Странно, но прихвостни лорда не пытались больше расправиться с Хоупом и его учениками. Совершенно спокойно они прошли черный лес. Шли в город и днем и ночью практически без отдыха и только один раз попросились на ночлег к болотной кикиморе, которая спряталась от зоркого ока Лорда в гуще старых высоких ветвистых деревьев и вязких болот.
- Ну, привет, Хоуп! – сказала она, когда на пороге ее скромного жилища показалась четверка путников. Хозяйка трясин, густого мха и сырого валежника была весьма недурна собой. Густые светлые волосы были собраны в аккуратный пучок, а зеленое платье, искусно вышитое листьями и цветами, необычайно ей шло. Не понятно, сколько ей было лет, но выглядела она чудесно.
- Привет, Яника! – поздоровался учитель.
- Заходите, путники, - сказала женщина.
Удивительно, но домик Яники было куда просторнее внутри, чем казалось снаружи. Под потолком комнаты висели засушенные травы, грибы и всякие веточки. В доме пахло мятой и цветами. На плече кикиморы сидела летучая мышка и с аппетитом ела яблоко. В печке готовилось мясо. На деревянном столе стояла глиняный кувшин с молоком и несколько тарелок.
- Только не говорите, что вы давно нас ждете? – рассмеялся Янг. – Мы это уже проходили.
- Хорошо, не скажу, - улыбнулась женщина. – Делать мне больше нечего, как ждать тут всяких. Ко мне и так никто не заходит. Уже лет двадцать, - и она с укоризной посмотрела на Хоупа.
- Просто Маруся, - кикимора указала на мышку. – Сообщила мне, что вы поблизости, и я решила вас приютить.
Яника жестом пригласила всех к столу.
- Наш учитель повредил ногу! – сказала Анира. – Может быть, вы смогли бы что-то для него сделать?
- Вот так всегда, - вздохнула женщина. – Если у барышни под потолком всякие травки-муравки, значит, она обязательно всех лечит. Ну, или травит всяких несчастных направо и налево. Ладно… Посмотрю я вашего Хоупа.
Пока дети с аппетитом поглощали мясо с овощами, приготовленное в глиняном горшке, а Лис аккуратно обгладывал куриные косточки, Яника осматривала ногу Хоупа у печи.
- Кто тебя так? – спросила она, нежно ощупав рану.
- Догадайся, - сказал он и спустя несколько мгновений добавил. - Прости, что не заходил.
- Ничего, время сейчас такое. И здесь, ты знаешь, неплохо. Все лучше, чем в городе среди этих шакалов. Вы туда ведь путь держите? – спросила женщина и протянула Хоупу чашку с горячей жидкостью. Запах от нее, надо отметить, шел преотвратительный. – Пей, этот отвар тебе поможет. Не отказывайся.
- Что там? – спросил Хоуп.
- Ты действительно хочешь это знать? – усмехнулась Яника.
- Не-е-е-т…
- Уверен? – переспросила женщина, хитро прищурившись.
- Точно, нет! – утвердительно кивнул Хоуп.
- Так что там с городом?
- Я подготовил ребят к турниру, - кивнул в сторону Аниры и Янга Хоуп, а затем залпом выпил снадобье.
- Вот этих двух? И доходягу Лиса? – рассмеялась Яника. – Ну, ты даешь. Ты в свое время с великолепной подготовкой не справился, а это вообще дети.
- Они действительно хороши, - сказал Хоуп.
- Знаешь что, - начала Яника. - Я дам вам кое-что! Пусть примут перед состязаниями.
- Не думаю, что это им нужно. Они все могут сами. Да и на турнир не допустят с магическим «ароматом» – у слуг Лорда нюх на такие дела. Сама понимаешь.
- Поверь мне, средство верное, - сказала женщина, затем подошла к буфету и достала с верхней полки небольшой пузырек.
- Спасибо, дорогая, но нет, - сказал Хоуп, когда кикимора протянула ему флакончик.
- Ну как хочешь, - равнодушно произнесла она.
Постели путникам Яника устроила на печке – в тесноте, да не в обиде, сама же забралась на чердак и обосновалась на ночлег в душистом стогу сена.
Когда первый солнечный луч проник в жилище кикиморы, она спустилась вниз и скомандовала:
- Подъем!
Путники лениво потянулись – уж больно хорошо им спалось в гостях у Яники.
- Вам надо торопиться, - сказала она. - И раз ты не хочешь моего зелья взять с собой, - обратилась она к Хоупа. – Возможно, вам понадобится это.
Женщина открыла огромный сундук, стоявший практически у входа, и сказала:
- Выбирайте, что вам нужно.
Янг и Анира подошли к сундуку и увидели рыцарские доспехи. А ведь они даже не подумали о том, что им будет нужна форма для состязаний. Их одежда изрядно поистаскалась и выглядела изношено. Она не годилась не то, что для соревнований, но даже для жизни.
- Спасибо тебе, Яника, - сказал Хоуп, когда все четверо вышли из дома, чтобы продолжить свой путь.
- Береги себя, - лицо женщины вдруг потеплело. От самообладания, которое она пыталась сохранить все это время, не осталось и следа. Она несмело поцеловала Хоупа в щеку и скрылась за дверью. – Прощай!
Когда голоса путников стихли, Яника подошла к комоду и выдвинула один из ящиков, на дне которого лежал покрывшийся пылью старый рисунок. На нем были изображены два мальчика и одна смешная светловолосая девочка.
- Папа, а Яника – подруга Хоупа? – спросила Юна. – А кто эти дети на рисунке?
- Ты задаешь слишком много вопросов, моя дорогая, - улыбнулся отец. – Всему свое время. Мы подходим к самому интересному…