Солнце прокралось сквозь неплотно задернутые занавески, высвечивая паутинку в углу потолка. Лена, с темными кругами под глазами, бесшумно двигалась по кухне, стараясь не разбудить свекровь. На плите, тихонько побулькивая, готовилась овсянка – обязательный утренний ритуал, установленный Галиной Петровной.
Вот и она. Дверь со скрипом отворилась, и в кухню, словно туча, вплыла Галина Петровна. В махровом халате, с кислой миной на лице.
– И чего ты тут шуршишь? – недовольно проворчала она, усаживаясь за стол. – Мне что, отдохнуть нельзя?
Лена промолчала, ставя перед ней тарелку с кашей.
– Опять овсянка? – Галина Петровна скривилась. – Сколько можно! Мне уже на нее смотреть тошно. Ты когда научишься готовить что-нибудь поинтереснее?
– Я стараюсь, Галина Петровна, – тихо ответила Лена, – но вы же сами…
– Что я сама? – перебила ее свекровь, сердито сверкнув глазами. – Я просто хочу нормальной еды! Неужели это так много? Да в твои годы я бы тебе…
В кухню вошел Сергей, потягиваясь и зевая. Он обнял Лену за плечи, стараясь сгладить неловкость.
– Мам, ну чего ты с утра пораньше? – пробормотал он, целуя Лену в щеку. – Лен, спасибо за завтрак.
Галина Петровна фыркнула и принялась ковыряться в каше ложкой. Сергей уселся за стол, взял ложку и принялся молча есть. Он всегда старался держаться в стороне от конфликтов между матерью и женой.
После работы Лена зашла в магазин, купила продукты для салата «Оливье». Она знала, что Галина Петровна любит этот салат, и надеялась хоть немного ее порадовать.
Вечером, когда Лена возилась на кухне, готовя ужин, в комнату вошла Галина Петровна. Она остановилась в дверях, скрестив руки на груди.
– И что это ты тут устроила? – спросила она, смерив Лену презрительным взглядом.
– Салат делаю, – ответила Лена, стараясь не обращать внимания на тон свекрови. – «Оливье».
– «Оливье»? – передразнила ее Галина Петровна. – Да кто сейчас это ест? Лучше бы нормальный суп сварила!
Лена отложила нож и повернулась к свекрови.
– Галина Петровна, я устала, – тихо сказала она. – Я работаю на двух работах, чтобы нам всем было хорошо. Я стараюсь угодить вам, но у меня ничего не получается.
– Жалуешься? – вскинула брови Галина Петровна. – А что я должна делать? Я же старая, больная…
– Я больше не могу, – прошептала Лена, и слезы навернулись ей на глаза. – Я ухожу.
Галина Петровна замерла, удивленно глядя на невестку. Сергей, услышав разговор, выбежал из комнаты.
– Лена, что ты такое говоришь? – он схватил ее за руку. – Куда ты?
– Я ухожу, Сергей, – повторила Лена, отрывая его руку. – Я больше не могу здесь жить.
Она быстро собрала свои вещи в сумку, стараясь не смотреть на мужа.
– Ты с ума сошла! – закричала Галина Петровна. – Куда ты пойдешь? Кому ты нужна?
– Я найду, куда мне идти, – ответила Лена, вытирая слезы. – Я хочу жить своей жизнью, а не той, которую мне навязывают.
Она вышла из квартиры, оставив Сергея и Галину Петровну в оцепенении.
Прошло две недели. Сергей ходил как в воду опущенный, постоянно звонил Лене, но она не отвечала. Галина Петровна сначала радовалась, что избавилась от невестки, но вскоре ее радость сменилась тревогой. Оказалось, что Лена приносила в семью почти все деньги. Зарплаты Сергея хватало только на еду и оплату коммунальных услуг.
– Ну и что мы теперь будем делать? – ворчала Галина Петровна, глядя на пустую тарелку. – Денег совсем нет!
– Я не знаю, мам, – ответил Сергей, понуро опустив голову. – Я пытался поговорить с Леной, но она не хочет меня слушать.
Галина Петровна решила сама поговорить с Леной и позвонила ей.
– Леночка, здравствуй, – начала она приторно-сладким голосом. – Это Галина Петровна.
– Здравствуйте, – сухо ответила Лена.
– Леночка, ты не сердись на меня, – продолжала свекровь. – Мы тут без тебя совсем пропали. Возвращайся домой, дочка.
– Домой? – усмехнулась Лена. – В тот дом, где меня постоянно унижали и критиковали? Спасибо, не надо.
– Да что ты, Леночка, – затараторила Галина Петровна. – Я же любя! Просто я хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Возвращайся, я тебе обещаю, все будет по-другому.
– Нет, Галина Петровна, – твердо сказала Лена. – Я больше не вернусь. Я сняла квартиру, у меня хорошая зарплата. Я живу так, как хочу. И мне хорошо.
– Но как же Сережа? – попыталась надавить на жалость свекровь. – Он же без тебя страдает!
– Сергей – взрослый человек, – ответила Лена. – Он сам должен решать, как ему жить.
Лена повесила трубку. Она чувствовала, что освободилась от груза, который давил на нее годами. Она начала новую жизнь, где она сама была хозяйкой своей судьбы.
Галина Петровна осталась в растерянности. Она поняла, что своими руками разрушила семью сына и лишилась финансовой поддержки. Теперь ей предстояло столкнуться с последствиями своих действий. Она сидела в своей квартире, и горько сожалела о том, что не ценила Лену. Тишина давила на нее, напоминая о ее одиночестве и ошибках.