До сих пор ученые считали, что величайшую из женщин — фараонов Египта после смерти подвергли «культурной отмене»: ее статуи разбивали, имя вычеркивали из надписей, обелиски засыпали песком. Цзюнь И Вон из Университета Торонто (Канада) подверг сомнению это утверждение, но и в его гипотезе остаются вопросы.
В 1479-1458 годах до нашей эры Древним Египтом правила Хатшепсут, шестой фараон XVIII династии, начинавшая как регент при малолетнем Тутмосе III, сыне ее мужа и брата Тутмоса II от другой жены. Она показала себя способной правительницей, проведя ряд военных экспедиций в соседние страны и реализовав несколько крупных строительных проектов.
Как показало исследование мумии Хатшепсут, одно из используемых ею косметических средств содержало бензпирен — опасный канцероген, что вызвало появление у нее опухолей. Вероятно, женщина умерла бы от них, если бы при удалении ей больного коренного зуба врачи несколько просчитались, дав гнойному воспалительному процессу быстро распространиться и убить ее раньше рака.
После смерти Хатшепсут к власти пришел Тутмос III, правивший до 1425 года до нашей эры. Американский археолог Герберт Уинлок 100 лет назад руководил раскопками в Дейр-эль-Бахри у Луксора, где был заупокойный храм Хатшепсут. Из-за находок множества разбитых на тысячи фрагментов статуй женщины-фараона Уинлок посчитал, что Тутмос III, придя к власти, повелел начать кампанию по стиранию памяти о предшественнице.
Теперь Цзюнь И Вон опубликовал в журнале Antiquity свой анализ ситуации с Хатшепсут и предложил альтернативное объяснение находкам. На его работу обратил внимание журнал «Вокруг света».
Повторно исследовав полевые заметки экспедиций 1922-1928 годов, включая фото и зарисовки, ученый отметил, что против гипотезы об «отмене» Хатшепсут говорят многие детали ее статуй. В частности, они разбиты в характерных местах: шее, талии, ступнях. Это, с одной стороны, самый простой способ разрушения статуй, с другой — считалось, что такое разрушение лишает статую ее магической силы, десакрализирует. Причем в ряде случаев как раз лицо на статуях не затрагивалось, что трудно совместить с идеей о попытке стереть память о правительнице.
Такое обращение на протяжении египетской истории получало множество статуй самых разных фараонов. Вон предположил, что причина не столько в стирании памяти о них, сколько в поиске новых строительных материалов для очередных храмов и статуй. То, что можно было использовать легко, из разбитых кусков забирали, остальное — своего рода «отходы рециклинга» — и находили позднее археологи. В пользу этой гипотезы Вон трактует и тот факт, что большинство найденных обломков сосредоточено там, где в древности была местная каменоломня.
Новые предположения, бесспорно, представляют научный интерес. Однако вряд ли все египтологи согласятся с ними. Дело в том, что Хатшепсут, начав править как регент при Тутмосе III, через несколько лет отправила его из дворца в храм и провозгласила фараоном себя. Такое событие едва ли могло не произвести глубокого впечатления на подростка, которым он тогда был.
Возврат к самой идее о том, что Тутмос станет наследником, случился лишь через много лет. Причем он вряд ли произошел бы, будь у Хатшепсут собственные дети-наследники. Напомним, после рождения дочери Нефруры она не могла иметь других детей, а та, в свою очередь, скончалась раньше матери.
С другой стороны, сам Тутмос III, то ли из-за подобных обстоятельств своего взросления, то ли по другим причинам отличался непростым характером и склонностью к жестким действиям. Именно его завоевательная активность впервые сделала Египет государством, чьи армии контролировали пространство от современной Сирии до нынешнего Судана (тогда — Нубия), протянувшееся на 3500 километров.