Они сидели рядом в прозрачной кабине корабля — ты и я.
Корабль был совсем крошечный, как семечко, затерянное в чёрном меду космоса.
Впереди — край Вселенной. Сзади — то, что мы больше не хотели помнить.
В детстве мы делали бумажные самолётики и бросали их в небо, надеясь, что они улетят «туда, где всё понятно».
Но самолётики падали на асфальт, а мы росли.
Теперь у нас свой корабль.
Мы сели в него без вещей. Только мысли и щепотка надежды.
Ты спишь, свернувшись клубком в кресле.
Ты видишь сны о том, что за краем Вселенной есть новая улица с золотыми деревьями, где никто не знает слово «страх».
Я не сплю.
Я смотрю в иллюминатор, где мерцают звёзды.
Они такие же беспокойные, как и мы.
На борту нет капитана.
Мы договорились, что будем пилотировать по очереди.
Потому что на краю Вселенной нельзя спешить — там всё складывается из наших «да» и «нет».
А знаешь, что говорят старые космические легенды?
Что за краем Вселенной нет конца.
Есть только зеркало. Оно показывает нам нас — такими, какими мы боялись стать.
Теми, кто не смог улететь.
Но если ты в это окно посмотришь с верой — в отражении вдруг откроется проход.
И ты увидишь: дальше — не край, а сад, который растёт из твоего сердца.
Ты просыпаешься.
Смотришь на меня.
Говоришь:
— Ты боишься?
Я улыбаюсь.
— Нет. Мы ведь улетаем вместе.
И наш корабль, маленький и хрупкий,
плывёт дальше — сквозь чёрное, серебряное, бесконечное.
На край Вселенной.
Где бы он ни был.
