Светлана Владимировна стояла посреди небольшой комнаты, которую уже много лет считала временным домом.
Здесь они жили вместе с сыном Сергеем после того, как родители мальчика развелись.
Женщина каждый год мечтала о том, что у нее наконец-то появится свой собственный угол.
Однако время показывало, что это так и осталось несбыточной мечтой. Сергей вырос, закончил университет, нашел работу, но собственная квартира по-прежнему оставалась для Светланы Владимировны призрачной целью.
На днях женщине исполнилось сорок пять лет, и она снова задумалась о своем жилье.
С каждым годом она понимала, что не молодела, и если в ближайшее время не выполнит задуманное, то уже никогда не исполнит.
Перспектива приобрести жилье таяла на глазах. Светлана Владимировна не просто так вспомнила о собственном угле: Сергей устроился на хорошую должность и получал стабильную зарплату.
Правда большая часть доходов у него уходила на аренду квартиры, которую он снимал с девушкой, и бытовые нужды.
Много раз женщина порывалась поговорить с сыном, но всякий раз откладывала разговор на потом.
Однако последние события окончательно расстроили женщину. Ее сократили с предыдущей работы, а новая оказалась менее доходной, да и здоровье начинало подводить.
Последней каплей стали размышления о будущем: впереди старость, одиночество и неопределенность.
Подумав, Светлана Владимировна осмелилась на разговор с сыном. Как только он пришел к ней в гости, мать, стоя в прихожей, произнесла:
- Сережа, дорогой сынок, пойдем на кухню. Мне нужно серьезно поговорить с тобой.
Мужчина кивнул и, разувшись, присел за кухонный стол и взглянул на мать, ожидая продолжения разговора.
- Сынок, понимаешь, жизнь идет быстро, я уже не молодая женщина. Надо подумать о собственном жилье. Многие годы я вкладывала в тебя, покупала одежду, кормила, водила в кружки, даже первые два курса твоей учебы оплачивала... Денег на покупку своего жилья катастрофически не хватало, пришлось снимать жилье. И вот теперь, спустя столько лет, у меня нет собственной крыши над головой. Я все так же снимаю... - голос Светланы Владимировны дрогнул.
Женщина посмотрела сыну прямо в глаза, надеясь увидеть сочувствие и поддержку.
- Ну конечно, мамочка, я понимаю, как трудно тебе приходится. Тебе, действительно, нужна помощь… Но знаешь, я помочь не могу. Сам снимаю жилье, да и зарплата не особо большая, накоплений никаких нет, ипотека неподъемная. Сама понимаешь, каково это, едва сводить концы с концами, - глаза Сергея потухли, взгляд скользнул мимо матери и застыл на кухонных полках.
Светлана Владимировна почувствовала резкую боль в груди от осознания бессилия изменить обстоятельства.
- Сережа, ты мог бы вернуться ко мне, взять ипотеку, и мы бы вместе жили в квартире. Теперь бы уже платили не за чужое жилье, а - за свое, - с надеждой, желая достучаться до сына, проговорила женщина.
- Мама, а как же Аня? Ее я куда дену? Втроем будем жить? - проворчал мужчина.
- Причем тут твоя Анна? Не она же тебя растила и учила, - возмутилась Светлана Владимировна. - Совесть должна быть...
Сын нахмурил брови и задумчиво поджал губы. Слова матери ему не понравились.
Сергей не хотел делать так, как просила Светлана Владимировна. Это означало влезть в многолетнюю ипотеку и поставить жирный крест на своей личной жизни.
- Нет, мама, увы, но я не могу так сделать, - заявил он через пару минут молчания. - Мне самому нужны деньги. Снимай и дальше, кто тебе мешает.
- Сережа, так у меня почти не на что... Ты же знаешь, что творится с работой! - громко всхлипнула Светлана Владимировна.
- Ищи ту, за которую будут платить, - предложил банальный выход из ситуации Сергей. - Мне не с чего тебе помогать. Той суммы, что я получаю, мне и самому едва хватает.
- Ну да, если бы ты с Анной не связался, хватало бы, - понуро ответила женщина. - Ей же то маникюр, то педикюр нужен. За все плати...
Сын устало посмотрел на мать и решил, что пора заканчивать бесперспективный разговор.
Увидев, что Сергей собрался уходить, Светлана Владимировна ударилась в слезы.
- Да как же так, сынок?! Я столько всего для тебя сделала, а ты вот так со мной поступаешь?
- Мама, чего ты хочешь от меня? Я не могу вывернуться и невесть откуда взять деньги! - с досадой проговорил мужчина.
- Нет, можешь! - прошептала Светлана Владимировна, утирая слезы краешком полотенца. - Ты живёшь для себя, думаешь только о себе. О маме забыл напрочь.
Сергей опустил голову, стараясь сдержать раздражение. Эти бесконечные упреки со стороны матери уже утомляли его.
Казалось, будто её собственные неудачи автоматически превращаются в вину сына.
- Послушай, мама, - заговорил он терпеливо, - ты права, ты много вложила в мое воспитание, образование... Но я не обещал обеспечить тебя жильем. У меня есть обязательства перед собой, перед моей девушкой... Я вырос, жизнь изменилась. Сейчас очень непростые времена, и каждому приходится рассчитывать только на себя.
Женщину поразило такое откровенное признание. Столько лет она напрасно верила в то, что рано или поздно сможет опереться на единственного близкого человека — сына.
Оказалось, что ее надежда была обманчива. Следующие месяцы выдались для Светланы Владимировны особенно тяжёлыми.
Здоровье женщины пошатнулось сильнее прежнего, постоянная тревога лишила ее сна и аппетита.
Видя недовольство матери, Сергей стал реже приходить в гости, предпочитая свободное время провести с подругой.
Связь матери и сына стала формальной: редкие звонки, короткие встречи, неловкое общение.
В какой-то момент Светлана Владимировна не выдержала и выставила Сергею счет.
- Я на твое обучение угрохала почти миллион рублей. Вернуть не хочешь? Он бы мне сейчас ой, как пригодился...
- То есть, ты хочешь, чтобы я отдал тебе долг? Ну тогда мы на этом и закончим наше общение, - возмутился в ответ Сергей. - Ты этого хочешь?
- А что мне еще делать? Хотя комнату себе куплю в общежитии, - холодно проговорила Светлана Владимировна.
- Ты серьезно?
- Да!
- Хорошо! - мужчина встал из-за стола и быстрыми шагами направился в прихожую.
Две недели он не давал о себе знать, а спустя указанный срок принес матери деньги - ровно миллион рублей.
Светлана Владимировна взяла их из рук Сергея и прижала к груди. Исполнение ее желания было совсем близко.
Однако сын, как и обещал, пропал из поля зрения. Он посчитал, что этой суммой откупился от женщины, которая была его матерью.