Часть 3: Исчезнувший пассарежир и тайна нэцкэ
Крик Людмилы Петровны эхом прокатился по внезапно онемевшему вагону-ресторану. "Убийца сбежал!" – эти слова повисли в воздухе, густом от страха и недоверия. Все взоры устремились к Макарову. Бывший майор контрразведки был уже на ногах, его усталость смыло ледяной волной адреналина.
"Все остаются здесь! Козлов, Бардин – со мной!" – бросил он, не ожидая возражений. Авторитет и решительность в его голосе подействовали. Начальник поезда и владелец автосервисов (последний – нехотя) последовали за ним по коридору.
Купе №8 действительно стояло открытым. Дверь была выбита изнутри – судя по сколам на косяке и погнутой задвижке. Внутри царил хаос. Постель смята, личные вещи – небольшой дорожный саквояж – вывернут наизнанку, содержимое валялось на полу: одежда, туалетные принадлежности, пустая фляжка. Ни паспорта, ни билета. Как будто человек спешно собрал самое необходимое и исчез.
"Смотрите!" – Козлов ткнул пальцем в узкое открытое окно (форточку). На заснеженном подоконнике снаружи четко отпечатался след ботинка. "Прыгнул! Прямо на ходу! Безумец!"
Макаров подошел к окну. Поезд шел полным ходом, за окном мелькали черные силуэты тайги под хлопьями снега. Прыжок на такой скорости в кромешную тьму и снежную целину был равносилен самоубийству. Или... убийца знал, что делает? Может, его поджидали? Он осмотрел след – крупный, с четким протектором. Не такой, как у легкой городской обуви.
"Имя этого пассажира? Билет?" – спросил Макаров у Козлова.
Тот засуетился: "Билет куплен в Нижнем Новгороде, на имя... Петров Александр Сергеевич. Паспортные данные вроде были... Надо проверить в документах." Он помчался к себе.
Бардин усмехнулся: "Петров? Явно липа. Убийца и смылся. Дело закрыто, товарищ бывший следователь. Можно расходиться?"
"Рано," – отрезал Макаров, пристально осматривая купе. Его взгляд упал на пол возле саквояжа. Там, среди разбросанных носков, лежал еще один предмет, похожий на тот, что он нашел у купе Ветрова. Еще одно нэцкэ! Костяное, но другой формы – не божок, а дракон, обвивающий жемчужину. Макаров осторожно поднял его платком. Два нэцкэ... Связь?
Он обыскал купе тщательнее. Под смятой подушкой нашел смятую фотографию. Групповое фото где-то в музее или на выставке. На переднем плане – улыбающийся Сергей Ветров. Рядом с ним... Алиса Воронцова! Их плечи слегка соприкасались, взгляды направлены друг на друга. На заднем плане мелькали другие лица, одно из них – нервное, в очках – напомнило Павла Семенова. Фото было подписано шариковой ручкой с обратной стороны: "Вернись, Сережа. Это ошибка. А.В." Инициалы Алисы? И дата – полгода назад.
Сердце Макарова упало. Связь между Ветровым и Алисой была не просто профессиональной. Было ли это любовью? Ссорой? Мотивом? Он сунул фото в карман, чувствуя, как горечь смешивается с профессиональным азартом.
Вернувшись в вагон-ресторан, Макаров застал картину напряженного молчания. Алиса сидела, уставившись в стол, ее пальцы белели от сжатия. Лена, владелица шарфа, тихо плакала, Катя ее утешала. Семенов нервно грыз ноготь. Бардин развалился на стуле с видом человека, которому все надоело.
"Пассажир, представившийся Петровым, покинул поезд через окно," – сообщил Макаров, наблюдая за реакцией. Всеобщее изумление. "Но это не снимает вопросов. Найдены новые улики." Он положил на стол два нэцкэ – божка и дракона. "Знакомо кому-нибудь?"
Семенов вдруг вскочил, его лицо исказилось.
"Это... это же из коллекции Ветрова! Его страсть – японская миниатюра! Он хвастался ими вчера... Говорил, везет во Владивосток на продажу редкие экземпляры! Где вы их нашли?" – его голос визжал.
"Один – у двери купе Ветрова. Второй – в купе исчезнувшего пассажира," – спокойно ответил Макаров. "Вы знали о коллекции, господин Семенов? Вы ведь, по вашим словам, просто бухгалтер?"
Семенов замер, поняв, что проговорился. "Я... я случайно слышал, когда он разговаривал по телефону! В купе! Громко!"
"С кем он разговаривал?" – настаивал Макаров.
"Не знаю! Не слышал!" – Семенов сел, потупившись.
Макаров повернулся к Алисе. Ее лицо было каменным.
"Мадам Воронцова. Вы знакомы с Сергеем Ветровым?" Он вынул фотографию и положил ее перед ней.
Алиса взглянула, и что-то дрогнуло в ее каменной маске. Горечь? Боль?
"Да. Знакома. Мы... работали вместе. Одно время." Ее голос был тихим, но твердым.
"Инициалы 'А.В.' на обороте – ваши? 'Вернись, Сережа. Это ошибка.' – что это значит?" – давление Макарова нарастало.
Алиса закрыла глаза на мгновение. "Это личное, господин Макаров. К делу не относится."
"Всё, что касается отношений жертвы и потенциальных подозреваемых, относится к делу напрямую," – парировал он, чувствуя, как каждое слово ранит его самого. "Где вы были в момент, когда поезд стоял? Вы говорили о шагах. Может, это были шаги убийцы?"
"Я не убивала его!" – вырвалось у Алисы, и в ее глазах вспыхнул огонь. Впервые – живая, не сдержанная эмоция. Отчаяние? Или гнев? "Да, мы поссорились! Да, я была не права тогда! Но убить... Нет!"
Бардин фыркнул: "Бабы... всегда с нервами. Довели мужика, он полез на рожон к тому Петрову, тот его и пришил. А баба потом платочек подбросила для отвода глаз. Все просто."
"Заткнитесь, Бардин," – холодно сказал Макаров, не отрывая взгляда от Алисы. Он хотел верить ей. Отчаянно хотел. Но логика, улики, ее собственная скрытность – все кричало против нее. И против него самого.
Козлов вернулся, запыхавшись: "Проверил! Паспортные данные Петрова Александра – фальшивые! Настоящий владелец паспорта давно умер!"
Значит, убийца (или второй жертва?) действовал под прикрытием. Макарову нужно было побыть одному, собрать мысли. Он приказал Козлову и проводникам обеспечить, чтобы никто не ходил в одиночку, особенно ночью, и чтобы купе Ветрова и "Петрова" оставались запертыми до милиции. Сам он отправился в тамбур между вагонами, чтобы выкурить папиросу и подышать ледяным воздухом, очищающим мысли.
Тамбур трясло, сквозь щели свистел ветер. Макаров закурил, глядя на мелькающую во тьме тайгу. Два нэцкэ. Фото. Шарф Лены. Платок Алисы. Исчезнувший "Петров". Кто он? Сообщник? Жертва интриги? И главное – КАК совершено убийство в запертом купе? Механизм "закрытой комнаты" не давал ему покоя. Окно? Слишком мало. Вентиляция? Проверить... Возможно, убийца спрятался в купе ДО того, как Ветров заперся? Но тогда как он вышел?
Его мысли прервал скрип открывающейся двери из вагона. В зыбком свете тамбурного фонаря появилась Алиса. Она была без пальто, только платье и шаль, и дрожала – от холода или от волнения.
"Игорь..." – она произнесла его имя впервые, тихо, и это прозвучало как выстрел в тишине тамбура. "Я должна поговорить с вами. Наедине. Пожалуйста."
Макаров насторожился. Ловушка? Искренность? Он кивнул, гася папиросу.
"Говорите."
"Я не убивала Сергея," – начала она, глядя ему прямо в глаза. В ее взгляде была мольба и сила одновременно. "Но вы правы. Я ему солгала. Мы были... больше, чем коллеги. Полгода назад. Потом я узнала, чем он занимается на самом деле. Не просто антиквариат. Подделки. Кражи. Продажа украденного через подставных лиц... вроде того 'Петрова', наверное. Я хотела уйти, он не отпускал. Угрожал. Фото... это я пыталась его образумить. 'Вернись' – имелось в виду, вернись к честной жизни. Ошибка – это я, что связалась с ним. Он смеялся. Вчера вечером в вагоне-ресторане он снова подошел ко мне... Говорил, что я слишком много знаю. Что поезд – идеальное место, чтобы замолчать навсегда. Я испугалась. Убежала. Платок... выронила тогда, наверное."
Она сделала паузу, ее дыхание сперло морозный пар. "Я не знаю, кто его убил. Может, его сообщник? Может, тот 'Петров'? Может, кто-то, кому он должен был деньги? Бардин выглядит бандитом... Семенов... он вчера подслушивал наш разговор с Сергеем в коридоре, я заметила. Он знал о коллекции. И он боится чего-то страшно."
Макаров слушал, впитывая каждое слово. История звучала правдоподобно. Слишком? Или это лишь потому, что он хотел верить в ее невиновность?
"Почему вы не сказали этого сразу?" – спросил он жестко.
"Потому что я боюсь!" – в ее голосе прорвался страх. "Боюсь убийцы, который еще здесь! Боюсь, что меня обвинят! И боюсь... что вы мне не поверите." Она посмотрела на него, и в этом взгляде было столько уязвимости и надежды, что Макаров почувствовал, как его защитная броня треснула.
Он сделал шаг к ней. "Алиса, я..."
Внезапно резкий толчок! Поезд входил в крутой поворот. Алиса потеряла равновесие и упала вперед, прямо на Макарова. Он инстинктивно обхватил ее, чтобы удержать. На миг они оказались близко, очень близко. Он почувствовал аромат ее волос, дрожь ее тела. Их взгляды встретились, и в серых глазах Макарова отразилось что-то, кроме подозрения. Защита. Желание. Запутанность.
"Простите..." – прошептала Алиса, пытаясь отстраниться, но он еще мгновение не отпускал ее. Этот миг физической близости, неожиданный и острый, перевернул все. Он верил ей. Не умом, а чем-то глубже, вопреки логике.
"Игорь, осторожно!" – ее крик прозвучал одновременно с жутким треском и вспышкой голубого огня! Искры полетели из коробки с электрооборудованием на стене тамбура, как раз над тем местом, где стоял Макаров секунду назад. Если бы он не отшатнулся, держа Алису, высоковольтный разряд ударил бы его прямо в голову. Смертельно.
Они отпрыгнули к противоположной стене. Искры погасли, оставив запах гари и зловещую темноту в тамбуре. Кто-то знал, что Макаров здесь. Кто-то попытался его убить. Кто-то, кто был в вагоне и следил за ним. Убийца не сбежал. Он был здесь, среди них. И он только что совершил второе покушение. На свидетеля? На того, кто слишком близко подобрался к разгадке?
Макаров резко открыл дверь обратно в вагон, вталкивая перепуганную Алису внутрь. Его глаза метали молнии.
"Никому не выходить из вагона-ресторана! Сейчас же!" – его голос гремел над стуком колес. Он окинул взглядом перепуганные лица. Бардин? Семенов? Людмила Петровна? Студентки? Или... кто-то, кого он упустил из виду?
Его взгляд скользнул по Алисе, прижавшейся к стене. Она спасла ему жизнь. Случайно? Или это была часть плана – завоевать доверие? Но в ее глазах читался неподдельный ужас. За него? За себя?
Поезд мчался сквозь таежную темень, увозя их в самое сердце опасности. Два нэцкэ в кармане жгли Макарову бок, как угли. Ключ к "закрытой комнате" и к убийству был здесь. И теперь убийца знал – Макаров стал для него смертельной угрозой. Охота началась. И следующей жертвой мог стать он сам. Или та женщина, в которую он, вопреки всему, начинал верить и которую не мог больше отпустить.
Продолжение в канале, подпишись и поставь 👍
1 Часть - Ссылка