Золотые руки
— Зина, ты только посмотри на это безобразие! — свекровь Марина Павловна ворвалась в квартиру как ураган, размахивая каким-то листом бумаги.
Зинаида подняла голову от швейной машинки, где как раз подшивала подол свадебного платья для соседской дочки. За окном моросил октябрьский дождь, и в комнате было уютно от жужжания машинки и тёплого света настольной лампы.
— Что случилось, Марина Павловна?
— Вот что случилось! — свекровь швырнула листок на стол. — Твоя золовка объявление в газете дала!
Зинаида взяла газету и прочитала: «Ателье ‘Золотые руки’. Пошив и ремонт одежды любой сложности. Свадебные платья, вечерние наряды, мужские костюмы. Многолетний опыт, доступные цены. Тел…»
— Не понимаю, что вас так возмутило, — сказала Зинаида, откладывая газету. — Людмила решила заняться бизнесом, и что?
— Как что? — Марина Павловна села напротив невестки и сверкнула глазами. — А то, что она украла твою идею! Ты же собиралась открыть своё ателье!
Зинаида вздохнула. Да, она действительно мечтала об этом. Уже полгода копила деньги, присматривала помещение, даже название придумала — «Золотые руки». Потому что так все в округе называли её руки. Зинаида могла сшить всё что угодно — от простой юбки до сложного вечернего платья с вышивкой.
— Марина Павловна, ну может, это совпадение…
— Какое совпадение? Она же видела твои эскизы, когда на прошлой неделе в гости приходила! И про название слышала, как ты Сергею рассказывала!
Зинаида почувствовала, как внутри всё сжалось. Людмила — младшая сестра её мужа — действительно была на прошлой неделе. Рассматривала эскизы платьев, восхищалась, расспрашивала о планах. А Зинаида, как дура, всё ей рассказала. О накопленных деньгах, о подходящем помещении на Садовой, даже адрес назвала.
— Звоните ей, — сказала свекровь. — Прямо сейчас звоните и выясняйте.
Зинаида набрала номер золовки. Людмила ответила не сразу, голос у неё был какой-то виноватый.
— Зина? Привет…
— Люда, я видела твоё объявление в газете.
Молчание.
— Люда, ты меня слышишь?
— Слышу. Зин, я хотела тебе сказать…
— Что сказать? Что украла мою идею?
— Ничего я не крала! — голос Людмилы стал резким. — Идея открыть ателье не твоя собственность. Кто мешал тебе раньше заняться этим?
— Люда, но ведь мы же разговаривали… Я тебе про свои планы рассказывала…
— Рассказывала, рассказывала! А дело делать не торопилась. Я вот не стала тянуть — взяла кредит и сразу всё оформила.
У Зинаиды перехватило дыхание.
— Кредит? А помещение?
— На Садовой сняла. То самое, которое ты приглядывала. Хозяин сказал, что кто-то до меня интересовался, но так и не решился.
Зинаида опустилась на стул. Значит, Людмила не только идею украла, но и помещение перехватила.
— Люда, как ты могла?
— А что такого? Ты же всё равно тянула резину. Деньги копила, думала, размышляла. А я взяла и сделала. В бизнесе, знаешь ли, кто не успел — тот опоздал.
— Но мы же родственники…
— Вот именно. Родственники должны друг друга поддерживать. Так что теперь, когда у тебя будет свободное время, можешь мне помогать. Заказов много, одна не справляюсь.
Зинаида почувствовала, как по щекам текут слёзы.
— То есть ты предлагаешь мне работать на тебя? В ателье, которое должно было быть моим?
— Зин, не драматизируй. Подумаешь, какая разница, чьё имя на вывеске? Главное ведь — дело делать.
— Разница есть, Люда. Большая разница.
Зинаида положила трубку и посмотрела на свекровь.
— Она перехватила и помещение.
Марина Павловна покачала головой.
— Вот змея. А я её в семью как родную принимала.
— Что теперь делать? — Зинаида вытерла слёзы. — Денег на другое помещение нет. Да и клиенты теперь к ней пойдут.
— Не всё так плохо, — задумчиво сказала свекровь. — Я кое-что знаю про нашу Людмилу. То, о чём она предпочитает молчать.
— Что вы имеете в виду?
— А то, что шить-то она толком не умеет. Помнишь, как на юбилее у неё подол отвалился от платья? Она его степлером прикрепила.
Зинаида невольно улыбнулась сквозь слёзы.
— Но она же объявление дала…
— Дала. А теперь представь: приходят к ней клиенты, заказывают платья, а она что? Сама-то она может разве что юбку-солнце сшить, и то криво.
— Марина Павловна, к чему вы ведёте?
Свекровь наклонилась ближе.
— А к тому, что очень скоро она к тебе прибежит. Будет просить помощи. Потому что заказы-то взяла, а выполнить не может.
— И что тогда?
— А тогда, милая моя, ты скажешь ей цену за свою помощь.
Прошла неделя. Зинаида продолжала работать дома, шила для старых клиентов. Заказов стало меньше — многие действительно ушли к Людмиле, соблазнившись яркой рекламой и низкими ценами.
В субботу утром раздался звонок. Людмила.
— Зин, мне нужна твоя помощь, — голос у неё был усталый и какой-то испуганный.
— Слушаю.
— У меня тут ситуация сложилась… Заказчица принесла платье на переделку. Очень дорогое, импортное. А я… я его испортила.
Зинаида промолчала.
— Зин, ты меня слышишь?
— Слышу. И что ты хочешь?
— Можешь приехать? Посмотреть, может, что-то исправить можно? Она завтра за ним приедет.
— Людмила, а что я с этого буду иметь?
— Ну… заплачу, конечно. Сколько скажешь.
— Не нужны мне твои деньги. Лучше скажи — зачем мне помогать тебе в бизнесе, который ты у меня украла?
Молчание.
— Зин, я понимаю, ты на меня обижена…
— Обижена? Людмила, ты разрушила мою мечту. Украла не только идею, но и помещение, и клиентов. А теперь звонишь и просишь помочь?
— Зина, пожалуйста! Если я не исправлю это платье, женщина с меня три зарплаты потребует за ущерб!
— Ну так исправляй сама. У тебя же многолетний опыт, как в объявлении написано.
— Зин…
— Людмила, знаешь что? Приезжай сама. Привози это платье. Посмотрим, что там за проблема.
Через час Людмила стояла на пороге с огромным пакетом в руках. Выглядела она неважно — растрёпанная, с красными глазами.
— Вот, — она протянула пакет. — Это коктейльное платье. Нужно было только подшить, а я… я задела ножницами ткань.
Зинаида достала платье. Дорогое, действительно. Итальянский шёлк. И действительно испорченное — длинная дыра сбоку, да ещё и подол обрезан неровно.
— Людмила, это же элементарные вещи. Как можно так испортить?
— Я думала, что умею шить. В школе же на труды ходила, дома иногда что-то латала…
— Латать дырки и шить на заказ — это разные вещи.
Зинаида внимательно осмотрела платье.
— Исправить можно. Но это будет стоить дорого.
— Сколько хочешь! Только помоги!
— Не деньги мне нужны, Люда. Другое.
— Что?
— Ты закрываешь своё ателье и отдаёшь мне всех клиентов.
Людмила побледнела.
— Зин, ты что? Я же кредит взяла! Как я его отдавать буду?
— Это твои проблемы. Хочешь, чтобы я исправила платье — выполняй условие.
— Но это же несправедливо!
Зинаида посмотрела на золовку долгим взглядом.
— Несправедливо? А когда ты украла мою идею и моё помещение — это было справедливо?
— Я же предлагала тебе работу…
— Ты предлагала мне работать на тебя в моём же ателье. Видишь разницу?
Людмила села на диван и заплакала.
— Зин, я не думала, что будет так сложно. Я думала, шитьё — это просто. Взял материал, сел за машинку и шей.
— А оказалось?
— А оказалось, что я ничего не умею. Вчера женщина пришла — говорит, юбка села после стирки. А я даже не знаю, что с этим делать.
Зинаида вздохнула.
— Люда, а зачем ты это всё затеяла? Зачем украла мою идею?
— Я не крала! Я просто… — Людмила запнулась. — Я просто завидовала тебе.
— Мне?
— Да. Все тебя хвалят — золотые руки, мастерица. А я что? Работаю продавцом в магазине за копейки. Муж пьёт, дети не слушаются. Хотела тоже чего-то добиться.
— Но не своим трудом, а воровством чужих идей.
— Я думала, это легко. Видела, как ты шьёшь — вроде ничего сложного. Села, покрутила, готово.
Зинаида покачала головой.
— Люда, я десять лет училась этому ремеслу. Десять лет! Курсы, книги, практика. И ты думала, что за неделю всё освоишь?
— Теперь понимаю, что была дурой.
Зинаида молча пошла к швейной машинке и начала осматривать платье под лампой.
— Можно исправить, — сказала она наконец. — Но работы часа на четыре. И материал нужен для заплатки.
— У меня есть! — обрадовалась Людмила. — Остался кусочек от подгибки.
— Тогда жди здесь. И думай над моим предложением.
Зинаида работала молча. Людмила сидела на диване и смотрела, как ловко двигаются руки золовки, как аккуратно она вшивает заплатку, как незаметно делает шов.
— Зин, а можно вопрос?
— Валяй.
— А ты меня очень ненавидишь?
Зинаида остановилась и посмотрела на Людмилу.
— Знаешь, сначала ненавидела. Очень сильно. Хотелось тебе глаза выцарапать.
— А теперь?
— А теперь просто жалко тебя. Ты разрушила мою мечту, но и себе навредила не меньше. Влезла в долги, взялась за дело, которого не знаешь.
— Зин, а если я действительно закрою ателье и отдам тебе клиентов… ты меня простишь?
— Это будет справедливо, Люда. Ты взяла чужое — верни.
— А работу мне дашь? Я готова учиться. Честно.
Зинаида задумалась.
— Дам. Но не хозяйкой, а ученицей. Будешь подшивать, пуговицы пришивать, нитки разматывать. Согласна?
— Согласна.
— И зарплата будет как у ученицы. Копейки.
— Согласна.
— И учиться будешь не год и не два. Может, пять лет пройдёт, прежде чем доверю тебе серьёзный заказ.
— Понятно.
Зинаида снова взялась за работу.
— А знаешь, что самое обидное во всей этой истории?
— Что?
— Если бы ты просто пришла и сказала: «Зин, хочу научиться шить, возьми меня в помощницы» — я бы согласилась. Без всех этих интриг и воровства.
Людмила опустила голову.
— Я не подумала. Мне казалось, что легче украсть готовое, чем самой учиться.
— Вот и получила урок. В жизни ничего даром не даётся.
К вечеру платье было готово. Зинаида аккуратно упаковала его в пакет.
— Заказчице скажешь, что были технические сложности, но всё решилось.
— Спасибо, Зин. Честное слово, спасибо.
— Не благодари. Лучше скажи — когда освобождаешь помещение?
— На следующей неделе. Хозяин и так недоволен — аренду задерживаю.
— Тогда договорились. Помещение переходит ко мне, клиентов передаёшь с извинениями.
— А как объяснить людям?
— Очень просто. Скажешь, что поняла — шитьё это не твоё призвание. И рекомендуешь настоящего мастера.
Людмила кивнула.
— Зин, а ты думаешь, я когда-нибудь научусь хорошо шить?
— Если будешь стараться — научишься. Но не ради денег, а ради самого дела. Понимаешь разницу?
— Понимаю.
— Тогда приходи в понедельник. Начнём с азов.
После того как Людмила ушла, Зинаида долго сидела у окна. На душе было странно — не радостно, как она ожидала, а грустно. Справедливость восторжена, мечта возвращена, но осадок остался.
Позвонила свекровь.
— Ну как, разобралась с воровкой?
— Разобралась. Она отдаёт мне ателье.
— Вот и хорошо! Правда восторжествовала!
— Марина Павловна, а знаете, что самое печальное?
— Что?
— Мы с Людмилой могли бы стать партнёрами. Она — общаться с клиентами, вести документы, а я — шить. У неё это неплохо получается. Но вместо этого она решила меня обмануть.
— Зин, не жалей её. Сама виновата.
— Не жалею. Просто думаю — сколько в мире глупости. Люди ломают отношения, предают близких, а в итоге все остаются в проигрыше.
— Не все. Ты-то выиграла.
— Выиграла, — согласилась Зинаида. — Но такой ценой…
Через месяц ателье «Золотые руки» открылось на Садовой улице. Людмила действительно привела всех клиентов и извинилась перед каждым. Работала она у Зинаиды молча, старательно, без претензий.
Однажды вечером, когда они закрывали ателье, Людмила сказала:
— Зин, я поняла, почему тебя все так хвалят.
— Почему?
— Ты не просто шьёшь. Ты в каждую вещь душу вкладываешь. Я смотрю, как ты работаешь — будто молишься.
Зинаида улыбнулась.
— Может, и молюсь. На своём языке.
— А меня научишь так же?
— Научу, если не бросишь. Это долгий путь, Люда.
— Не брошу. Слово даю.
И не бросила. Через три года Людмила стала неплохой швеёй. Через пять — хорошей. А ещё через два года они открыли второе ателье. Уже как равноправные партнёры.
— Знаешь, — сказала как-то Людмила, — может, и хорошо, что я тогда такую глупость сделала.
— Почему?
— Если бы сразу попросила тебя научить меня — я бы не ценила этого. А так поняла, что значит потерять доверие близкого человека. И что значит — его вернуть.
Зинаида кивнула.
— Главное, что поняла. Хотя урок дорогой получился.
— Самые важные уроки всегда дорогие, — ответила Людмила. — Зато на всю жизнь.
От автора
Дорогие читатели, эта история о том, как зависть и желание лёгкой наживы могут разрушить семейные отношения. Но также это история о втором шансе, о том, что настоящий талант не украдёшь, а доверие, однажды потерянное, можно вернуть только честным трудом.
Мне часто приходится слышать истории о том, как близкие люди предают друг друга из-за денег, из-за бизнеса, из-за глупой гордости. И каждый раз думаю: неужели материальное важнее человеческого? Неужели выгода дороже отношений?
В моих рассказах я стараюсь показать, что справедливость рано или поздно восторжествует, но цена за предательство всегда высока. И что прощение — это не слабость, а сила.
Подписывайтесь на мой канал, чтобы читать новые истории о том, как люди ошибаются, учатся на ошибках и находят путь друг к другу. Потому что в конце концов мы все — одна большая семья под названием человечество.