Солнце, воздух и вода – наши лучшие друзья! – бодро напевала Маша, выходя из лифта. Но её оптимизм моментально улетучился, как только она увидела возле двери своей квартиры… маму, Галину Петровну, младшую сестру Василису и двух орущих племянников.
Вот это поворот!” – пронеслось в голове у Маши. С семейством она не общалась уже больше двух лет. Даже на свадьбу к ней год назад не приехали. А тут – весь комплект, в полном боевом составе!
Чё вылупилась? – прорычал ласковый голос любимой мамочки. – Дверь открывай, мы тут уже битый час ждём! Детям в туалет надо!
Маша, пребывая в состоянии лёгкого столбняка, продолжала стоять, как вкопанная. “Что им надо? Зачем припёрлись?” – лихорадочно соображала она.
Дверь лифта открылась, и появился Машин муж Кирилл. Уставился на ошарашенную жену, потом перевёл взгляд на незнакомую компанию возле их квартиры. Вопросительно вскинул бровь: “Кто это?”
Василиса, отличавшаяся особой пробивной способностью, решила взять инициативу в свои руки. Это твои родственники, зятёк! – провозгласила она. – Открывай дверь, пока твоя жена тупит! Детям приспичило!
Кирилл молча взял Машу за руку. Он знал про её сложные отношения с семьёй, особенно после того, как “ручной батрак” (то есть Маша) сбежал из родного дома, вырвавшись на свободу. Он тоже был немало удивлён наглостью этих женщин.
Маша, наконец, очнулась от транса. “Что вы хотите?” – спросила она, стараясь сохранять спокойствие.
“Дверь открой!” – рявкнула Галина Петровна, переходя на привычный тон.
“Что вам надо?” – повторила Маша, твердо решив не поддаваться на провокации. – “Говорите здесь. В квартиру не пущу.”
“Как ты смеешь так с матерью разговаривать?! – заорала Галина Петровна, теряя остатки самообладания. – Эта квартира такая же моя! Ты – моя дочь, значит, всё, что у тебя есть, принадлежит и мне!”
“Тётенька, – вежливо поинтересовался Кирилл, решив вступиться за жену, – а вы ничего не попутали?”
“Какая я тебе тётенька?! – взвизгнула Галина Петровна, распаляясь всё больше.
“Ну, не дяденька же, – парировал Кирилл, сохраняя невозмутимый вид. – Вам задали нормальный вопрос: что вам надо? И с каких пор моя квартира стала принадлежать вам?”
“Дверь быстро открыли! – заорала Галина Петровна, игнорируя вопрос. – У нас серьёзное дело! Василиса с детьми будет жить с вами! Она пока без работы, а вы обязаны помогать родне!”
Маша, услышав эти слова, начала смеяться. Сильно, громко, от души.
“Мамуль, – выговорила она сквозь смех, – забирай свою любимую доченьку и внуков и проваливайте отсюда! С какой стати мы должны помогать этой здоровой лошади? Я своё в детстве отпахала, хватит! Больше никто на мне кататься не будет!”
После этих слов начался настоящий хаос. Галина Петровна орала, как резаная, Василиса подвывала ей в унисон, да и дети, почувствовав запах жареного, тоже подняли невообразимый гвалт. Успокоить разъярённых родственниц не представлялось возможным.
“Ну, всё, – вздохнул Кирилл. – Придётся вызывать тяжёлую артиллерию.”
Долго не думая, он достал телефон и набрал 112.
“Здравствуйте, полиция? – спокойно произнёс он. – Тут у нас семейный дебош… Требуется помощь в выдворении незваных гостей…”
Пока Кирилл общался с полицией, Маша достала из сумки телефон и начала снимать происходящее на видео.
“Будет, что вспомнить на пенсии!” – подмигнула она Кириллу.
Приехавшие полицейские быстро разобрались в ситуации. Галину Петровну и Василису с детьми вывели из подъезда под аккомпанемент их возмущённых воплей.
“Ну, что тут скажешь…” – выдохнул Кирилл, когда они с Машей, наконец, зашли в свою квартиру.
“Не то слово!” – согласилась Маша, прижимаясь к мужу. – “Но, знаешь, я даже рада, что это случилось. Наконец-то я поставила точку в этих отношениях. Теперь они точно отстанут!”
Кирилл обнял Машу и поцеловал в макушку. “Ты у меня – молодец! – похвалил он её. – Не дала себя в обиду. Я горжусь тобой!”
Маша улыбнулась. Она знала, что теперь, когда рядом с ней такой надёжный мужчина, как Кирилл, ей ничего не страшно. И никакие родственники-халявщики не смогут нарушить её покой.
Всем самого хорошего дня и отличного настроения