Жительница Брянска и подумать не могла, что умрет в страшных муках, да еще и на глазах у дочери. Когда 31-летен1й Людмиле заплохело она сразу позвонила в "скорую". Сказала, что дело срочное. Ранее были похожие симптомы, вероятней всего аллергического характера, необходим срочный укол. Однако врачи не спешили ехать, а оператор и вовсе забрасывал родственников (которые тоже звонили в скорую) и ее саму лишними вопросами. Все это время в квартире с несчастной была ее малышка дочь. Она видела, что маме плохо, но не могла ничего сделать. Надеялась, что врачи вот-вот прибудут и спасут, но этого не произошло.... Медики приехали слишком поздно.
События развернулись 1 мая, когда 31-летняя Людмила внезапно ощутила острую боль в нижней части живота и вызвала скорую. Однако экстренная служба не торопилась с выездом, что вынудило женщину обратиться к родственникам, проживающим в разных городах.
Состояние Людмилы ухудшалось. Подруга, наблюдавшая за ней по видеосвязи, заметила критическое ухудшение: посиневшее лицо и отечность. Ее попытки донести эту информацию до диспетчеров оказались безрезультатными, а общение с ними вызывало лишь недоумение.
Одновременно с этим мать Людмилы, находящаяся за сотни километров, отчаянно просила диспетчеров о помощи, но безрезультатно. Особенно трагично, что все происходило на глазах у маленькой дочери Людмилы, которая в панике звонила бабушке и тете.
«Вместо немедленного реагирования, диспетчер проявляла цинизм, выдвигала предположения, не задавала существенных вопросов и не собрала анамнез», – заявила сестра погибшей.
В результате скорая прибыла только через три часа, когда уже было слишком поздно. Людмилу доставили в реанимацию, но она почти сразу впала в кому и скончалась утром 2 мая. Семья обратилась в правоохранительные органы, намереваясь добиться справедливости в этой ситуации.
Аналогичный шокирующий случай произошел недавно в Новосибирске, где молодая девушка, страдавшая от заболевания крови, умерла из-за отказа регионального Минздрава в лечении. Несмотря на то, что ей удалось выиграть в суде 50 миллионов рублей у федерального ведомства, это не спасло ей жизнь.