Предыдущая глава
Если смотреть на небо, как можно чаще, то мысли будут намного чище. Душа успокоится, и сердце перестанет тревожиться понапрасну.
Яна сошла с подножки автобуса и осмотрелась. Сколько она уже не была в родном городе? Года три-четыре?
Железногорск всё такой же. Тихий, провинциальный город. Хотя машин прибавилось, и шума от них тоже.
Супермаркеты новые открылись, рынок перенесли. Везде свои изменения, жизнь на месте не стоит.
Купив в табачном киоске пачку сигарет, Яна неторопливо направилась в свой родной район. Она обещала Руслану не курить и сдержала своё слово.
Два года назад они поженились и буквально пару месяцев как планируют стать родителями, но пока не получается.
Яна обследуется, лечится. А результатов ноль.
А вчера они приехали погостить к родителям Руслана в его родной посёлок. Яне он сразу по душе пришёлся, как и родители её мужа.
Правда, они почему-то переглянулись, увидев её, и Яну это задело. Но вид она не подала, потому что вскоре их долгожданный приезд очень душевно отметили. С шашлыком и домашним вином.
Вечером Руслан повёл Яну гулять по посёлку. Школу свою показал, футбольное поле, где с друзьями после уроков пропадал. А потом они пошли на пруд, и там он стал каким-то другим. Грустным, задумчивым.
Яна не ревновала его к прошлому. У неё оно тоже было. Главное - это прошлое в настоящее не тащить и в будущее.
Хотя соблазн был. На следующий день Яна рано утром собралась в Железногорск. Руслана будить не стала, а Наталию Яковлевну предупредила, что на кладбище хочет заехать. К матери, к бабушке. Да и квартира много лет пустует. Брат вряд ли её продать смог.
Упоминание о брате вызвало мурашки по телу. Нет, детская влюблённость в Тимура давно прошла. Просто их сейчас нечто большее связывало бы. Это общий ребёнок. Но, увы ... Малышу не суждено было выжить.
Наверное, это тоже знак. Не судьба им по жизни вместе идти, и если когда-нибудь случится встреча, то Яна о ребёнке ничего не скажет...
А вот тех злодеев, что сотворили с ней такую гнусность, удалось наказать.
Когда Яна всё вспомнила, то она места себе не находила. Рвалась узнать, жива ли Евгения Викторовна?
Елена Петровна, пересилив свой эгоизм и страх, что девушка покинет их семью, попросила мужа отвезти Яну к бабушке.
Втроём они рано утром собрались в путь. Всю дорогу ехали молча. Каждый из них думал о своём.
В город они прибыли поздно вечером, и им пришлось остановиться в гостинице. Знакомых у Яны здесь не было, кроме хожалки, что за Евгенией Викторовной какое-то время присматривала, пока её Юля не попросила больше не приходить.
Её-то и разыскала на следующий день Яна. Лидия девушку узнала сразу. Обрадовалась ей, обняла как родную.
- А Евгения Викторовна в соцучреждении для инвалидов и престарелых. Юля её туда определила. Сама со своим Семёном в её доме обустроилась.
- Да как так-то? - возмутилась Яна.
- А вот так. Евгения Викторовна одна осталась, родни у неё нет. Ты куда-то исчезла. Кто тебя искать будет? Непонятно откуда взявшаяся неродная внучка. Как прибыла сюда, так и убыла. Вот Юля с Семёном и не стали сложа руки сидеть. Нотариуса притащили к пожилой женщине и всё переиграли в свою пользу. Не знаю, можно ли так или нельзя. Только на твоё имя дарственную аннулировали. Соврали, что не в себе старушка была. Может, денег дали они этому нотариусу. Не знаю. Что слышала краем уха, то и рассказываю тебе.
- Аферисты - припечатала Яна. Она горячо поблагодарила Лидию за откровенность и вернулась в гостиницу. Посоветоваться ей нужно было. С Еленой Петровной и Александром Борисовичем.
А что они могли посоветовать? Лишь заявление в милицию написать. Так, мол, и так. Пусть дело откроют, расследуют мошеннические действия двух преступников.
Сама Елена Петровна и её муж собрались как свидетели пойти. Все справки, выписки - всё на руках. Они готовы подробно рассказать, как они Яну нашли, где и в каком состоянии.
Заручившись поддержкой своих защитников, Яна решилась и пошла в отделение. Она вспомнила, что борьбой раньше занималась, что характер имела решительный и упрямый.
А потому, когда её чуть дежурный не отфутболил, Яна потребовала начальника отделения к ней вызвать. Пригрозила прокуратурой. Что, мол, там ей отворот-поворот не дадут и внимательно выслушают. Только вот у местного отделения за такую халатность, проблемы нарисуются.
Почесав макушку, дежурный проводил её до кабинета начальника следствия. Яну внимательно выслушали, записали, и колесо завертелось. Оказывается, на Юлю и Семёна уже поступали жалобы. Только ни фактов, ни доказательств ни у кого не имелось. А с показаниями Яны следствие наконец-то смогло взять за одно место этих двух мошенников.
Казалось теперь, что всё плохое позади. Преступники в ИВС, оттуда в СИЗО отправятся, а там и до суда недалеко. Каждый из них получит по заслугам. И у нотариуса который пошёл у них на поводу, проблемы появились.
Осталось забрать бабушку из казённого учреждения, вот только куда? Яна собиралась вернуться вместе с Еленой Петровной и Александром Борисовичем обратно. У неё Руслан там остался, как они друг без друга? Оставить Евгению Викторовну на хожалку? Совесть не позволит. Самой остаться?
Ситуацию разрулил директор интерната, куда Юля поместила бабушку.
-Невозможно уже Евгению Викторовну в разум вернуть. Препараты, которые она получала, окончательно лишили её способности к адекватному поведению и мышлению. Полная деменция наступила. Она ничего не соображает, поймите. И лучше будет, если вы всё же оставите бабушку здесь. У нас специальный уход за такими больными, медики рядом. В таком состоянии она может долго ещё пожить, а может и недолго.
Яна расплакалась. Ну как же так, а?
-Увидеть её хотя бы можно? - попросила она. Увидеть разрешили. Проводили в комнату, но вот один на один не оставили.
-Я уж, извините, рядом постою - произнесла санитарка Галя - бабушка порой как божий одуванчик, а иногда буйной бывает. Ходить она не может, отказали ноги-то. А вот руками хорошо работает. Кружкой один раз как запустит, я еле увернулась.
Яна пододвинула стул и взяла холодную руку бабушки в свою. Так жалко ей было Евгению Викторовну, сил нет. Если бы не Юля со своими уколами и таблетками, то всё было бы нормально.
-Ты совсем меня не узнаёшь? - тихо спросила Яна, глядя в бесцветные глаза пожилой женщины. Лишь на долю секунды ей показалось, что Евгения Викторовна сфокусировала на ней вполне осмысленный взгляд, как вдруг она с силой выдернула свою руку и замахнулась на девушку. Посыпался поток нецензурной брани, проклятий. Бабушка стала бить кулаками по своим ногам.
-Уходите отсюда. Дом вам мой нужен, деньги. Ничего не получите! Ничего!
-Пойдём, детка, пойдём - потянула Яну санитарка - видишь, не понимает она ничего и не узнаёт тебя.
-Бабушка, ну это же я! Яна! Вспомни меня, прошу! Мама моя Люба, папа Толик, сын твой ....
Евгения Викторовна на секунду замерла, уставившись в одну точку. А потом из глаз её брызнули слёзы и покатились по морщинистым впалым щекам.
-Толик, сынок мой. Мой бедный мальчик. К нему хочу, к Толику. Много лет с ним встречи жду. Скоро уж приду, скоро свидимся - забормотала пожилая женщина, впав в транс.
Яна выскочила из комнаты и понеслась на улицу. Только там она смогла выдохнуть и дать волю слезам. Вот и ещё один человек уходит из её жизни. Сколько можно уже этих потерь?
Дом Евгении Викторовны закрыли, ключи Яна забрала с собой. Она вернулась вместе с Еленой Петровной и Александром Борисовичем. Теперь они у неё только остались, да Руслан. Отношения с ним развивались плавно, спешить им было некуда. И вот они приняли решение пожениться. Руслану квартиру выделили, как молодому семьянину. Стали они потихоньку обживаться.
Елена Петровна помогала, Александр Борисович. Родители Руслана далеко были и из-за болезни его отца приехать не смогли. Зато теперь Яна и Руслан к ним выбрались.
Добравшись до кладбища, Яна долго не решалась войти. Одну сигарету выкурила, вторую. Там мама лежала, бабушка. Сейчас посмотрит на их фото, и душа заноет от тоски. Но надо решиться. Возле ворот бабулька какая-то торговала хризантемами. Жёлтые, белые. Яна остановила свой выбор на жёлтых. Бабушке и маме взяла. Как яркое солнышко они манили взор.
Могилки своих родных девушка отыскала быстро. Помнила она, что рядом высокая ель росла с раскидистыми еловыми ветвями. Чистенько у них было. Видно, что ухаживает кто-то за могилками.
-Ну, здравствуйте, мои хорошие. Вот и я к вам вырвалась навестить. Как вы тут? - Яна положила цветы бабушке, маме. На корточки присела и устремила свой взгляд на фотографии обеих. Они смотрели на неё, как живые.
Слёзы Яна сдерживала. Зачем души умерших тревожить? Тихим голосом она рассказала о себе, о том, что наконец-то нашла надёжное мужское плечо.
-Я люблю Руслана, а он меня. Так что не переживайте там, всё будет хорошо - улыбнулась сквозь слёзы Яна. Не выдержала всё-таки, не смогла.
-Я рад за тебя, сестра - раздался за спиной знакомый родной голос.
Яна резко обернулась и вскочила на ноги.
-Тимур! - вырвалось у неё.