Это была обычная утренняя маршрутка, забитая под завязку. Маршрут №218. Как всегда — от вокзала и до микрорайона, где нет метро, нет нормальных остановок, и людям остаётся только молиться на эти ржавые «Газели» как на последнюю надежду. Уже с первого взгляда было ясно — в ней тесно, жарко и слишком много людей.
Я зашла на второй остановке. Уже пришлось немного потолкаться, чтобы просто встать на ступеньке. Салон был набит: колени в колени, локоть в лицо, один парень вообще как будто ехал на чужом рюкзаке.
Я встала у середины салона, рядом с сиденьем, на котором сидела девушка с огромным пакетом на коленях и ещё одной сумкой на соседнем сиденье.
Стою, держусь за поручень, но толчки и ямы заставляют шататься. Один толчок — и я буквально врезаюсь бедром в её сумку. Она морщит нос, поворачивает голову.
— Вы поаккуратней, — говорит.
— А вы бы сумку убрали, может, тогда было бы легче, — отвечаю.
Она фыркнула:
— Она тяжёлая. Я держу.
— А на сиденье она у вас почему?
— Ну... Некуда поставить. Тут же всё в ногах.
— А вы не видите, что я стою? И что других — ещё пятеро стоит?
— И что?
— То, что одно из сидений занято сумкой, и кто-то из нас мог бы сесть.
Она делает паузу. Смотрит на меня. Потом на остальных.
— Я первой села. Места были. Ваша проблема — что вы опоздали.
Соседний пассажир — парень в наушниках — снимает один наушник:
— Извините, но вообще-то да, сумку лучше бы убрать. Люди стоят, а сиденье пустое.
— А ты чего влез? — рявкает она.
— Да потому что уже полмаршрутки в тебя вжимается, — кто-то сзади добавляет.
— У меня в сумке торт! Мне его куда, на голову повесить?
— Хоть на шею! — кричит бабка у входа. — Я, между прочим, с палочкой стою!
— Охренеть, — говорит девушка. — Все накинулись. А давайте я вообще выйду и вы поедете с тортом на моём месте!
— А давай! — отвечает парень. — Торту хотя бы рот не открыть!
Водитель оглядывается через плечо:
— У меня не психушка! Успокоились все!
— Скажите этой тётке, чтоб сумку убрала!
— А скажите бабке, чтобы не лезла с палкой на полный салон!
— Кто бабка?! — возмущается та. — Я между прочим пенсионер с правом льготы!
— Сумку убери, вот кто ты! — поддаёт мужчина у двери.
Девушка резко встаёт. Убирает сумку себе на ноги, резко, с демонстрацией обиды:
— Удовлетворены?
Я сажусь на освобождённое место. Молча. Говорить не хочется. Пахнет кремом, жарко, тесно. А в голове всё ещё крутится:
«Как вы не видите, что я стою?»
А ведь и правда: не видят. Или делают вид.