В России не любят проходить плановые обследования. Тех же, кто регулярно ходит к врачам и следит за здоровьем, могут считать ипохондриками. Однако настоящее ипохондрическое расстройство — не шутка, психическое заболевание может сильно мешать жить. Правда, может и помочь вовремя получить диагноз и начать лечение. «Такие дела» узнали у экспертов, где норма уровня тревоги о здоровье и как помочь себе, когда боишься.
Коридор. «Мне больно». Врач.
Запись в книжку, направленье.
Эшафот. Рентген — палач.
Поскорей начать леченье.
Нервы рвутся. Слышу звук:
Бритва бреет мой висок.
Клешни щелкают. «Тук-тук,
У вас тела вышел срок».
«Ну и ладно, мне плевать».
Рак растет, смотреть — нельзя.
Я давно хочу пропасть.
Стул, веревка, узел — тьма.
Это стихотворение Карина написала не потому, что у нее нашли рак. Девушка думала, что уже им болеет. Подтверждений не было, но тревожные мысли мучили. В приступах паники Карина бесконечно осматривала тело, фотографировала каждый его сантиметр и прокручивала в голове симптомы.
Примерно так проходят дни людей с ипохондрией, а точнее, с ипохондрическим расстройством. Человек постоянно беспокоится, что у него может быть тяжелое прогрессирующее заболевание или сразу несколько. Обычные ощущения он воспринимает как патологические. Даже обратившись к врачу и получив отрицательные анализы, человек с ипохондрией будет продолжать искать признаки заболевания — часто тратя на это много времени и денег.
«Запомнила расположение всех своих родинок»
О существовании онкозаболеваний Карина узнала в 11 лет. Кто-то из ее знакомых на одной из прогулок вскользь упомянул лейкемию. Карина была впечатлительным ребенком: боялась конца света, экологических катастроф и других бедствий. После рассказа о лейкемии мозг сразу начал рисовать ей страшные картинки: вдруг что-то подобное есть и в ее организме?
«У меня даже иногда появлялось желание чуть-чуть себя порезать, чтобы посмотреть на цвет крови. Я где-то вычитала, что у тех, кто болеет лейкемией, кровь светлее, чем обычная. Хотя понятно, что невооруженным глазом это не определить», — говорит Карина.
В 13 лет девочка стала читать в интернете о разных болезнях и их симптомах. Больше всего ее беспокоил рак. В этом же году у Карины умерла любимая кошка — это сильно потрясло девочку. Она стала еще внимательнее к своему телу.
Карина начала активно проходить обследования. Уговаривала маму водить ее по врачам, а иногда ходила к ним самостоятельно. При этом ее пугали медкомиссии. Иногда доходило до панических атак в коридорах поликлиник. Девочка боялась получать результаты анализов и всегда ждала самого неутешительного.
Дома Карина часто ощупывала себя самостоятельно — в основном лимфоузлы, шею и живот. Эти «осмотры» она могла проводить несколько раз в день. Иногда ночью в приступе паники Карина вскакивала и начинала осматривать тело с фонариком, думая, что на нем что-то могло появиться. Все это сменялось полным непринятием тела. Карине было страшно смотреть в зеркало, быть раздетой, ходить в душ.
Однажды Карина подумала, что у нее слишком много родинок. На одном из форумов девочка увидела комментарий: «Ну сходи к онкологу». Карина стала бояться, что у нее меланома. Казалось, что каждая родинка — злокачественное образование. «С 13 лет я точно запомнила расположение всех своих родинок. Я помню их форму и цвет. Еще у меня есть целый альбом в телефоне с их фотографиями, чтобы со временем сравнивать вид. Раньше я сильно расстраивалась, если у какой-то родинки не было снимка», — рассказывает Карина.
В школе Карина спрашивала у медсестры, все ли в порядке с ее родинками, но та только удивленно смотрела на нее и отправляла обратно в класс. Однажды втайне от мамы Карина пошла к знакомой медсестре, но и та подтвердила, что с родинками все хорошо. На какое-то время комментарии врачей успокаивали Карину, но тревога быстро возвращалась.
Что такое ипохондрия
Это не просто беспокойство из-за здоровья. Согласно Международной классификации болезней, ипохондрическое расстройство — отдельный диагноз. Он ставится, когда человек сильно боится, что заболеет или уже серьезно заболел, постоянно думает об этом, проверяет симптомы.
Нередко такие люди ходят к врачам разных направлений, смотрят лекции специалистов и читают статьи в интернете. Казалось бы, такая забота о здоровье — это хорошо и полезно. Но при ипохондрическом расстройстве человека не удовлетворяют результаты анализов и комментарии медиков. Даже если все хорошо, он будет искать у себя ту же или другую болезнь.
Существует несколько видов ипохондрии.
- При невротическом ипохондрическом синдроме человек может осознавать, что его мысли по поводу болезней навязчивы и не имеют обоснований, но не может справиться со страхом самостоятельно.
- При депрессивном ипохондрическом синдроме на фоне подавленного настроения могут возникать реальные физические ощущения, похожие на симптомы болезней, о которых думает человек. Впоследствии у него могут появляться суицидальные мысли.
- При бредовом типе ипохондрии пациенты могут даже не осознавать, что их страхи необъективны. Иногда такие люди проявляют агрессию к врачам, придумывают фантастические сюжеты — например, что кто-то мог заменить их органы или на их организм воздействуют с других планет.
Карина давала нелогичные объяснения своим симптомам. В 14 лет с родинок она переключилась и на другие части тела. Например, считала, что у нее есть огромная опухоль в груди, которая выталкивает вперед одно из ребер. Тогда девочка знала, что у нее сколиоз, то есть нарушение осанки, из-за чего одно ребро и правда может выпирать сильнее. Но это не останавливало поток навязчивых мыслей.
Когда в 15 лет у Карины стала расти грудь и начались месячные, страхов только прибавилось. Девочка думала, что у нее рак матки, она гниет изнутри, а растущая грудь — две опухоли. «Иногда доходило до полного бреда. Я пошла на кухню, нарезала себе колбасу и съела. Потом снова нарезала, увидела на ней маленькие черные перчинки — специи».
«Мне казалось, что это раковые клетки и я их съела», — делится девушка
Переживания о разных онкозаболеваниях сменяли друг друга примерно раз в пару недель. Главный аргумент, который успокаивал Карину: если бы это был рак, он бы прогрессировал, а симптомы — усиливались.
Некоторые исследователи считают ипохондрическое расстройство частью спектра ОКР. Сейчас в МКБ-11 оно относится к сходным с ОКР расстройствам. Так же как и при этом заболевании, человек с ипохондрией страдает от обсессий, то есть навязчивых идей, мыслей и образов. И пытается справиться с ними с помощью компульсий — определенных ритуалов. Например, хорошие результаты анализов на какое-то время успокаивают человека с ипохондрией, но затем все начинается снова.
Но не все ученые согласны с этим. Они говорят о ключевых различиях между расстройствами. Во-первых, люди с ипохондрией реже сопротивляются тревоге, в то время как люди с ОКР стараются сдерживать себя. Во-вторых, ипохондрию исследователи связывают со сниженным уровнем самосознания у человека: у него больше катастрофических мыслей и физических ощущений. Также ученые отмечают различия в реакции на лечение и считают, что ипохондрия ближе к тревожным и депрессивным расстройствам.
Почему люди начинают патологически переживать из-за здоровья
По словам психиатра Ивана Мартынихина, ипохондрическое расстройство обычно начинается в подростковом возрасте. Пик заболеваемости приходится на 14–16 лет.
Среди причин появления расстройства у подростков исследователи отмечают генетическую предрасположенность и влияние окружения. Мартынихин поясняет: генетическая предрасположенность девочек к тревожным, навязчивым и депрессивным переживаниям впервые начинает реализовываться как раз в подростковом возрасте, на фоне полового созревания. А вот у мальчиков чаще это происходит раньше, еще до подросткового периода.
На развитие заболевания влияют и родители — если у них тоже есть психические расстройства, особенно ипохондрия, но они не получают или избегают лечения. Мама, папа, бабушка могут постоянно водить ребенка по врачам, беспокоиться из-за каждой незначительной проблемы со здоровьем.
«Обычно тревожные мамы сперва приучают ребенка бояться физиологических проявлений своего тела. Потом замечают, что это мешает ребенку учиться и общаться, начинают беспокоиться уже об их психическом здоровье и приводят их к психиатру. Их приходится долго убеждать, что им самим необходимо лечение тревожного расстройства, чтобы облегчить состояние ребенка», — поясняет психиатр.
Если в окружении человека принято говорить о болезнях, делать чекапы и ходить по врачам, это тоже может приводить к повышению уровня тревоги о здоровье, отмечает эксперт. Обследования по показаниям необходимы. Информирование о болезнях позволяет раньше обращаться за помощью. Но люди, склонные к сомнениям и не переносящие неопределенности, начинают сомневаться в своем здоровье даже без показаний — особенно учитывая, как много сейчас медицинской информации и разных методов обследования. Получив отрицательные результаты, человек может им не верить и продолжать поиск болезней.
«Я точно не умру?»
Когда Алина окончила школу и уехала из родного города учиться в университете, у нее появились странные боли в животе. Девушка стала читать в интернете статьи и узнавать о разных диагнозах. Так она начала подозревать у себя рак желудка или кишечника.
Алина обратилась к специалисту в платную клинику. Врач назначил много анализов, они были в норме. Тогда он объяснил, что проблема может быть в питании, и посоветовал соблюдать диету. Алина прислушалась, но боли не проходили.
Девушка стала беспокоиться не только из-за ЖКТ, но и из-за других заболеваний. Триггером могло послужить что угодно. «Я как-то посмотрела сериал про ВИЧ и загналась: а вдруг у меня ВИЧ? Хотя объективных причин заразиться им у меня не было. На следующий день я попросила папу отвезти меня сдать анализ», — рассказывает Алина.
Доходило и до фантастических сюжетов. Девушка мыла руки в кипятке с мылом несколько раз, когда видела где-то кровь, до которой гипотетически могла дотронуться. Алина понимала, что заразиться таким образом чем-либо очень трудно, но логичные объяснения не снижали тревогу.
Со временем Алина стала сдавать все больше анализов, иногда совсем не нужных и без назначений врачей: флюорографию, анализы крови, УЗИ разных органов. Четыре раза Алина делала неприятную процедуру ФГДС, хотя показаний к ней у девушки не было. «Тут происходили качели: страшно, что что-то найдут, и одновременно страшно, что ничего не найдут. Потому что если не найдут, значит, либо не туда смотрят, либо я схожу с ума», — делится Алина.
Все это занимало много времени, отнимало силы и деньги, ведь многие анализы девушка сдавала за свой счет. Позже выяснилось, что не все врачи, у которых была Алина, опирались на доказательную медицину. Они могли советовать пить БАДы, назначать дорогие, ненужные девушке анализы.
Психиатр Мартынихин отмечает, что люди с ипохондрическим расстройством часто не доверяют бесплатной медицине и могут обращаться к некомпетентным специалистам. Некоторые убеждены, что высокая стоимость процедур или анализов гарантирует качество.
«Ты преувеличиваешь»
Людям с ипохондрическим расстройством может быть трудно как держать свою тревогу при себе, так и делиться ею с окружающими. Карина долгое время не решалась рассказывать сверстникам о своих страхах. Ей казалось, что они мало знали о раке и не смогли бы ее поддержать.
Своей проблемой Карина поделилась только с мамой и бабушкой, но не получила от них нужной поддержки. Родственницы обесценивали ее переживания, говорили, что девочка просто хочет привлечь к себе внимание. Мама часто ссорилась с дочкой из-за ее ипохондрии.
В 11 лет у Карины появился отчим, а затем родилась сводная сестра. Девочка чувствовала себя лишней и отстраненной. Родные говорили, что заболеть раком боится каждый. «Мне было сложно объяснить, что я не просто боюсь заболеть — мне кажется, что я уже болею. Вот главное отличие от простого переживания», — объясняет Карина.
Немного отвлечься помогали книги — девочка читала дома у бабушки. Позже она стала писать стихи, в том числе об ипохондрии.
Алине тоже было нелегко поддерживать отношения с близкими. Поделиться страхами было просто не с кем. Знакомые могли сказать Алине «забей, ты преувеличиваешь». Девушка понимала, что таким образом ее хотят успокоить, но это отбивало желание рассказывать что-то еще.
Иногда ее тревога становилась причиной обиды окружающих. «Могла ехать с подругой в автобусе, и, если кто-то рядом кашлянул, я уже гуглю симптомы туберкулеза. Вылетаю из разговора, отключаюсь от реальности», — объясняет Алина.
Девушке помогало общение с друзьями из родного города и с родителями. Алина объяснила им, как лучше реагировать на тревогу: не комментировать, а просто слушать. Она делится:
«Стандартные фразы типа “все нормально” меня загоняли еще больше. Я просила просто быть рядом, не давать советов и не обесценивать»
Психолог Глеб Слобин отмечает, что человек с ипохондрией чувствует себя уязвимым и нуждается в поддержке близких. Самое трудное в этой ситуации — не обесценивать чувства другого. «Варианты “ты сам себе все придумываешь”, “ты манипулируешь”, “на самом деле ничего у тебя не болит” не помогают, а скорее мешают человеку успокоиться», — подчеркивает эксперт.
Лучше всего в такой ситуации предложить варианты помощи — например, посоветовать врача. Можно провести время с близким за каким-то занятием и отвлечь его от тревожных мыслей. Также можно предложить человеку обратиться к психотерапевту и сопроводить его, если так будет комфортнее.
Как лечить ипохондрию
До 17 лет Карина не обращалась за помощью. Когда она поняла, что ипохондрия ей мешает, стала изучать информацию о страхе болезней. Узнала о видах терапии и стала просить маму пойти вместе с ней к специалисту. Сначала мама отвела Карину к знакомому психологу. Ей было важно, чтобы дочери помогли без назначения таблеток. Казалось, что психиатрический диагноз — клеймо. Но беседы с психологом не помогли, и девушка сказала маме, что ей нужен психиатр.
В психдиспансере выяснилось, что у Карины есть сопутствующие расстройства, не связанные напрямую с ипохондрией. Например, пограничное расстройство личности. Девушке выписали курс антидепрессантов, и ипохондрический синдром стал сходить на нет.
Как и все психические расстройства, ипохондрию диагностируют врачи в ходе клинической беседы. Специалист должен разобраться в том, адекватны ли переживания человека о своем здоровье или чрезмерны. Официальный диагноз могут поставить только психиатры, но заподозрить заболевание может врач любой специальности.
Так получилось у Алины. Спустя шесть лет непроходящих спонтанных болей в животе она нашла врача-гастроэнтеролога, который смог поставить диагноз, выслушать девушку и объяснить ей все нюансы. Выяснилось, что у Алины функциональная диспепсия, вызванная тревогой. Гастроэнтеролог посоветовал Алине обратиться к психиатру, и они стали работать над проблемой вместе.
Психиатр тоже поставил диагноз — генерализованное тревожное расстройство и ипохондрическое расстройство. Выписал антидепрессанты, которые Алина пьет до сих пор. Они подобрали препарат, который одновременно снижает боли в желудке и тревожную симптоматику.
«Тревоги стало меньше. Она не исчезла полностью, но тело перестало так остро реагировать. Стало проще жить», — говорит девушка
Слобин добавляет, что при лечении ипохондрии наиболее эффективна совместная работа двух специалистов — психолога и психиатра. Первый помогает клиенту разобраться, как он живет с заболеванием, что дает ему возможность продолжать работать и общаться. Второй в это время лечит ипохондрию, назначает препараты.
Важно, чтобы специалист не поддерживал навязчивые мысли клиента, не давал ответов на вопросы «Я точно не умру?», «Со мной все хорошо?» Задача специалиста — научить человека с ипохондрией обращаться с такими страхами.
Снизить тревогу о здоровье можно попробовать самостоятельно. Слобин предлагает:
- искать и читать меньше информации о болезни;
- переключаться на другие занятия: волонтерство, спорт, экскурсии;
- стараться реже обращать внимание на ощущения — например, легкие покалывания, жар или озноб. В эти моменты стоит переключиться на факты. Например, «я поднялся по лестнице, сердце бьется чаще — это нормально».
После терапии Карине стало гораздо легче, но рецидивы все же случаются, хотя теперь приступы не такие тяжелые. Например, когда девушка видит, что какая-то из ее родинок изменилась, это не вызывает паники. Обычно в таких ситуациях она звонит родителям или друзьям, которые уже знают, как ее успокоить. Особенно девушку поддерживает мама, она приняла проблему и помогает дочери с ней справиться. Если же тревога нарастает и длится несколько недель, Карина знает, что может обратиться к психиатру и снова пропить курс антидепрессантов.
Алина еще проходит лечение. Девушка сократила время на поиск болезней в интернете. В этом плане ей помогли нейросети. В отличие от поисковиков, где часто в первую очередь выскакивают самые страшные диагнозы, чат, с которым общается девушка, дает спокойную и фактически более точную обратную связь.
До обращения к врачу у Алины был ежедневник, в который девушка записывала, каких врачей посетить и какие анализы сдать. Список насчитывал 33 пункта, но сейчас Алина не планирует ему следовать. «С врачом мы договорились, что у меня будет минимальный ежегодный чекап: клинический анализ крови, гинеколог, флюорография. Все остальное — только по показаниям», — поясняет девушка.
Спасибо, что дочитали до конца!
Текст: Евгения Лебедева
Помочь нам