Найти в Дзене
Дневники Нелли

Семь невест депутата Иванова

- Знаешь, Викча снова женился, - как бы между прочим, вставила Наташа. Между прочим, креветками, белым сухим и нашим разговором о ценах и куда все катится. Мы сидим с ней в прекрасном месте, с видом на Исакий и облака. И вкое выползло солнце, редкое в это лето. Питер конечно вообще не про солнце, но лето 25 года решило окончательно всех намочить. Дождь, дождик и дождина и все это на ежедневной основе. - Какая неожиданная радость! И в который раз уже? - спрашиваю я. - В третий. Бог троицу любит, - Наташа кисло улыбается и выливает остатки вина мне в бокал. - Мне хватит, - пытаюсь возражать я, - Мы ж уже бутылку выдули целую! - Пожалуйста повторите! - она зовёт официанта, а меня слушать и не собирается. Наташа достает из сумочки маленькое зеркало и помаду и подкрашивает губы. Она все ещё красива. Белоснежная кожа контрастирует с длинными волосами цвета воронова крыла, на солнечном свете в волосах играет синий перелив. На высоких скулах нежный румянец и удивительные глаза цвета изу

- Знаешь, Викча снова женился, - как бы между прочим, вставила Наташа.

Между прочим, креветками, белым сухим и нашим разговором о ценах и куда все катится. Мы сидим с ней в прекрасном месте, с видом на Исакий и облака. И вкое выползло солнце, редкое в это лето. Питер конечно вообще не про солнце, но лето 25 года решило окончательно всех намочить. Дождь, дождик и дождина и все это на ежедневной основе.

- Какая неожиданная радость! И в который раз уже? - спрашиваю я.

- В третий. Бог троицу любит, - Наташа кисло улыбается и выливает остатки вина мне в бокал.

- Мне хватит, - пытаюсь возражать я, - Мы ж уже бутылку выдули целую!

- Пожалуйста повторите! - она зовёт официанта, а меня слушать и не собирается.

Наташа достает из сумочки маленькое зеркало и помаду и подкрашивает губы. Она все ещё красива. Белоснежная кожа контрастирует с длинными волосами цвета воронова крыла, на солнечном свете в волосах играет синий перелив. На высоких скулах нежный румянец и удивительные глаза цвета изумруда, когда Наташа смеётся изумруд сверкает золотыми лучиками, когда недовольна изумруд темнеет и мутнеет, поднимается буря. Она закончила Академию русского балета, у неё удивительная осанка и грация. Гордая, прямая спина, стремительный шаг, решительность. Здравствуйте, я балерина! Она не может быть незамеченой абсолютно нигде. Она не может не иметь любви, и поклонников. Она не может быть в этом несчастна. Ну это же аксиома. Почему же все наоборот?

- Слушай, я думала что у вас все замечательно теперь, и вы вроде как вместе.

- Вроде как. Да. Вроде как почти тридцать лет. Задолбало. Знаешь ведь анекдот про несколько раз женат, а любовница одна и таже? Так вот это жизнь! Смотри, Нелли, как это происходит вот прям сейчас, со мной, капец просто. Просто какой-то не проходящий капец.

Наташа пристально смотрит на меня, смотрит с вопросом, как будто я вот прямо сейчас скажу ей что делать, как быть. И она так и сделает и все станет замечательно.

- А ты никогда не думала бросить его к чертям собачьим?

- Сто раз думала и даже пыталась, да только ничего не получилось. Не могу я без него.

- Все ты можешь!

- Неа, - Наташа вдруг улыбается, - Он такой красивый!

- Он? Красивый? Подруга, да ты не в себе.

- По телевизору что ли видела?

- Ну а где ещё? Депутат Иванов встречается с рабочими завода, депутат Иванов помогает бабушкам. Наташ, он и сам дед! У него ни одной волосинки на голове не осталось, ни одной! И пузо притом! Лысый, пузатый и старый! Наташа, а может он просто тебя приворожил?

- Нелька, Нелька, мне кажется ты меня не понимаешь. И я сама себя не понимаю и все это сложно. И надо покурить. Пойдёшь?

-Нет, иди, я позже.

Лёгкий хмель распластал меня в уюте кресла. Я смотрю на собор, на пушистые шапки облаков, на залитую солнцем площадь, на суетящихся туристов, что во множестве сегодня здесь и рады хорошей погоде.

Я помню, как много лет назад, в такой же солнечный день мы с друзьями собрались у родителей Викчи на даче обмыть их с Наташей помолвку. Заявление было подано, кольца куплены, молодые влюблены и счастливы. Шашлык был пальчики оближешь, шампанское лилось рекой, а Викчин папа ещё угощал всех своими наливками.

Курить молодёжь бегала по очереди в дальнюю соседскую беседку, в те времена при родителях никто не курил.

- Курить вредно, особенно таким мелким, - хохотнул Витя, поднося зажигалку к моему носу.

- Торжественно обещаю бросить товарищ комсорг, - подыграла я.

- А я запомню и проверю, - Викча, подсел ко мне вплотную. - Хороший вечер, правда?

- Ага, и родители у тебя супер. И с Наташей вы просто пара, как в кино.

- Знаешь, не знаю, как сказать. Сомнения у меня. Еду по городу, смотрю, столько девушек и вопросы в голове, а почему не с этой или с этой? Наташку я люблю, но только что, теперь только она одна? - он положил голову мне на плечо, - А, Нель? Скажи что думаешь, ты же умная.

- Я думаю, что ты просто выпил лишнего и ерунду сейчас говоришь.

- А если нет? - рука Викчи оказалась на моем колене и решительно двинулась вверх.

- Что ты делаешь? - я вскочила как ошпареная.

- А что, Нелли - недотрога, думаешь не заметил, что нравлюсь, что смотришь. Что строишь из себя?

- Витя, ты офигел, когда это я на тебя смотрела?

- Всегда, не ври! Да только у тебя никогда не было и нет никаких шансов. Ты мелкая и белобрысая! Ты абсолютно ни в моем вкусе!

- Знаешь, что, давай считать, что ты просто пьян и что ничего этого не было.

Я ничего не сказала Наташе. И не погуляла на этой свадьбе. Её не было. Молодые ссорились несколько раз и несколько раз забирали заявление. Наташа рвала на мелкие куски приготовленную фату, потом покупала новую, выкидывала с балкона свадебное платье, а он ловил, прижимал его к груди и даже пел ей под этим балконом и даже под гитару и один и с друзьями.

Ну а потом женился конечно на другой.

А с Наташей начал встречаться по выходным.

Сколько раз, обливая телефонную трубку слезами, она спрашивала меня, - Нелли, он изменится когда нибудь? Ну чем я хуже других баб?

- Ты не хуже и он не изменится, просто прими это и живи дальше.

- Нелли ты не понимаешь, моё сердце просто не выдерживает, оно просто лопнет однажды, - рыдала в трубку она.

Все выжили. И сердце не лопнуло.

Надо было устраиваться, зарабатывать, где-то жить, что то есть. Время было не из лёгких. Наташа ушла из театра, набрала детские группы, крутилась между ними как могла. Вывозила детей на конкурсы зарубеж, оттуда, кроме грамот перла баулы с колготками и прочим дефицитом. Витя устроился лучше, красиво и с песнями шёл по комсомольской линии, а когда линия приказала долго жить перешёл на сторону разных движений и осел в столице уже народным избранником.

- Нель, представляешь, летим из Рима в Милан, опаздываем на рейс, несемся, как сумашедшие, Викча отстаёт конечно, я ору - поднажми, а он ржёт ещё, хоть и задыхается весь, говорит, успеем - будем жениться!!

- И ты выйдешь за него?

- Конечно выйду!

Уже лет пять прошло, а может больше, я не считала.

- Пойдём пройдёмся, там так тепло стало и ветер прекратился, - вернулась Наташа.

- Пойдём. А то мне уже плед принесли, ещё немного и я усну. Напоила меня.

Мы идём по Казанской, уже зажгли фонари, уютно.

- Наташ, неужели ты так любишь его?

- Не знаю. Он давно родной.

Она поправила волосы и улыбнулась.

- Хочу, чтобы он ещё раз позвал меня замуж.

- А ты согласилась бы?

- Нет.... Я бы отказала.

Мы молча добрели до Сенной, каждая в своих мыслях.

Как же хочется лета. Вернее просто тепла.

Настоящего.

В прогнозе дожди....