Скажите мне:
- часто ли вы практикуете в себе молчание?
Например: при ситуации, если вас кто-то обидел?
Хочу признаться я часто обижалась и включала кнопку "молчания".
Спросите меня:
- почему я так поступала?
Меня мучала такая эмоция под названием " обида".
Лет семь назад включила в себе такую функцию, как исследователь, прошу не путать со словом следователь.
С тех пор она со мной, то есть мы с ней подружились.
Я профессионально занимаюсь исследованием человеческой Души.
Мы приходим в этот мир каждый со своей задачей воплощения.
Чтобы понять эти задачи, а не просто болтатся на веревке жизни, следует немного разобраться для начала.
На первый взгляд, можете подумать, такая никакая эмоция человека, как молчание.
Конечно у всех найдутся разные аргументы.
У молчания есть свои оттенки, то есть свойственны только ей.
У молчания есть причины /аргументы/.
У молчания порой есть столько слов внутри, что и за год не проговоришь...
Давайте я их вам, дорогие читатели обозначу:
Есть молчание - наказание.
Им изводят, как беспощадной пыткой, которой многие предпочли бы самые жестокие слова, а то и удар.
Оно ложится тяжелейшей плитой на самое хрупкое внутри, создавая мгновенно болезненную опухоль даже несуществующей вины.
Если коротко: преступление и наказание.
Или той вины, что и вправду есть, но о ней не хотят говорить, не хотят выслушать, не хотят совсем сократить время признания и раскаянья, не хотят быстро решиться на прощение.
Хотят...да и сами иногда не знают, чего хотят. То ли торжества собственной обиды, то ли наслаждения чужим стыдом, растерянностью и отчаяньем, то ли той быстрой власти, которую по-другому не получается уцепить.
И чем чаще такое молчание заходит в личные истории, тем неизбежнее эти истории становятся историями разобщения, порабощения и хронических манипуляций и в конечном итоге развод, расставание, отстранение.
Есть молчание-защита.
В него прячутся от слишком большой громкости тех, кто говорит, и говорит очень много, напористо, убедительно.
Но вот только о себе, только о своих желаниях, своих разочарованиях, своих претензиях, своих запросах.
Знаете, такое большое ЭГо.
Прячутся, оставив надежду быть услышанными и понятыми, не претендуя уже на то, что хоть единожды окажутся правыми, и что их желания, разочарования, претензии и запросы тоже важны, и что существует человечный способ найти взаимное решение.
Вообще напрочь отсутствует взаимодействие.
Прячутся от провокаций, от дотошных допросов и выяснений, от обвинений и подозрений, от неуёмного контроля, от раскачивания сильными эмоциями, от отсутствия уважения и хоть малейшей деликатности, умеющей не вторгаться туда, куда без спроса не заходят.
Такое молчание - тоже предвестник сведения к нулю всего того, что позволяет войти в историю.
Но ничего не дало на себе создать, кроме двух одиночных камер на территории одной общей тюрьмы.
И есть молчание-доверие.
К нему приходят в состоявшейся близости, после миллиона разговоров, годами не прекращающегося тонкого узнавания, стремления научиться настолько хорошо слышать того, кто рядом, и настолько принимать его право на разные состояния, что молчание не нависает в воздухе грозовой тучей, а как раз наоборот, разряжает его до гармоничной взаимной свободы быть друг у друга без слов.
И оно не отменяет этих слов, но дарит радость обходиться в нужное время и без них.
ТАКАЯ ТИХАЯ РАДОСТЬ, ПРЕДСТАВЬТЕ, ОДНА НА ДВОИХ.
В молчании, рождённом доверием, много нежности, заботы, осознания того, что близость никого не держит в тисках, не вымогает невозможного в данный момент, не тормошит в тревоге хоть до чего-нибудь не дознаться.
Оно верный маркер того, что история продолжается, расширяет восприятие, обогащает чувства и не превращает живых людей в унылую собственность друг друга.
Вообще, видов молчания значительно больше, но почти все они вырастают из вот этих трёх.
И можно начать исследовать себя не только из анализа того, что и как мы говорим, но и из того, как и о чём мы молчим.
Я помню далекую фразу:
- а давай помолчим, наше молчание скажит за нас!!!