9 июня 1995 года в Сочи два человека поставили подписи под документом, который похоронил мощь России на море. Через 30 лет мы узнали всю правду о том, как делили флот империи.
Империя на якорях: что мы потеряли
80 миллиардов долларов.
Цифра, от которой кружится голова. Именно столько стоил Черноморский флот СССР к 1992 году. Флот, который строили веками. Флот, за который проливали кровь под Синопом и Севастополем.
100 тысяч моряков. 60 тысяч рабочих и служащих. 835 кораблей всех классов – от подлодок до авианосцев. Две дивизии авиации. Сеть баз от Измаила до Батуми.
Это была сила. Настоящая сила сверхдержавы.
«Через Босфор ежегодно проходило до ста наших боевых кораблей», – рассказывает бывший офицер штаба флота. – «Американцы считали каждый наш фрегат в Средиземноморье. Мы им спать спокойно не давали».
А потом всё рухнуло. За несколько лет превратили в металлолом то, что создавали с екатерининских времён.
Хрущёвская бомба замедленного действия
1954 год. Никита Хрущёв одним росчерком пера передаёт Крым Украине. «К 300-летию воссоединения», – написали в указе. Красивые слова.
Никто тогда не думал, что через 40 лет эта «подарочная» бумажка станет миной под российским флотом.
«Хрущёв заложил бомбу под будущее России», – не скрывает эмоций военный историк. – «Севастополь – это сердце нашего флота. А он взял и отдал его братской республике. Как подарок на день рождения».
Когда СССР развалился, все главные базы флота оказались на украинской территории. Севастополь, Феодосия, Керчь – всё досталось «незалежной».
Адмиралы против политиков: кто кого
Октябрь 1991 года. Верховный Совет Украины принимает решение: Черноморский флот – наш. Точка.
В Киеве потёрли руки. В Севастополе скрипнули зубами.
«Не позволю растащить флот по частям», – заявил командующий адмирал Игорь Касатонов.
Жёсткий мужик. Флотский волк старой закалки. Тех, кто пытался захватить корабли, он «по-флотски вежливо просил выйти вон». А некоторым активистам «давали по рукам» – и в переносном, и в прямом смысле.
Украинские чиновники в истерике названивали в Москву:
«Уберите этого адмирала! Он нам мешает!»
Касатонов продержался меньше года. В сентябре 1992-го его сняли «по просьбе украинской стороны».
Пришёл Эдуард Балтин. Ещё один упрямец. Ещё один, кто не хотел сдавать флот без боя.
«Украина хочет забрать корабли, но не знает, что с ними делать», – докладывал Балтин в Москву. – «Передавать технику просто некому – у них нет специалистов».
Балтина тоже убрали. В 1996-м. Тоже «по просьбе украинской стороны».
Война указов: кто первый встал, того и тапки
5 апреля 1992 года. Леонид Кравчук подписывает указ:
«Черноморский флот переходит под контроль Украины».
В Севастополе получили телеграмму. Адмиралы переглянулись. Кто-то выругался сквозь зубы.
«Срочно нужен ответ из Москвы», – полетела депеша в Кремль. – «Иначе через два дня либо сдаём флот, либо стреляем».
7 апреля Ельцин подписывает свой указ:
«Черноморский флот – под юрисдикцией России».
Украинская делегация прилетела в Севастополь забирать флот. Им показали указ Ельцина.
«Пока президенты не договорятся, флот никуда не переходит», – объяснили гостям из Киева.
Делегация улетела ни с чем.
Абсурд дипломатии: война сантиметров
Переговоры шли тяжело. Очень тяжело.
Министр обороны Украины Виталий Радецкий. Напротив – Павел Грачёв. Два генерала делят флот империи.
И тут случился анекдот. Табличка с именем Грачёва оказалась на два сантиметра длиннее украинской.
«Это неуважение к суверенитету Украины!» – взорвался Радецкий.
Переговоры едва не сорвались. Из-за двух сантиметров пластика.
«Дошли до полного маразма», – вспоминает участник тех встреч. – «Делили флот, а спорили из-за размера табличек».
Сочинская сделка: как продали флот империи
9 июня 1995 года. Сочи. Президентская резиденция.
Борис Ельцин и Леонид Кучма садятся за стол. Между ними – документы о разделе Черноморского флота.
Кучма торгуется до последнего. Каждый корабль, каждый катер – предмет отдельного спора.
«Россия получает 81,7% флота, Украина – 18,3%», – зачитывает секретарь.
Ельцин ставит подпись. Размашисто, с нажимом.
Всё. Флот поделён.
«Мы подписали приговор российскому морскому могуществу», – скажет позже один из участников сочинской встречи.
338 кораблей и судов остались у России. 65 – достались Украине. Плюс подлодка и 90 самолётов.
Компенсация Киеву – 526,5 миллиона долларов. Плюс аренда крымских баз – 98 миллионов в год.
Разгром: как убивали великий флот
«Черноморский флот ослаб до предела», – докладывал в 1996 году начальник штаба флота вице-адмирал Пётр Святашов.
Слова, от которых сжимается сердце.
«Разрушены все ударные группировки. Нет подлодок. Нет морской авиации. Контролируем только узкую полоску у входа в Севастополь».
Флот сверхдержавы превратился в береговую охрану.
К 2014 году личный состав сократился до 25 тысяч человек. Четверть от советской численности.
Из шести ракетных крейсеров в строю остался один. Из полусотни десантных кораблей – восемь.
Общее количество боевых единиц – 43 корабля.
«Турецкий флот в Чёрном море в 2,5 раза сильнее нашего», – констатируют эксперты. – «Такого не было за весь XX век».
Украинский флот: от крейсера до металлолома
А что получила Украина? 138 различных судов. Массу береговых объектов.
Ракетный крейсер «Адмирал Лобов» – однотипный с российской «Москвой». 90% готовности. Можно было достроить и получить мощнейший корабль.
Украинцы переименовали его в «Украину». Потом забросили. Крейсер превратился в груду ржавчины.
11 ноября 2007 года. Шторм в Севастопольской бухте.
Российские корабли заблаговременно ушли на защищённые стоянки. Украинские – остались.
Корабль управления «Славутич» протаранил корвет «Винница». Потом в него врезался украинский же буксир.
«Донбасс» носило по бухте, как щепку. Спас российский буксир.
В рубке «Донбасса» обнаружили икону Николая Чудотворца, привязанную к креслу командира. Экипаж молился, а не боролся за корабль.
К 2015 году у Украины осталось 3 боевых корабля, 1 десантный, 18 вспомогательных судов и 26 катеров.
Всё. Это весь украинский флот.
Эпилог: цена слабости
30 лет прошло с сочинской сделки. Что мы имеем?
Черноморский флот России – тень былого величия. Украинский флот – анекдот.
А главное – мы потеряли Севастополь. Город русской славы. Базу, которую строили поколения.
«Каждая уступка Киеву рождала новые требования», – анализируют историки. – «Мы сами создали фундамент для будущего кризиса».
Сочинские соглашения 1995 года стали началом конца российского присутствия в Крыму. До 2014 года.
Два человека поделили флот империи. Поделили неумело, поспешно, без понимания последствий.
Цена этой сделки – потерянные десятилетия, ослабленная оборона, унижение великой морской державы.
История не прощает слабости. Особенно когда речь идёт о флоте.
Сегодня Черноморский флот России восстанавливается. Медленно, но верно. Севастополь снова русский. Но шрамы 1990-х до сих пор болят. И будут болеть ещё долго.