тему, я вижу, что она тебе неприятна.
— Да, то есть нет, — замялась девушка, — просто Олег, он был моим опекуном, он меня из детдома забрал.
Я даже кофе подавилась, отчетливо представляя себе не самые радужные картины.
— Саша, — рявкнула Инга, — у тебя на лице все написано, прекрати, он не извращенец, — рассмеялась она, — мне семнадцать было, он спас меня тогда.
— От кого, — недоуменно спросила я.
— Я, у меня тогда был сложный период в жизни, — договорив фразу Инга перевела взгляд на свои руки, опомнившись она резко повернула голову, но я все же успела проследить за ее взглядом, на запястьях девушки также красовались шрамы.
— Хммм…
— Да, — усмехнулась Инга, — как я и сказала — сложный период.
— Мне жаль.
— Это в прошлом, — улыбнулась Инга той самой широкой улыбкой, — сейчас у меня есть Олег и… — девушка машинально погладила живот.
Вот те на, как я умудрилась не заметить выступающий живот? Даже не обратила внимания на то, что Инга предпочла чай.
— Поздравляю, — кивнула на живот.
— Спасибо, — смутилась девушка.
Так за пустой болтовней с Ингой не заметила, как вернулся Дима, в сопровождении верного друга, который скоро станет папочкой.
— Саша, — обратился он ко мне, будто не замечая Ингу, — нам нужно поговорить.
***
Саша
Еще в коридоре почувствовала, что разговор будет не легкий, было что-то странное в поведении мужа, в его движениях, голосе. Стоило нам оказаться в кабинете, Дима резко, даже грубо притянул меня к себе и впился в мои губы поцелуем, грубым, неистовым, уничтожающем все на своем пути, сметающем все мыслимые и немыслимые преграды. Ведь это просто поцелуй, такой же, как и все до него, не так ли? Тогда откуда эта непонятная тревога в сердце?
Дима заговорил не сразу, гнетущая тишина в кабинете давила и вызывала одно лишь единственное желание — желание уйти, чтобы не слышать того, что он собирается сказать.
— Ты хотел поговорить, — напомнила я.
— Да, — кивнул Дима и пошел к столу, на котором лежали оставленные Ингой бумаги. Муж немного помедлил, собираясь с собственными мыслями, а потом взял лежащие на столе бумаги, жестом подозвал меня подойти ближе и сунул мне в руки папку с документами.
— Что это? — непонимающе взглянула на мужа, сердце пропустило удар, когда в мыслях мелькнула догадка — развод, — ты хочешь развестись? — шепотом спросила я, потому что голос не желал подчиняться.
— Открой папку, Саша, — также тихо ответил Дима.
Дрожащими руками сделала то, о чем он попросил и сердце уже второй раз за день пропустило удар, дышать стало практически невозможно, будто весь воздух из легких выкачали, ничего не понимая подняла взгляд на Диму.
— Что это значит? — спросила я, боясь услышать ответ, — что это, мать твою, такое? Какого черта, Дима?
В черных омутах Димы плескалась боль, впервые за время нашего знакомства я отчетливо видела все эмоции на его красивом лице. Зачем? К чему все это?
— Да скажи же ты что-нибудь, — не выдержала я и швырнула бумаги в сторону, папка раскрылась и документы полетели на пол.
— Успокойся, — тихо сказал Дима, а я совершенно не понимала, с чего бы мне успокоиться, когда муж внезапно вручает мне документы на всю свою собственность, которая теперь принадлежит мне.
— Мне все это не нужно, — резко произнесла я, — зачем мне все это? Ты ума лишился за то время, что мы не виделись?
— Послушай, — выдохнул Дима, сжимая ладони в кулаки, — то, как я живу…в общем, я хочу, чтобы все, что у меня есть принадлежало тебе, если со мной что-то произойдет.
Я хотела возразить, но Дима жестом заставил меня замолчать.
— Я еще не договорил, — все также тихо и спокойно говорил Дима, — если со мной что-то случится, все мое имущество перейдет к тебе, я повторяю, Саша, к тебе перейдет абсолютно все. Мой официальный бизнес с сегодняшнего дня принадлежит тебе, неофициальный также станет твоим, — Дима замолчал, просунул руку во внутренний карман пиджака, вынул маленькую, золотистую флешку и протянул мне, — здесь все, Саша, вся информация, все, что тебе может понадобиться.
— Я, — слова застряли где-то в горле.
— Олег поможет, — снова заговорил Дима, — он будет твоей правой рукой, запомни, только ему ты можешь доверять, ему и Инге.
— У нас брачный контракт, — я не желала продолжать участвовать в этом абсурде, не хотела больше это слушать, не хотела видеть боль в его глазах. Хотелось закричать, встряхнуть его, чтобы прекратил, чтобы не смотрел на меня вот так.
— Его больше нет, — пожал плечами Дима, — теперь все это твое, Саша.
— Ты прощаешься со мной? — тихо прошептала я, стараясь сдержать непрошенные слезы, он не может, не может так со мной поступить, только не он, что он задумал? — Не смей слышишь, не смей, — закричала я, хватая его за пиджак и уже не сдерживая эмоций, — не смей, Дима, мне все это не нужно, понимаешь, пожалуйста, что бы ты не задумал, не делай этого.
Я готова бы умолять, на колени была готова упасть, только это ничего не изменит.
— Все будет хорошо, малыш, — каким-то совершенно чужим голосом проговорил муж и притянул меня к себе, ни разу в жизни я не чувствовала себя такой жалкой и беспомощной, я прижималась к нему.
— Возьми меня с собой, — не желала сдаваться я, — я помогу, ты же знаешь.
— Нет, Саша, — резко ответил Дима, продолжая держать меня в плену своих рук.
— Я не отпущу тебя, слышишь, не отпущу, — зашептала я, уже заранее зная, что ничего не смогу сделать, если он что-то решил, то ничего не сможет его остановить, — я не смогу, понимаешь, не смогу, зачем мне все это без тебя.
Подняла на него заплаканные глаза, ничего не могла с собой поделать, господи, ну сколько можно реветь. Сама себя не узнавала, что со мной, почему так больно, я ведь замуж за него выходила только потому, что была уверена — я к нему не привяжусь, а он никогда не будет чувствовать ко мне ничего, кроме желания обладать моим телом, так какого черта все перевернулось с ног на голову, какого черта я жмусь к этому холодному и жестокому мужчине в ненормальном, почти истерическом нежелании его отпускать.
— Ты справишься, девочка, — после долгого молчания произнес Дима, — у тебя это в крови, Саша.
А потом резко отстранился и быстро покинул комнату.
***
Дима
За несколько часов до последних событий
— Уверен? — только лишь и спросил друг.
— Нет, — честно ответил я. Ни хрена я не был уверен, но так было нужно. Подготовил чертовы документы, переписал все на жену, сошел ли я с ума? Однозначно да.
— Ей восемнадцать всего, — напомнил друг не для того, чтобы заставить меня передумать, он не хуже меня понимал, что это невозможно, просто констатировал факт, — уверен, что хочешь для нее такой ответственности?
Не хотел, но я понимал, что она сможет удержать власть в своих руках, Саша не станет прогибаться, не пойдет на попятную, не станет уступать. В этой жизни я доверял только троим, друг бы не согласился сосредоточить такую власть в своих руках, но научить Сашу, поддержать ее он был вполне способен.
Я не собирался отправляться на тот свет, но такой вариант развития событий был вполне реальным, и я не мог допустить, чтобы в городе, который я собирал по крупицам, в котором с таким трудом установил порядок, вновь превратился в сосредоточие беспредела, наркоты и торговли людьми. Если мне будет суждено покинуть этот мир, пусть у власти стоит та, чьи принципы не отличаются от моих собственных.— Проще было просто его пристрелить, — покачал головой друг.
— Мне нужно, чтобы он признался в подставе Котова, — не согласился я.
— Правда думаешь, что он расскажет?
— Уверен в этом, — ухмыльнулся я, — если будет чувствовать свое превосходство, бахвальство его слабая черта.
— Ты можешь погибнуть, — серьезно произнес друг, — Саша мне не простит, я поеду с тобой.
— Нет, — резко ответил я, — ты останешься с ней, я не собираюсь подыхать, но, если меня все-таки прикончат, я бы хотел, чтобы ты был жив, одну ее я оставить не могу.
Я собираюсь отдать ей все на случай своей кончины, друг прав, ей всего восемнадцать, слишком рано и рядом с ней должен быть кто-то старше, опытнее. Но сначала, я помогу ей узнать правду о смерти отца, а отомстить она сможет и сама.
— Марченко привезли? — поинтересовался я у друга.
— Привезли, — кивнул Олег, а потом набрал номер и произнес: — приведи его.
Дима
После разговора с Сашей.
С трудом оторвался от жены и покинул кабинет. Я не хотел ее пугать, но должен был, я должен был лично передать ей документы. Ее слова и слезы мне душу рвали, столько боли в них было, привязалась ко мне малышка, и я привязался, но я четко осознавал, что, если погибну не попрощавшись, пусть даже так скупо и по-идиотски, она не простит, не поймет. Лучше потом прощения попрошу, когда все закончится.
Марченко не рассказал ничего из того, чего бы я не знал, рассказал, как по приказу Архипова снюхался с Котовым и как стал своего рода связным звеном между Архиповым и Матвеем.
Особой роли у него не было, возвращал должок Архипову, просто до смешного тупо — проигрался в карты, по-крупному проигрался. А с Котовым все оказалось интереснее, сука Марго никогда свой шанс не упустит, Архипов пообещал ее сыночку мое место, по факту, это означало, что власть будет у Марго. Как именно он собирался выполнить свое обещание для меня останется загадкой, Котов с камешками отца не справился, мой бизнес ему тем более не по зубам.
Оставлять игрока Марченко в живых я не собирался, но пообещал, что сдохнет быстро, если выполнит мою просьбу, просьба была простая, позвонить Архипову и сообщить, что я хочу с ним встретиться.
— Уверен, что мне не стоит ехать с тобой? — в последний раз спросил меня Олег, когда я покидал дом.
— Мы справимся без тебя, — твердо припечатал я, бросив короткий взгляд на стоящую рядом Ингу, — пацана в мою честь назовете, — ухмыльнулся я.
— С чего ты взял, что это мальчик? — улыбнулась Инга.
— Просто знаю, — коротко ответил я.
— Будь осторожен, — одними губами прошептала Инга.
Коротко кивнул и покинул дом. Во дворе меня ожидало несколько машин, встреча с Архиповым была назначена на два часа дня, но, уверен, он не станет ждать назначенного времени и уж точно не станет встречаться на мной выбранной территории. Он решит обыграть и легче всего обыграть на выезде из города, я сам дал ему «козырь», назначив встречу в ресторане за пределами города, он должен поверить в то, что преимущество на его стороне.
— Лишний раз не подставляйтесь, — приказал я охране, — он почувствовать свое превосходство. Ваша задача не сдохнуть самим и по возможности не дать сдохнуть мне.
— Все будет нормально, Дмитрий Викторович, — подал голос один из пацанов Олега. Крепкий, но молодой совсем, мальчишка. Ни для кого не было секретом, что среди ребят Олега были в основном детдомовские, такие же, как и мы, такие не боялись, терять им было нечего, семьи у большинства из них не было, а деньги были нужны и вот этот тоже из той же шайки.
— Вас постараются от меня отрезать, — серьезно предупредил я, — сильно не сопротивляться, еще раз повторяю, ваша задача остаться в живых, потом догоните.
— Камера пишет? — уточнил я.
— Пишет.
— По машинам.
Я знал, что после звонка Марченко Архипов будет меня вести от самого офиса, а значит и сейчас следит, и доложат ему, что из особняка я выехал и за руль сел лично. Охрана, естественно следовала за мной по пятам, но так у них больше шансов остаться в живых, целится, в первую очередь, будут в мою машину, их же постараются от меня оторвать. Часть моих людей должна была ожидать на метсте, проблема заключалась в том, что на пустыре особо не затаишься, а значит ждать им придется на довольно большом расстоянии.
Я рисковал, но по-другому достать его у меня не получится, так далеко в свою нору залезет, что не вытащу, а вот имея превосходство он заговорит, не сможет промолчать. Выйти из этого дерьма целым и невредимым у меня вряд ли выйдет, но все же я надеялся остаться в живых.
Мысленно возвращался к жене, надеясь, что она не натворит глупостей, Саша умная девочка, но в ее возрасте на эмоциях можно натворить глупостей.
— Подъезжаем к выезду из города, — послышалось в ухе.
А мгновение спустя слышится скрежет шин, визг тормозов, выругавшись резко давлю на газ, увеличивая скорость, в надежде увести погоню подальше от города, там на пустыре практически нет шансов задеть случайного свидетеля.
Гоню на максимальной скорости, бросаю взгляд в зеркало заднего вида, охрана, пусть и не в полном составе все еще следует за мной, на повороте резко выворачиваю руль и еще сильнее давлю на газ, рассчитывая на то, что часть охраны успеет за мной.
— Дмитрий Викторович, — слышится из наушника, — у нас проблема.
— Что, — заорал я
Снова шум, громкая ругань в ухе, звуки выстрелов
— Сука, — рычит один из охранников, — у них пули бронебойные.
Все мои машины оснащены пуленепробиваемыми стеклами, но они точно не выстоят, если стреляют тем, чем я думаю. Сам такими промышляю, знаю, что за вещь. Снова слышится скрежет шин, на сумасшедшей скорости вылетаю за черту города, не успеваю проехать и пары километров, как меня подрезают с двух сторон, очередной выстрел, автоматная дробь и резкая боль в правом предплечье.
— Живы? — рычу в микрофон
— Да, — слышится в ухе, — часть наших отрезало и…. нас окружили.
— Вижу, — прошипел я от морщась от боли.
Лучше бы тебе быть здесь, Архипов.
***
Дмитрий
Словно услышав мои мысли, дверь моего автомобиля распахивается, два амбала вытаскивают меня наружу и швыряют на землю, боль в руке ни на минуту не дает о себе забыть, но это ни что, по сравнению с тем, что я чувствую, когда поднимаю голову и вижу перед собой Архипова. Мысленно ухмыляюсь, потому что был прав — не устоял.
Что может быть лучше, чем видеть поверженного противника у своих ног, вот и Архипов не смог устоять, лично решил присутствовать, добить, так сказать. Перевернулся на спину и уперся спиной в заднюю дверь собственного автомобиля.
— Ну вот мы и встретились, Дима, — оскалился Архипов, — я бы предложил тебе присесть, но ты как вижу и сам неплохо устроился.
Ублюдок возвышался надо мной и скалился во все тридцать два зуба, в глазах сверкала жажда крови, моей крови. Оглянулся вокруг, Костик хорошо подготовился, человек двадцать его амбалов держали на мушке нескольких моих ребят, человек восемь, опять, мать его половина, плюс те, что ждали неподалеку, но им еще добраться сюда нужно, а пока рано выдвигаться, я еще не услышал всего, что должен был.
— Ну что, — продолжил Архипов, — я ведь обещал тебе, что ты сдохнешь от моей руки, — выплюнул он.
— Я пока еще жив, — усмехнулся.
Еще один оглушительный выстрел и в глазах потемнело от яркой вспышки боли в левом боку, где-то под ребрами, не сразу понял, что произошло, пока рука не дотронулась до источника боли, вязкая жидкость моментально потекла по ладони.
— Ненадолго, — сухо проговорил Архипов, — а где твой верный пес? Что-то я его не вижу.
Архипов еще раз прошелся взглядом по моим людям, которые все это время невозмутимо наблюдали за происходящим, я был рад, что несмотря на ситуацию они выполняют приказ и ждут.
— Выходной у него, — прошипел я и очередная вспышка острой боли пронзила мое тело.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Победа Виктория