Армия Судана обвинила ливийского лидера Халифу Хафтара, контролирующего большую часть страны, в нападении на территорию Судана совместно с Силами быстрого развёртывания (СБР). Армейская пресс-служба заявила, что батальон Хафтара «Субул аль-Салам» провели совместную атаку с отрядами СБР в отдалённом районе Джебель-Увейнат, где сходятся границы Судана, Ливии и Египта. Суданская армия пообещала «защищать страну и её национальный суверенитет», назвав столкновение на границе «частью более масштабного заговора, поддерживаемого извне».
Хафтар с начала гражданской войны в Судане оказывает помощь СБР, поставляя им вооружения, боеприпасы и горючее – по утверждениям суданских экспертов, в обмен на золото и, возможно, продовольствие. Под «более масштабным заговором, поддерживаемым извне» правительство генерала Абдель Фаттаха аль-Бурхана явно имеет в виду помощь СБР со стороны ОАЭ, которые, согласно утверждениям правительства аль-Бурхана, эксплуатируют богатые месторождения суданского золота на территориях, контролируемых СБР.
«Граница Судана с Ливией долгое время служила основным коридором для оружия и наёмников, поддерживающих террористические формирования, финансируемые ОАЭ и координируемые силами Хафтара и связанными с ним террористическими группировками», - говорится в заявлении армии.
Тем временем основным театром военных действий становится регион Кордофан, в котором добывается большая часть суданской нефти. В районах крупнейших нефтяных месторождений Хеглиг, Абу-Джабра и Балила разворачиваются бои между СБР и армией, причём обе стороны активно используют БПЛА. В Кордофане, в отличие от долины Нила, где наступает армия, СБР оттесняет её к столице региона Эль-Обейд, пытаясь взять его в окружение.
Командующий СБР Мохамед Хамдан Дагло (Хемедти) на днях заявил, что недавно сформированное подразделение суданской армии, известное как «Силы Аль-Сайяда», вооружено запрещённым химическим оружием, не представив, впрочем, доказательств в поддержку этого серьёзного обвинения.
Лидер СБР также объявил о прекращении любых переговоров о мире и подтвердил намерение своих сил продвигаться к Порт-Судану, нынешней фактической столице Судана. Тут следует учитывать, что Порт-Судан расположен на берегу Красного моря, а СБР действует в Западном Судане в сотнях километров от него, и приблизиться к нему, не разгромив основные силы суданской армии, и не взяв столицу страны Хартум, не сможет.
Кроме того, Хемедти вновь заявил, что генерал аль-Бурхан пользуется поддержкой радикальных исламистов; эксперты полагают, что это призвано вызвать сочувствие стран Запада и образованных светских суданцев, в настоящее время поддерживающих аль-Бурхана. СБР, наследница арабского племенного ополчения «Джанджавид» (Бессмертные джинны), у светских суданцев ассоциируется с чудовищными этническими чистками чернокожего населения провинции Дарфур, которое «джинны» истребляли и изгоняли со своих земель. Теперь Хемедти пытается позиционировать себя как сторонника светского, демократического Судана, где равны и защищены все расы и религиозные сообщества. Но добиться признания себя в этой роли ему будет крайне трудно, учитывая, что сам он начинал свою карьеру в рядах «Джанджавид», а СБР уже в ходе нынешнего конфликта обвиняются в совершении военных преступлений.
В Кордофане воюют не только армия и СБР: местные повстанцы из Народно-освободительного движения Судана - Север (НОДС-С), представляющие чернокожее население, сражаются против армии. Такова суданская реальность: в союзе с СБР, известных своим нетерпимым отношением к чернокожим народам, выступает несколько вооружённых группировок, представляющих эти народы.
Гражданская война в Судане началась как борьба между двумя группировками, но ситуация усложняется по мере того, как в войну втягиваются новые вооружённые группировки, повстанцы, а также племенные и региональные ополчения.
От СБР откололось несколько группировок, частью перешедших на сторону армии, частью пытающиеся взять под контроль территории отдельных племён и сообществ. В районах центрального Судана, Хартуме, Дарфуре и Кордофане появились отряды самообороны. Они были сформированы для защиты жителей, и действуют без контроля со стороны армии и СБР.
Упомянутое выше НОДС-С расширила свою деятельность в Кордофане и распространяется на штат Голубой Нил. Оно объединилось с СБР, но борется за большую автономию своих районов.
Также появились связанные с исламистами вооружённые формирования, в частности бригада «Эль Бараа Ибн Малик», которая теперь является важным союзником армии. В СБР утверждают, что эти бойцы являются остатками исламистского режима Омара аль-Башира, свергнутого в результате переворота в 2019 г. Формально на стороне армии воюет и другая исламистская группировка, «Суданские народные силы сопротивления». Сильнейшей исламистской группировкой являются т.н. Силы суданского щита под руководством Абу Аклы Кейкеля. Всего против СБР воюет около 20 различных исламистских группировок, формально поддерживающих аль-Бурхана. Однако на деле они устанавливают собственные режимы на занятых территориях, и выступают не за светское государство, подобно генералу аль-Бурхану, а за установление радикального исламистского режима.
Суданский политолог Саад считает, что, если не остановить рост числа вооружённых группировок, они могут разрастись и создать территории, где местные командиры будут обладать неограниченной властью. Это подорвёт возможность установления централизованного управления в Судане.
«У этих группировок нет единой цели, - написал Саад. - Одни ведут самооборону, другие сражаются за политическую власть. Третьи - за доходы и богатство. Другие стремятся к этническому контролю - в Судане насчитывается 56 этнических и 595 субэтнических групп. Именно это делает войну в Судане ещё более опасной: раздробленность порождает множество мини-войн в рамках более масштабного конфликта».
Вся эта кровавая мешанина делает невозможным установление мира в Судане, и всё более сомнительным – сохранение единства страны. Местные группировки усиливаются, укрепляя свою власть в занятых районах, и превращают их в квази-государства с собственной экономикой и системой социальных отношений. Обладая немалыми ресурсами (нефть, золото, скот и продовольствие), они налаживают связи с внешними интересантами, и справиться с ними либо принудить к переговорам становится всё труднее.
Всё более вероятным становится сценарий распада Судана – либо фактического, либо даже юридического – подобно тому, как в 2011 г. Южный Судан отделился от собственно Судана. Следует учитывать, то, получив независимость, Южный Судан превратился в несостоявшееся государство, что в такой же степени угрожает и Судану, если процесс его распада и фрагментации не удастся остановить.
Читайте новости на телеграм-канале "Патагонский казакъ" https://t.me/patagonez