Всякий раз, посещая Третьяковку и останавливаясь перед картиной, знакомой с юных лет, возникает ощущение личной сопричастности к этому всемирно известному произведению. Никто не мешает погрузиться в созерцание, изучая мельчайшие детали.
Картины Василия Перова обладают особой притягательностью. "Тройка", "Рыболов", "Охотники на привале"… – образы из детства, увековеченные в учебниках и восхищающие поколения. Мы отобрали пять наиболее узнаваемых его работ, и у каждой своя неповторимая судьба.
1. "Тройка" - самая трогательная
- Холст, масло, 51,5 x 65,8 см
- Государственная Третьяковская галерея, Москва
Это полотно действительно берет за душу. Оно еще известно под названием "Ученики-мастеровые, несущие воду". В самом сердце картины Перов запечатлел девятилетнего сына странницы, которую звали "тетушка Марья". Мать долго колебалась, не хотела, чтобы "барин" рисовал ее Васю, боялась, что это может плохо кончиться для мальчика. И будто предчувствовала беду. Через несколько лет мальчик умер от оспы. Марья, увидев художника, попросила разрешения увидеть картину с Васей. Он повел ее в Третьяковскую галерею.
Художник вспоминал: "Подойдя ближе к картине, она замерла, посмотрела на нее и, вдруг вскрикнув, как-то неестественно воскликнула: "Батюшка ты мой! Родной мой, вот и зубик-то твой сломанный!". И с этими словами, словно скошенная трава, рухнула на пол". Художник оставил эту несчастную мать наедине с ее горем, и она целый час молилась, стоя на коленях перед портретом своего сына.
2. «Утопленница» (1867)- Самая страшная
- Холст, масло, 68х106 см
- Государственная Третьяковская галерея, Москва
Бездыханное тело, извлеченное из Невы, словно вышло со страниц криминальной хроники. Чтобы добиться максимальной реалистичности, художник посетил морг, где и обнаружил тело молодой девушки. Она лежала на дощатом полу, под которым был лед, призванный замедлить разложение. Сопровождавший Перова человек без стеснения скидывал простыни с мертвых тел, приговаривая: "Вот, сколько у нас красавиц! Выбирайте, какая вам больше по душе".
Художник сделал свой выбор. Сопровождающий взвалил труп на плечо, словно мешок с зерном, и понес в мастерскую. Там он небрежно бросил ношу на пол. Всмотревшись в заострившиеся черты, художник был потрясен: это была знакомая ему проститутка Фанни, с которой он писал образ Богородицы. Почему именно с нее? Просто не нашлось другой натурщицы. Бордели поставляли девушек для позирования, так как уговорить "порядочных" барышень раздеться за небольшие деньги было непросто.
Перов вспомнил, как однажды Фанни узнала, какой образ художник хочет с нее написать. Узнав, она сильно смутилась. Наспех натянув чулки, она в слезах убежала из мастерской, считая себя недостойной такого воплощения.
На самом деле Фанни умерла от оспы. К тому времени она даже вышла замуж – на ее руке было дешевое обручальное кольцо. Однако, глядя на картину, создается впечатление, что именно ее "легкомысленное поведение" привело к трагическому исходу.
3. «Приезд гувернантки в купеческий дом» (1866)- Самая недооцененная
- Холст, масло 44 x 53,3 см
- Государственный Русский музей, Санкт-Петербург
Критиковали полотно за скудность красок. Алексей Федоров-Давыдов, искусствовед и глава Отдела новейшего русского искусства в Третьяковке, заметил, что хоть работа Перова и затрагивает важную тему и производит впечатление, но "смотреть на нее неприятно… Цвета какие-то колючие". Иван Крамской, коллега Перова, вообще посчитал, что на картине слишком много персонажей. Он отмечал, что гувернантка вышла очаровательной, в ней чувствуется неловкость и спешка, что сразу раскрывает ее личность и ситуацию. Хозяин тоже неплох, хотя и не оригинален, будто сошел со страниц Островского. А вот остальные лица лишние, только портят общее впечатление.
Любопытно, что, высмеивая жизнь московских купцов, Перов был в хороших отношениях с Павлом Михайловичем Третьяковым, главным спонсором Товарищества передвижников, который, кстати, тоже происходил из купеческой среды.
4. «Сельский крестный ход на Пасхе» (1861)- Самая скандальная
- Холост, масло, 71,5 x 89 см
- Государственная Третьяковская галерея, Москва
Художник чуть было не поплатился свободой за эту работу – настолько резко он показал священнослужителей и их прихожан. Никогда прежде их так не изображали. Опьяненное шествие с иконами и знаменами бредет вслепую. Крестьяне с полусонными лицами, упившийся в стельку священник, случайно наступивший на пасхальное яйцо. Дьякон, кинувшийся спасать символ Пасхи. Возле них женщина с иконой, на которой не видно лика. Тут же нищий, несущий икону вверх тормашками. Женщина выливает из кувшина воду на пьяного мужика, валяющегося под крыльцом, которому уже все равно.
Автор запечатлел сцену "прославления" во время Светлой седмицы. Священники, не получавшие зарплату за свою службу, ходили по домам, распевая церковные песни и читая молитвы, за что получали небольшое угощение. У бедных людей еды было мало, поэтому батюшке чаще всего предлагали выпить. После таких "подношений" священники еле держались на ногах.
Картину, показанную на выставке в Петербурге, убрали, назвав "бездуховной", запретили печатать ее, а Павлу Третьякову, купившему полотно, посоветовали не показывать его публике.
5. «Охотники на привале» (1871)- Самая недостоверная
- Холст, масло. 119 x 183
- Государственная Третьяковская галерея
Художник писал персонажей, обожающих охотничьи истории, с реальных людей, своих знакомых. Рассказчик, врач Дмитрий Кувшинников, стал прототипом доктора Дымова в чеховской «Попрыгунье». Его жена, Софья Петровна, держала литературно-художественный салон, где бывали такие известные личности, как Перов, Левитан, Репин и Чехов. Между Софьей Петровной и Левитаном, который был на десять лет младше, вспыхнул роман. Они тайно встречались на этюдах. Чехову же досталось за это, так как его «Попрыгунья» получилась очень похожей на Софочку. Левитан даже вызвал писателя на дуэль, но друзьям удалось предотвратить кровопролитие.
В образе ироничного охотника Перов изобразил врача и художника-любителя Василия Бессонова. Молодой охотник, внимательно слушающий рассказы старших, – это 26-летний Николай Нагорнов, будущий член московской городской управы. Знатоки охоты, признавая познания Перова в этой области – он даже писал для журнала «Охота и природа», все же находили неточности в изображении. Например, тушка зайца-русака выглядит неповрежденной, хотя по правилам псовой охоты убитого зверька нужно было проткнуть ножом между лопаток, отрезать передние лапы и прикрепить к седлу. Непонятно, как охотникам удалось подстрелить сразу и лесную птицу, и зайца, обитающего в поле. Рожок на картине выглядит случайным – его использовали для сбора гончих в стаю, но стаи здесь не видно. А брошенное на землю ружье – это вообще никуда не годится. Опытный охотник никогда не опустит дуло на землю, чтобы не засорить ствол.
К сожалению, Василий Перов слишком рано ушёл из жизни но даже если бы он написал только эти пять картин он уже был бы "великим Русским художником"!
Не забудьте подписаться на канал!