Начало
«Ну, здорово, серый! Как там бабуля?» - Леший сверкнул из кустов на волчонка зелёным углем.
«Фу, бесоватый, напугал!» - волчок был молодой, потому и бегал на бабкиных посылках по лесу: «Нормально Яга, ягодной настоечки для тебя, окаянный, достала. С прошлого года стоит, рябиновая…»
«Эт хорошо!» - Леший сдвинул брови и сердито зыркнул на серого: «Ничего больше передать не велела?»
Волчонок смачно и с удовольствием щёлкнул себя зубами по боку, почесал лапой за ухом:
«Тебе – нет! Хотя думается мне в печали старуха наша. Гадала она на днях на косточках… Беспокоится Яга. Год нынче не простой. Тут Морок мракобесие свое задумал – хочет, злыдня, время себе подолее выторговать, до лета в наших землях стоять, уклад природный нарушить да всех нас поди сгубить своими аппетитами властными. Чувствуешь, как лютует он нынче сурово, что плохо всем приходится… Силы нам немалые нужны, чтобы беса окаянного от аппетитов его удержать и на место поставить. Вот чего Яга нагадала. Ну, ты к ней забеги, она сама тебе всё в подробностях…!»
«Ладно, коль такие вести серьезные, то зайду. Передай Яге, чтобы готовилась основательно, я скоро, обойду всех - и к ней!» - неторопливо повернувшись, Леший бесшумно исчез в кустах, на снегу остались следы навыверт, а сам он был на полпути к следующему разговору.
«И тебе счастливого пути!» - волк оскалил зубы в подобии вежливой улыбки и побежал в сторону леса.
Бежит волчок по лесу, несёт бабуле весть о скором приходе гостя…
Ждёт Болотник в гости Лешего, ждет да готовится.
«Грунька, ну-к выглянь иди в улицу, где его, бесноватого, черти носят, да скажи Кикиморе, чтоб быстрее шевелилась, а то ждать её потом, пока дойдёт…»
Болотник оторвался от починки своего любимого кресла, непонятно как попавшего в болото и потому ценного, наморщил лоб и указал рукой ближайшей из болотниц в направлении данного ей задания.
«Дядька, любите ж Вы суету создавать лишнюю. Сами придут, уж не сплутают поди по дороге, чай не люди. Кикиморе вообще шаг шагнуть.» Груня однако отложила в сторону гребень, хотя где-то в глубине надеялась, что минует её выход на зимнюю поверхность болота.
«Эка ленивица! А ну брысь, а то неделю будешь с лягушачьими лапами на руках ходить!»
«Злой Вы, дядька, никакого у вас сострадания нет! И уважения к женщинам тоже!» - Груня, схватив побыстрее плетню из веток, выскочила до ответа Болотника наружу.
На развилке дорог стоит Леший. У камня стоит, того, где путник судьбу себе выбирает. Вечерело, и зимнее солнце садилось в белую резь снега на горизонте.
«Эх, ну и славный вечерок! Славная будет ночь и сложная!»
Вдохнул Леший, набрал в лёгкие побольше воздуха и засвистел. Ни птица, ни зверь, ни тем более человек не услышали бы этого свиста. Зовет Леший свистом Овсяника-полевика, совет ему нужен, а Овсень, он самый мудрый тут, после него самого, Лешего.
«Тьфу на тебя, испугал – разбудил! Чего надо?» - высокая фигура с ярко-красным взглядом согнулась над камнем, легко усевшись на самую его вершину. Даже зимой в очертаниях всех мышц Овсеня можно было увидеть крепость наливающихся солнцем колосьев, их зелёную, золотистую спелость, в движениях слышен шелест ветра, то ли полуденного, то ли вечернего его дуновения.
«Дело вот оно в чём, извини за беспокойство: собирается Морок на нынешнюю ночь праздничную силу себе весеннюю забрать да время это себе отвести. Помощь мне нужна всех твоих спящих весенних вод да росточков!»
Гибкая светлая фигура скользнула с камня, приблизилась к косматому силуэту Лешего на светлом голубом фоне неба. Красные огни всполохнули напротив замерших на месте зелёных угольков.
«Если Морок время отвоюет – не будет мне ни силы, ни подмоги от сути моей! Только в весне я набираю власть! Так что все травинки спящие, все ручьи да колосья дремлющие – всё твое. Помогу… Приду я на такой случай со всем колдовством своим против Морока-корочуна стоять.»
«Быть тому! Сила тебе!» - Леший глянул на тающую в земле фигуру хозяина полей. На месте разговора осталось зелёное пространство свежей травки, которое тут же начал заметать снежный ветер.
Скованная льдом река блестела в темноте. У самого берега наклонилась ко льду косматая фигура лесного хозяина. Скребет Леший длинным когтем, рисует сверкающий хрустальный знак на ледяной поверхности, слушает внимательно речное дно.
«Доброй ночи!»
«И тебе здравствовать!» Водяник с парочкой кулешат вышел из замерзшей камышовой заводи. Маленькие речные чертенята, один зелёный, другой синий, с тихим бульканьем, похожим на журчание воды, приблизились к Лешему и поклонились.
«Плохое нынче время, холодный год, студеный!»
«Да, схватило мою реку крепкими цепями почти до дна. Не могу даже русалок своих гонять толком, совсем скоро на сомов похожи станут. Сидят на дне и толстеют без толку. Вон, кулешата да ичетики повымерзли все, совсем их мало осталось!»
«Ты всех речных дел хозяин, страдаешь ты от Морока очень! Да только новости у меня…Хочет Морок себе весну забрать, до лета властвовать! Важная завтра ночь. Нужно мне будет все силы твои в помощь. Будем мы за равновесие колдовать. Длинная завтра ночь будет, да колдовство сильное, половину считай твоих бесенят сгинет в нём, слабые они.»
Булькнул Водяник, прикрикнул в ледяной камыш на высунувшиеся из-подо льда русалочьи глаза. Бесенята грустно прижались к бокам хозяина и позеленели.
«Будет тебе сила речная. Не смогу я без весны. Коли не начнется ледоход речной, так повымрут все в моей реке, от холода до лета не дожив!»
Прозрачная осклизлая туша Водяника повернулась к полынье, бесенята, опять сменив цвет, залепетали и скакнули вперед него в глубину. Глянул на Леш
его Водяной, синим цветом горели в темноте глаза хозяина реки. Длинные водоросли волос качнулись, скрыв грустную ухмылку речного властителя.