Жил-был Черный Плащ.
На работу ходил. Встанет утром рано, некоторое время смешно прыгает на одной ноге, чтобы носок надеть, потому что пузико. Но, потом выпрямится горделиво, рубашку розовую с плечиков на себя переместит и жилет обязательно сверху. Во-первых, красиво, во-вторых пузико не видно и пятно от шавухи. Плечи, значит, назад, клюв пистолетом- Кряк Андреевич Лапчатов во всей красе. Селезень мечты.
Кофе из чайника с подсветкой себе заварит и пока по кухоньке хрущебной ароматы летают- сырники Гусёне жарит. А она спит, потому что- а пусть спит, наработается еще. Успеет.
На улицу рассветную выйдет, значит, Кряк Андреевич, а там уже ЗигЗаг сидит на капоте своего соляриса спортивного, курит и ждет. Протянет ему стакан с кофе и смотрят, значит, вдвоем, как солнце расслаблено подмигивает в окна спального района.
На работе совсем другое дело, конечно. Деятельный Кряк на работе. Бегает туда-сюда, лапками в носках по коридорам шлепает. Как где какой непорядок- тут как тут. Задолбал, короче, всех знатно. Правила наизусть знает, сверхурочно поработать- всегда пожалуйста. Зарплату задержали- не беда. Гад, а не коллега.
Раз собрались утки в курилке и объяснили Кряку Андреевичу, что нельзя так сильно трудовую дисциплину совершать. Тот, конечно, свои аргументы привел. Потом немного кряк-фу поделали друг другу. Поколотили, в общем, селезня. Докрякался, сука.
Пришел домой грустный немного. Но, не сломленный. Поделал с Гусёной уроки, книжку почитал, Джека нашего Лондона. Потом еще, когда Гусёна спать легла, Этель Лилиан Войнича почитал, про Овода, который спал на гвоздях, чтобы мировую несправедливость победить. Это он еще про «Данко» не знал, который литературный герой, а не тот, который про своего малыша песню пел. Потому что уж очень увлекающийся селезень был, Кряк Андреевич Лапчатов.
Посидел немного на кухоньке в темноте затаившейся, когда один единственный резкий луч света от полной луны в щель между занавеской бьет, отчего тени героически на клюв ложатся. Стакан молока опрокинул залпом и зашуршал машинкой швейной.
И в два часа ночи вышел из тьмы подъездной герой невиданный. В маске фиолетовой из плавок сшитой, в плаще дедовском НКВДэшном и в водолазке шерстяной, которая ввиду жаркого лета все равно без дела лежала. Вышел, осмотрелся и зашел обратно. Не очень героично, когда из под водолазки чуть чуть белого пузика снизу виднеется. Во-первых, демаскирует. Во-вторых, если сфоткают- позора не оберешься.
Долго ли, коротко ли, к четырем утра компанию разнорабочих уток у пивной настигло справедливое возмездие.
- Я ужас летящий на крыльях ночи!- неожиданный способ докрякаться до сограждан, согласитесь.
Утки бутылки с напитками отставили, кроме одной. Одну сразу таинственному мстителю об голову разбили. Утки еще Советский Союз помнили, Афганистан и мрачные 90-е. Этих уток не брал денатурат. Эти утки простуду лечили мелком «Машенька».
Но, Кряк Андреевич тоже был не лыком шит. Не зря же он все детство диафильмы смотрел про кряк-фу. Распределил кинетическую энергию волнообразным движением и, по заветам Кадочникова, бесконтактно пнул в колено оппонента. И с вертушки еще добавил, отчего трикошки лопнули и чуть чуть белого пузика предательски появилось из под водолазки, но сзади. Или не пузико это было…
И тут оказалось, что среди уток- крыса есть. Не по физиологии, разумеется, а по сути. Достала эта крыса пистолет газовый и давай без разбора страшно шмалять куда попало. Кряк Андреевич вспомнил Сунь-Цзы и решил тактически ретироваться. Рванул что есть мочи- утки за ним. Все бегут темным двором, крякают слова матерные, вспышки выстрелов, как стробоскоп.
Долго сказ сказывается, а пробежали они метра четыре, когда лужа на пути попалась. Не подумайте, на том месте просто Газель четыре года сломанная стояла, а тут ее в чермет сдали, вот пустота и заполнилась. Кряк Андреевич будучи селезнем спортивным и очень напуганным- перемахнул и лужу и заборчик за ней. А вот крыса эта подлая с пистолетом- споткнулась и клювом в грязь!
- Прими ванну правосудия!- крякнул наш герой и ловко пистолет газовый подхватил.
- Нюхни газку!- прицелился, дернул спуск, но, вместо яркой вспышки- щелкнул пистолет ударником в пустой патронник.
Тут ему прут арматурный ровно посередине маски и прилетел. А это очень плохо быть не с того конца арматуры.
Ну, ничего. Скорая Помощь в больницу отвезла, с Гусёной ЗигЗаг посидел. Даже больничный оплатили, нехотя. Кому в бухгалтерии захочется оплачивать несчастный случай. Участковый то не дурак, написал, что на гражданина мотоцикл упал. Оно ему надо было все как есть описывать?
Отлежался Кряк Андреевич. К работе вернулся. Посуровевший. Говорить стал четко. По делу. Поправит повязку на лбу, зыркнет глазом заплывшим. Когда повязку сняли- в качалку пошел, на пилатес. К Моргане МакКабер- француженка, наверное.
И через месяц, когда без резкой боли в спине штаны стоя надевать научился- позвал в томную субботу ЗигЗага на разговор.
- Я,- говорит,- теперь Черный Плащ, брат.
ЗигЗаг с Гусёной переглянулись. Ну, что поделать.
Сделаем этот мир лучше, чо.
Вот такая сказка.