— Он собрал все, что нужно для такого прыжка, правда, там сумма такая получилась, которую, по всей видимости, частично придется компенсировать со всех колдунов, потому что там йоты перевалили за десятки тысяч, — сказала фантазфурия, но Ниона не совсем поняла, потому что ей было тяжело ориентироваться в денежных единицах этой стороны мира-монеты.
Единственное, что она понимала, что это немало… а понимала из личного единичного опыта использования… именно использования.
— Ладно, Фрил, не волнуйся, разберемся мы с этим. Главное, ты ордер на покупку отдал? Или что там было... разрешение на покупку и документальное утверждение, что казна банкует? — спросила Ниона, внезапно ощутив себя тетушкой-бухгалтером со странной прической, очками на переносице, линзами которых в случае чего можно разжигать костры, очутившись на необитаемом острове. — Эм... В любом случае, мы того, должны в Глабрум попасть и как можно скорее. Нас там Блум ждет. Давно. Скорее всего, волнуется...
— Да понятное дело... да и я ему камень кидал. И Вантанамаме кидал с Грохом. И они нам кидали. Ты только в отрубе была, когда это происходило, — сказал Фрил, чем заставил Ниону скривиться в недоумении.
— А почему ты мне об этом ничего не сказал раньше? — поинтересовалась она, на что в ответ Фрил развел руками.
— Да как-то из головы вылетело, вот и все, — сказал он, посмотрев на Жупелку, которая тоже совершенно забыла о том, что надо рассказать Нионе о скоростном камне от друзей.
— Ты только не обижайся на него, просто потому, что я тоже забыла сказать тебе об этом, — она развела руками. — А вот ты... Так же, как и Гром, что-то скрываешь от нас... а точнее, касаемо той статуи, которую дамбр с собой волочит. Это и есть тот самый слепой колдун, в чье поместье вы наведались, или кто это?.. Или что это?! — поинтересовалась она.
Ниона пожала плечами, после чего посмотрела по сторонам. В этот момент они были в её комнате, в таверне, любезно согласившейся принять всех путешественников.
— Так, Фрил, вопрос к тебе: ты какие-нибудь такие колдунства знаешь, которые позволят нас оградить от окружающего мира? Ну, так, чтобы наш разговор слышали только мы... вы... но никто больше ничего не смог бы услышать даже при большом желании. Учитывая тот факт, что тут еще и ухочей целый полк... — Ниона нахмурилась. — Это напрямую связано с Мечом, состояние которого, как мне кажется, напрямую связано с моим нахождением тут. Так что если ты ничего такого наколдунствовать не можешь, я пока что промолчу.
— Могу. Не факт, что хорошо получится, но могу. Правда, все равно придется говорить вполголоса — на всякий случай, — тот пожал плечами. — Я всего лишь ученик, который начал свой путь колдунский не так рано, как это делают в большинстве своем будущие великие.
— Ладно тебе на комплимент напрашиваться. Делай, в таком случае, так, чтобы нас никто не мог услышать, а потом, пусть даже шепотом, я вам обо всем расскажу. Знаю, вы давно нуждаетесь в деталях, но до этого было не совсем вовремя и как бы не очень-то и в тему, — немного неловко и с каким-то стыдом сказала Ниона, но друзья с полным осознанием её правоты согласно кивнули.
Фрил сосредоточился, произнес колдунство, поводил руками, как заправский шаман из телевизора, которого пригласили, чтобы очистить студию от злых духов, после чего топнул ногой, и вокруг них появилось что-то, напоминающее какие-то желтые стены. Выглядело это достаточно невероятно и даже немного космически. Ниона поняла, что колдунство удалось, и наконец начала рассказывать друзьям о том, что произошло на том месте, которое по какой-то причине было названо «поместьем слепого колдуна». И чем больше она посвящала Фрила и Жупелку в подробности того, что там было, тем меньше доверия было на их лицах. Оно совершенно пропало тогда, когда Ниона сказала, что ей и дамбру пришлось сражаться против наблюдателя, который не очень-то и хотел проигрывать, и что только благодаря чуду им удалось его одолеть, а чудо заключалось в колдунством или колдовством сотворенном Мурдыксовыми руками мече.
— Ты не подумай ничего плохого… Не то чтобы я тебе совсем не поверил, но все это звучит прям как-то совсем невероятно! — сказал Фрил и быстро-быстро-быстро заморгал. — Ладно, допустим, все так и есть, и ты хочешь сказать, что Гром все это время тащил на себе особо опасное создание, которое заколдунствовано каким-то древним колдунством… нет, колдовством! Которое предусмотрительно создал Мурдыкс, причем практически сразу после их битвы с этим самым практически всесильным существом… Я к тому, что ты действительно хочешь сказать, что дамбр на себе тащил это нечто? А вы уверены, что оно заколдовано безвозвратно? Что наблюдатель не вырвется из-под действия чар и не начнёт?..
— Так, Фрил, умолкни, — сказала Жупелка, почувствовав, что ученик Мультана задаёт слишком много вопросов. — Мне кажется, у меня тут мозаика сложилась в голове. И, кажется, я поняла, почему Ниона все еще продолжает своё путешествие здесь, среди нас… на нашей стороне мира-монеты, — фантазфурия внимательно посмотрела на Ниону, после чего высказала своё предположение: — Все дело в Мече и в том, что его надо вернуть в сознание... как можно быстрее! Как бы, эта тема уже неоднократно всплывала между нами всеми, но не под таким углом обзора… вроде бы…
— Дык, эта та самая причина, по которой мы в Глабрум прыгнем завтра! Ну, или одна их тех самых причин, — сказал Фрил. — Или ты пропустила этот самый разговор? Или мы просто говорили, как-то тихо?.. Хотя какая разница?.. Все равно, уже завтра мы будем заниматься тем, что будем ходить по Мурдыксовому замку и искать, чем можно попробовать оживить Меч, — сказал Фрил — Правда, что-то мне кажется, что все наши попытки окажутся тщетными... не факт, конечно, но все может быть, особенно учитывая тот факт, что Мурдыкс был совершенно непредсказуемым.
— Кстати, а, может, есть смысл посетить тот самый дом, который отдельно от замка, куда он ходил спать? — спросила Жупелка. — Ведь в самом нелогичном месте надо искать самые прекрасные решения проблем, а этот дом как раз-таки для нас самое нелогичное место, которое, по всей видимости, было в особом почете у бывшего правителя одного из королевств.
— Кстати, а это прекрасная догадка! Однако мне до сих пор не понятна та причина, по которой он сделал перевернутый дом. Вообще, как у него это получилось?! — хмыкнул Фрил. — А еще мне непонятно, на что вы рассчитываете и для чего тащите с собой наблюдателя, если могли оставить его там, чтобы он там затерялся? — спросил он у Нионы.
— Потому, что у нас… У меня появился прекрасный план, связанный с тем, чтобы дать Блуму реальное дело, реальную задачу в виде охраны вот этого персонажа или того, что от него осталось, — сказала Ниона. — Тем более, если вы помните, мои дорогие други, у него какое-то чудовищное ощущение всего колдунского! Только вспомните, как там, в лесу, когда Меч был в отключке, он сказал, что его силы постепенно иссякают, но что он вернется в нормальное состояние до следующего предельного использования самого себя в бою! Кстати, если показать Меч Блуму, может быть, он чего нормального, вменяемого и скажет касаемо состояния этого произведения Мурдыксовых рук и мысли. В любом случае, мы тащим статую наблюдателя, в которой заключен этот самый наблюдатель, к Блуму, чтобы он охранял его в том случае, если почувствует, что тот может выбраться на свободу. Или чтобы он сказал что-то вроде: «Ребят, все нормально, не стоит бояться! Он уже того, и из него можно просто сделать трофей!» Предлагаю, кстати, в случае чего, этот самый трофей расположить в Мурдыксовом замке, а все потому, что он каким-то образом, буквально чудом, смог предсказать подобные события и подготовился. Конечно, я понимаю, что он не мог предсказать, что Меч попадёт в мои руки, и я им буду погонять ту сторону добра... но он явно догадывался, что рано или поздно кто-нибудь да освободит запечатанного.
— Ну, такое себе, конечно, расплывчатое объяснение, но сойдёт, — сказал Фрил. — Ладно, допустим, я поверил тебе, и статуя — действительно наблюдатель...
— Слушай, братик, скажи мне вот о чем, а мне есть смысл врать или придумывать? — поинтересовалась Ниона, которой вот вообще не нравилось такое недоверие со стороны друга.
Произнесенный ей вопрос поставил Фрила в тупик... И не только его, и фантазфурию, которая только благодаря герою почувствовала настоящую жизнь и узнала, что люди — нормальные существа, а остальные народы и расы в принципе не против того, чтобы жить в мире и спокойствии и даже готовы придумывать всякие штуковины для подобной реализации.
— Эм... прости, — сказал Фрил, нахмурившись. — Само собой, как-то получилось вот так вот, не совсем аккуратненько, — он перевел взгляд на Жупелку, таким образом передавая ей очередь просить прощения за свои сомнения и недоверие.
— Да... мы были неправы, — сказало существо, принявшее облик совершенно прекрасной и обворожительной молодой особы. — Как-то само собой получилось. И не потому, что мы не хотели тебе поверить, а просто потому, что сказанное тобой — такое, странное, самодостаточное и маловероятное, — сказала Жупелка, после чего пожала плечами. — Ну да ладно, на самом деле это все так, не важно и не важное, потому что, ну, мы все равно продолжим идти за тобой. И да, верим. Я верю! Честно! — фантазфурия хлопнула себя ладошкой там, где предположительно у неё располагалось сердце.
Фрил тут же повторил и её слова, и действия.
Ниона смотрела на это с каким-то непониманием, пусть при этом и осознавала, что этот жест, возможно, на самом деле куда глубже, чем могло показаться пришлому с другой стороны мира-монеты, и что лучше по этому поводу промолчать. Во-первых, потому, что всегда и во всем надо стараться быть умнее, во-вторых, потому, что разные страны и народы предполагали под собой разнообразие в отношении к одним и тем же жестам, словам и взглядам. И, имея дела с иностранцами, а в нашем случае с иноземцами... Не, в нашем случае с иномирцами! В связи с чем, имея дело с иномирцами, лучше быть аккуратным в некоторых вопросах, чтобы не обидеть чувств.
— Хорошо, друзья. Спасибо. Это, на самом деле, как раз то, что я изначально хотела от вас услышать, — сказала она, после чего хмыкнула. — Таким образом, у нас очень много того, что надо сделать, и очень мало времени для этого. Вообще, я надеюсь, что у нас получится отыскать Мурдыксову справочную нычку о создании или перенаполнении Меча колдунством или колдовством, чтобы он вернулся в Мир с прежними силами и энтузиазмом, — грустно хмыкнула Ниона. — Ладно, а теперь всем разойтись! Снимай барьер и расходитесь. Отдых нужен всем нам. Особенно учитывая количество наших приключений, что вроде и закончились, потому что глав-гад пойман, но не до конца, потому что требуется выполнить, какую-то дополнительную череду заданий.
Ниона поджала губы, вспоминая рпг-компьютерные игры, в которые вроде и любила погонять, но все больше и чаще предпочитала что-то более вдумчивое.
— Да... ты права! — сказал Фрил. — Завтра нас ждет продолжительный и тяжелый день, — он чмокнул губами. — Кстати, мне вот интересно, куда Циф делся. Насколько я помню, он успел вернуться задолго до того момента, когда мы пришли в стольный град Полимирья, — он напрягся. — Вообще, он как-то странно вел себя в последнее время и мотался туда-сюда, — сказал Фрил. — И сейчас вот опять где-то потерялся. Вот только где и почему — мне непонятно, — он фыркнул.
— Да, ладно... это ж арахнид, — сказала Жупелка. — Тем более, он вроде как освободился от своих обязанностей в своей деревне... Наверное, должен заполнить какие-то бумажки тут, отдать тому дамбру, что на Грома пытался наехать, и если бы не Ниона и её своевременное вмешательство, у-у-у!..