Я просто пересыпал соль в банку. На дне лежал металлический жетон с цифрами: 260572 — последние шесть цифр моего паспорта. Пачка была запечатана, куплена в обычном магазине. Потом я нашёл ещё два жетона в других упаковках. На одном — дата смерти моего деда. На другом — день, когда я пошёл в школу. А потом жетон появился сам, без пачки. Я больше не знаю, где он окажется в следующий раз.
Я пересыпал соль, как обычно. Просто пересыпал. Мы с женой всегда покупаем килограммовые пачки обычной поваренной соли, потом досыпаем в стеклянную банку. Она у нас старая, с крышкой на резьбе, стоит возле плиты — всё, как у всех. Ничего необычного.
Я высыпал почти всю. Осталось чуть на дне. Я встряхнул — и там что-то блеснуло. Сначала подумал — кристалл, такие бывают, если свет от окна под углом. Но это не был кристалл. Это был металл.
Я высыпал остатки. Из пачки вывалился маленький жетон. Гладкий, круглый. По размеру — как старые от камеры хранения. И тяжёлый. На нём — цифры. Вбиты. Механически. Не гравировка, не краска. Просто выбиты молоточком, как на заводских табличках с номерами.
Цифры: 2605 72.
И в тот момент у меня внутри всё сжалось. Потому что эти цифры — последние шесть цифр моего паспорта. Один в один. Без пробелов. Без ошибок.
Я сел. Положил жетон на стол. Смотрел. Проверил упаковку — обычная соль, без бренда. Взята в небольшом магазинчике у дома. Маркировка свежая, дата производства — три дня назад. Всё вроде в порядке.
Позвал жену. Показал. Она сначала пожала плечами. Потом замолчала. Сказала:
— Может, совпадение?..
Но сама отвернулась. Потому что совпадения бывают, но не такие.
Я пошёл обратно в магазин. Спокойно, без претензий. Показал жетон продавцу. Он глянул и сказал:
— Мы фасовкой не занимаемся. Нам просто поставляют. Мы не знаем, что там внутри.
Я поискал телефон поставщика — на упаковке ничего. Ни горячей линии, ни адреса. Только дата и состав. Всё.
На следующий день я купил ещё одну пачку. Та же полка, тот же товар. Принёс домой. Высыпал — ничего. Третья — ничего. Четвёртая — снова жетон.
На этот раз — другие цифры: 0306 81. Сначала ничего не понял. Потом вспомнил: это дата смерти моего деда. 3 июня 1981 года.
Я вымыл руки. Положил оба жетона рядом. Один матовый, второй глянцевый. Почерк выбитый — одинаковый. Я не знал, кто их делает. Но явно — не на конвейере.
Позвонил другу, он работал на складе. Показал фото. Он сказал:
— Это похоже на внутренние жетоны. Их вручную делают. Но кто делает такие сейчас? С такими датами?
Третью пачку я купил через день. В другом магазине. Специально. Пачка другая, но внутри — снова жетон.
Номер: 1107 95.
Это день, когда я пошёл в первый класс. Я его не забывал. Просто никогда не видел его так: как код на металле.
Я положил жетон в коробку. Потом закрыл шкаф. И с того дня я больше не покупаю фасованную соль. Только на развес.
Жена говорит — не выдумывай. Но я не выдумываю.
Через неделю я проснулся утром. На кухонном столе лежал ещё один жетон. Мы не покупали новых пачек. Но он был. Сам.
Я боюсь открыть коробку, где лежат остальные. Потому что следующий номер может быть… датой, которая ещё не наступила.