Пока отец считает, что главное — работать и быть мужиком в доме, семья незаметно отдаляется, а дети учатся винить себя за его равнодушие, отчуждение и холод в семье.
Максим толкнул дверь квартиры и сразу попал в привычный вечерний хаос. На маленькой кухне площадью шесть квадратов Света одновременно помешивала что-то в сковороде, держа в другой руке кусок желтого пластилина, пытаясь помочь семилетней Лизе слепить какую-то фигурку для завтрашнего урока труда. Одиннадцатилетний Артем сидел за обеденным столом с раскрытой тетрадкой по математике, периодически хныкая и зовя маму.
— Мам, я не понимаю эту задачу! — ныл сын, тыча карандашом в учебник.
— Сейчас, Артемка, только Лизе доделаю поделку.
Стол был завален как всегда — тетради, ручки, пластилин, крошки от завтрака, счета за коммунальные услуги. На холодильнике висели детские рисунки, прикрепленные магнитиками, и списки покупок, написанные Светиным почерком. В углу у двери стоял пакет с грязной спортивной формой после вчерашней физкультуры.
Он прошел к холодильнику, достал бутылку пива, открыл. Сделал глоток и посмотрел на весь этот беспорядок — детские учебники, размазанный по столу пластилин, капли от сковороды на плите.
— Света, может порядок наведешь? Как в ремонтной мастерской тут.
Жена подняла на него усталые глаза. Она все еще была в рабочей форме кассира — белая блузка и черные брюки, к вечеру уже помятые.
— Макс, помоги лучше. Лиза поделку доделать не может, а у Артема с задачей проблемы.
— Я весь день вкалывал. Вечером хочется отдохнуть. Главное же — мужик в доме есть, семья под защитой.
— Под защитой от кого? От домашних заданий?
Он не ответил. Прошел в гостиную, плюхнулся на свое привычное место — левый край дивана, уже основательно продавленный от многолетнего использования. Включил телевизор, взял с журнального столика пульт. На столике лежали еще две пустые бутылки из-под пива и свежий номер газеты "Авто-новости". В углу комнаты был детский уголок — коврик с разбросанными игрушками, в которые уже давно никто не играл.
Света осталась одна разбираться с ужином, поделкой и домашним заданием. Как всегда.
На следующий день, придя с работы, он услышал телефонный разговор жены. Света стояла на кухне, прижав трубку к уху, и говорила с явным смущением.
— Тамара Петровна, большое спасибо! Да, у меня смена до девяти, а Максим сказал, что у него планы... Конечно, я понимаю, что дети не маленькие, но все-таки одиннадцать и семь лет... Да, я очень благодарна...
Он прошел на кухню, повесил куртку на спинку стула. Света уже положила трубку и смотрела на него с каким-то странным выражением.
— Что за планы? — спросила она тихо.
— С Вовой и Сережей договорились в гараж. Пятница же. Неделя тяжелая была, хочется расслабиться.
— А дети?
— Сами дойдут. Уже большие. Артем одиннадцать, он за Лизкой присмотрит.
— Максим, им же только по одиннадцать и семь лет.
— Ну и что? В наше время мы с восьми лет сами по улицам бегали.
Света сжала губы и промолчала. Он видел, что она хочет что-то сказать, но сдерживается.
— Я попросила Тамару Петровну встретить их у школы, — тихо произнесла она.
— Вот и хорошо. Проблема решена.
В субботу днем Максим с удовольствием устроился перед телевизором. Шел футбол, его любимая команда играла с главными конкурентами за чемпионство. На журнальном столике стояла открытая бутылка пива, лежала тарелка с бутербродами, которые Света молча приготовила и поставила рядом.
Артем подошел минут через двадцать после начала матча, потоптался рядом с диваном. Мальчик был одет в спортивные штаны и футболку, в руках держал футбольный мяч.
— Пап, пойдем во двор поиграем? Хочу научиться правильно бить по воротам.
— Сейчас тайм интересный. Смотри, какая игра! Потом поиграем.
— А когда потом?
— Ну вечером, может быть. После матча.
— А вечером уже темно будет. И холодно.
— Тогда завтра. В воскресенье с утра пойдем.
Артем опустил плечи и медленно ушел к себе в комнату, волоча мяч по полу. Максим краем глаза заметил, как сын поник, как разочарованно он опустил голову.
Завтра обязательно пойдем, — мелькнула мысль. Или в следующие выходные.
В воскресенье, пока семья была на дне рождения одноклассника Артема, Максим наслаждался тишиной и покоем. Света просила его пойти с ними, но он отказался — ему было неинтересно слушать детский визг и есть торт с мишками.
Часа через два решил найти зарядку для телефона — батарея села. Порылся в гостиной возле телевизора, под диваном, на полках — не нашел. Пошел в детскую — может быть, дети взяли поиграть в какие-то игры.
Детская комната была небольшая — две кровати, письменный стол у окна, заваленный учебниками и тетрадями. На стене висел плакат с футболистами, который Артем выпросил на день рождения. На полке стояли книги, игрушки, которыми уже почти не играли.
На Артемовом столе, рядом с учебниками, лежала открытая тетрадь в клеточку. Максим машинально взглянул — вверху было написано "Сочинение. Мой папа".
Любопытно, — подумал он и присел на край кровати, взяв тетрадь в руки.
"Мой папа работает механиком в автосервисе. Он чинит машины и очень устает на работе. Мама говорит, что он нас любит, но показать не умеет, потому что не привык. Папа приносит домой деньги, и мы можем покупать еду и одежду. Я бы хотел, чтобы папа научил меня чинить велосипед, потому что у меня сломалась цепь, но он всегда занят или устает. Еще я хотел бы, чтобы мы играли в футбол во дворе, как другие папы с детьми. Но папа любит смотреть футбол по телевизору. Наверное, когда я вырасту, я буду другим папой. Я буду играть со своими детьми и помогать им с уроками."
Максим закрыл тетрадь и положил ее обратно на стол. Фраза "Я буду другим папой" засела в голове, как заноза под кожей.
Другим папой. Что это должно означать? Что в нем, в Максиме, что-то не так?
Когда семья вернулась с праздника около семи вечера, дети были возбужденные и веселые. Лиза тараторила что-то про клоуна, который показывал фокусы, Артем рассказывал про игры, в которые они играли.
— Пап, а ты умеешь фокусы? — спросила Лиза, залезая к нему на колени, пока он сидел на диване.
— Нет, дочка.
— А на гитаре играть? Мишин папа играл песни, и все пели!
— Тоже нет.
— А танцевать? Вовин папа танцевал с Вовой и со всеми детьми!
— Не умею.
— А что ты умеешь? — спросил Артем, стоя рядом с диваном.
Максим задумался. Слова из сочинения всплыли в памяти — "Папа чинит машины".
— Машины чинить умею. Это моя работа.
— А нашу машину чинить не надо, — заметил Артем.
— Если сломается, тогда почину.
— А если не сломается?
— Ну... тогда не надо будет чинить.
Повисла неловкая пауза. Света суетилась на кухне, убирала посуду после ужина. Дети переглянулись каким-то странным взглядом.
— Мишин папа показывал, как делать фигурки из шариков, — тихо сказал Артем.
— А Вовин папа знает много смешных историй, — добавила Лиза.
— А Сашин папа умеет делать бумажные самолетики, которые далеко летают.
В понедельник вечером, около семи, Максим возвращался из ванной и проходил мимо детской комнаты. Дверь была неплотно прикрыта, и оттуда доносились тихие детские голоса. Он уже собирался пройти мимо, но что-то заставило его остановиться.
Он замер у стены, прислушиваясь.
— Лиз, а как думаешь, наш папа нас любит? — это был голос Артема.
— Не знаю. Он же с нами не играет никогда. И не разговаривает особо.
— Ну он же деньги зарабатывает для нас. Мама говорила.
— А Настин папа тоже зарабатывает деньги, но еще и книжки ей читает перед сном. И в парк с ней ходит каждые выходные.
— Да, я помню. А помнишь, мама говорила Тамаре Петровне на кухне, что наш папа как сосед у нас живет?
— Да, слышала. А что это значит?
— Я думаю, это значит, что он как чужой человек. Живет с нами в одной квартире, но как будто не наш.
— А я хочу, чтобы он был наш. Настоящий папа.
— И я хочу. Но он не хочет быть настоящим папой.
— Может, мы ему неинтересные? Или скучные?
— Или плохие. Может, если бы мы были лучше, он бы с нами время проводил. Как другие папы.
— Я буду очень хорошей, может, тогда папа меня заметит. Буду убираться, не буду капризничать...
— И я буду хорошо учиться. Может, тогда он захочет помочь мне с уроками.
Максим стоял у стены, и ему казалось, что пол уходит из-под ног. Слова из сочинения смешались с тем, что он только что услышал. "Я буду другим папой" и "Я буду очень хорошей, может, тогда папа меня заметит".
Дети думали, что они плохие. Что из-за этого папа их не замечает.
Дети думали, что если они станут лучше, то он, наконец, обратит на них внимание.
А он даже не подозревал. Он думал, что все в порядке — дом есть, еда есть, одежда есть. Разве не этого достаточно?
"Как сосед живет." "Чужой."
А он-то думал, что он хороший отец, потому что деньги приносит, дом обеспечивает, семья накормлена и одета.
"Главное — мужик в доме есть."
Только дети его не считают своим. Для них он чужой человек, который просто живет в их квартире.
Он вспомнил, как Артем просил поиграть в футбол, а он отмахнулся. Как Лиза плакала из-за поделки, а он даже не поинтересовался. Как на дне рождения сын спрашивал, пойдет ли папа, а он сказал, что ему неинтересно.
Неинтересно. Собственные дети ему неинтересны.
Утром во вторник Максим проснулся раньше будильника — в половине шестого. Не мог больше лежать, мысли не давали покоя. Он тихо встал, чтобы не разбудить Свету, и пошел на кухню.
Жена уже была там — собирала детям завтраки в школу. Термос с чаем для Артема, бутерброды в контейнере для Лизы, яблоки, печенье. Все аккуратно упаковано, подписано.
Она была в халате, волосы растрепанные, но уже полностью проснувшаяся. Наверное, встала еще раньше, чтобы все успеть.
— Во сколько у Артема тренировка по футболу? — спросил он.
Света подняла на него удивленные глаза.
— В четыре дня. А что?
— Заберу его с работы пораньше. Отвезу сам.
— Серьезно? — В ее голосе было недоверие.
— Да. И с Лизой в субботу в парк схожу. Давно обещал.
Света долго смотрела на него, как будто пыталась понять, не разыгрывает ли он ее.
— Макс, а что случилось?
— Ничего не случилось. Просто... хочу больше времени с детьми проводить.
Он не стал объяснять про подслушанный разговор, про сочинение, про то, что всю ночь не мог заснуть от стыда. Просто взял свою рабочую куртку с крючка и пошел к двери.
— Максим, — окликнула его Света.
Он обернулся.
— Дети будут рады, — тихо сказала она.
Настоящий папа. Надо попробовать стать настоящим. Не знает он, как это делать, но попробовать надо.
Может быть, еще не поздно.
Лучшая награда для автора — ваши лайки и комментарии ❤️📚
Впереди ещё так много замечательных историй, написанных от души! 💫 Не забудьте подписаться 👇