Стал примером для великого Дасаева.
Олимпийского чемпиона Алексея Прудникова часто называют дублером Рината Дасаева. Во многом это так — в «Спартаке» триумфатор Сеула-1988 сыграл немногим более 20 матчей за несколько лет. Свое имя Прудников сделал в «Динамо», где долгие годы был основным голкипером.
Но даже в статусе дублера он смог стать примером для Дасаева.
— Я ведь не умел ногами мяч выбивать. Поздно футболом начал заниматься, не прошел некоторые азы. Потому бросал рукой. Зато это хорошо получалось! И Бесков говорил Дасаеву: «Видишь, как бросает Прудников? Вот так же бросай», — вспоминал Прудников в интервью «Чемпионату».
Обманывал родителей ради футбола и сбегал из военкомата
А ведь Алексей мог и не стать вратарем. Еще в детстве он занимался лыжными гонками. В футбол играл втайне от родителей — боялся, что ему запретят. Из-за больших нагрузок молодой организм сильно уставал, и зачастую Прудников засыпал прямо за столом, когда делал уроки.
Иногда приходилось идти на хитрость. «Раньше же родители должны были подписываться, чтобы тебе выдали спортивную форму. Ну я им и подсовывал футбольный бюллетень. И говорю, мол, не знаю, почему эта бумажка. Перепутали вид спорта — на лыжи форма, не беспокойтесь», — рассказывал Прудников.
Потом родители, конечно, узнали правду. Мама отреагировала с пониманием — даже пошутила: «Так вот почему ты учебу бросил». А отец был очень рад, когда его сына взяли в «Спартак». Прудников-старший всю жизнь болел за красно-синих — не изменил себе, даже когда Алексей стал динамовцем. Правда, на матчах сына отворачивался, когда по его воротам наносили удары.
Сам Прудников еще в «Спартаке» попадал в курьезные истории. Например, он чудом спасся от армии. Хотя за ним приезжал офицер из военкомата на черной «Волге», и футболиста даже успели коротко подстричь. Дело шло к тому, что вратарь будет служить и одновременно играть за ЦСКА — этого он, конечно же, не хотел.
Но помогли призывники, которые приехали в военкомат на медкомиссию. Прудников отвлек внимание офицера и попросил парней закрыть ему обзор. Воспользовавшись моментом, он убежал и срочно стал искать подмогу.
— Звоню Бескову, объясняю ситуацию. Он мне: «Три дня, чтобы я тебя не видел. Спрячься у друзей». Еще год в «Спартаке» отыграл. Но после все же перебрался в «Динамо». Чтобы не забрали в ЦСКА или СКА, — вспоминал Прудников.
Отбивал пенальти от самого Паненки
В «Динамо» Алексей был звездой. Особенно ценилось его умение брать пенальти. Забить Прудникову с точки мечтали многие, но удавалось единицам. «Пришел в «Динамо» — сразу турнир. 0:0 сыграли с Минском, и я взял четыре послематчевых пенальти», — рассказывал вратарь «Спорт-Экспрессу».
Секрет успешного отражения ударов с точки Алексей подсмотрел у иностранца — «какого-то вратаря из ГДР». Тот писал, что многое зависит от разбега перед ударом. Главное — присмотреться к бьющему игроку. Прудников успешно усвоил урок — ему даже удалось отбить удар самого Антонина Паненки!
— Полуфинал Кубка Кубков с «Рапидом», мы ведем 1:0. Чешский судья нас душит изо всех сил, просто убивает. Назначает пенальти — и Паненка бьет не черпачком по центру, а сильно в угол. Я беру! В один угол качнулся, в другой прыгнул. Но стоял до последнего — если б он задумал по центру бить, — признался вратарь.
Паненка был настолько потрясен голкипером, что запомнил его на всю жизнь. «Годы спустя оказался в Чехии с ним за одним столом. Сашка Бокий спрашивает: «Тони, знаешь, с кем сидишь? Это тот кипер, который взял от тебя пенальти». Паненка всмотрелся — вспомнил! А пенальти был один из важнейших в его жизни», — вспоминал Прудников.
На победной Олимпиаде давал установки Бышовцу
Из «Динамо» вратаря вызвали в олимпийскую сборную СССР. Формально Прудников считается победителем Сеула-1988, но на поле он ни разу не вышел. В той команде первым номером был Дмитрий Харин, и конкуренцию у него Алексей не смог выиграть.
Лишь дважды он мог выйти на поле. В заключительной игре группового этапа с США советскую команду устраивала и ничья, однако тренеры решили заменить Игоря Добровольского и Алексея Михайличенко — важнейшие игроки повисли на карточках. В финале Прудников готовился стать джокером в серии пенальти, однако до нее не дошло — Юрий Савичев все решил в дополнительное время.
Голкипер, который к тому времени стал игроком московского «Торпедо», ездил в Корею больше как помощник Анатолия Бышовца. Часто тренер вызывал вратаря и спрашивал о том или ином сопернике — Прудников знал всех, поскольку играл на предолимпийском турнире. Из-за этого случались казусы.
— Я ему обо всем подробно докладывал. Установка на игру: Бышовец слово в слово повторяет мои слова! Выдавая за свои. Даже интонации похожи! Мы с Бородюком, с которым жили в одном номере, сидим, хохочем… Борода смеется: «Чего он тебя копирует-то?» Было неловко, конечно.
Перед финалом оба советских вратаря тренировались «по бразильской системе» — как в «Ералаше». Харин и Прудников стояли по разным сторонам бассейна, а позади их было стекло. Пропускать опасно — можно влететь в копеечку или даже пораниться. Но голкиперы стояли надежно — отбили все удары.
Прудников, кстати, не сторонник мнения, что вратари играют, а не стоят: «Эта формулировка — чушь. Бесков как говорил? «В воротах стоит Дасаев» — и ни у кого нет вопросов. А сегодня они все вдруг «играть» начали!» Кто-то из вратарей при мне осмелился сказать вполголоса: «Я играю…» — так донесся зловещий голос кого-то из ветеранов: «Сейчас наиграешь».
В Югославии разговаривал с солдатами и потерял имущество
В 1990 году Прудников перебрался в Югославию, где играл за «Вележ» и «Сараево». Позже он признавался, что карьера получилась не самой идеальной — страну раздирала гражданская война. Доставалось даже футболистам.
— Саша Метлицкий тогда играл за «Осиек», в Вуковаре. Где уже вовсю воевали. Я спрашиваю: «Как там у тебя дела?» — «Ну вот, две бомбы вчера упали в паре метров от дома…» Разумеется, говорю: «Все, Санек, забирай вещи и утекай».
После трех месяцев в Сараево Прудников сам решил вернуться на родину. Не обошлось без приключений: в поезде до Белграда его застали солдаты. Вратаря спасла узнаваемость.
— Один солдат спрашивает: «Ты кто?» — «Футболист». А другой: «О, Алия!» Это в «Вележе» меня так прозвали — в честь Алии Изетбеговича, первого президента Боснии. Поболтал с солдатами о футболе, и они ушли. Попутчицы были потрясены. Смотрели на меня с изумлением: «Что за парень?».
Но Югославия все равно негативно повлияла на Прудникова — по крайней мере, в имущественном плане. Из-за войны вратарь потерял дом, машину и все заработанные деньги. Сбережения в советском банке сгорели с началом реформ. Был вариант заработать на переходе Олега Романцева в «Депортиво» — тому предлагали хороший контракт, а Прудников мог получить 14 тысяч долларов как посредник. Но сделка сорвалась из-за советских чиновников, которые не пустили Романцева в Испанию.
Сын тоже был вратарем, а потом стал агентом
Алексей Прудников не сумел построить самостоятельную тренерскую карьеру. Впрочем, он и не гнался за ней: «Я знал, что могу быть хорошим тренером вратарей. И агентом. Потому что умею оценивать футболистов, подмечать их сильные и слабые места. Понаставить фишки на поле любой может — и не добиться никакого результата».
После завершения игровой карьеры Прудников прославился как агент. При его участии в Россию приехали Элвер Рахимич и Предраг Ранджелович, ставшие звездами ЦСКА и «Анжи». Более того, он мог провернуть невиданный трансфер — переход Игоря Акинфеева в «Спартак»!
Наводку на будущего долгожителя ЦСКА Прудникову дал его сын Алан — он играл в спортшколе «Динамо». Алексей же был тренером вратарей в «Спартаке» и просматривал молодежь на эту позицию. Посмотрев игру Акинфеева вживую, он остался в восторге.
— Он был таким же, как сейчас. Хладнокровный, грамотно выбирал позицию, ногой выбивал мяч метров на 70 — хоть правой, хоть левой. Я не собирался морочить ему голову, уводить тайком. Сначала подошел к Дулыку, директору армейской школы, честно сказал: «Если ваш клуб в парне не заинтересован, в «Спартак» отведу». На следующий день ЦСКА подписал с Акинфеевым первый контракт, — рассказывал Прудников.
Сын Алан, кстати, тоже стал агентом. При его участии «Уфа» продала Александра Зинченко в «Манчестер Сити». В годы карьеры Прудников-младший был вратарем, как и отец, но слишком частые травмы не позволили выйти на высокий уровень: «Он ломал все — челюсть, ребра, ноги. Плюс кресты, мениск… В какой-то момент я не выдержал: «Алан, завязывай. Футбол — это не твое». В 24 года закончил».