Она сказала, что едет всего на пару недель.
Я отвёз её в аэропорт. Мы обнялись. Она пахла лавандой и капустой из кастрюли
— по-домашнему.
На прощание она шепнула: «Не грусти. Всё будет.»
И улетела в Техас.
Сначала были звонки. Потом сообщения. Потом… тишина.
Один раз я увидел её сторис: она в шляпе, на фоне ранчо, с пикапом и мужчиной в
джинсах и белой рубашке.
— Кто это? — спросил я.
— Просто знакомый, — ответила она.
А потом добавила: «Он варит кофе, как ты. Только с молоком и уважением.»
Я не винил её. Америка ломает.
Ты ищешь тепло, и если его дают — ты берёшь. Даже если раньше говорил, что
никогда не уедешь из Калифорнии.
Я стал замечать пустоту. В квартире. В кружке, из которой она пила. В
холодильнике, где больше нет её салата из свёклы.
Она была не идеальной. Но была моей.
Последнее сообщение от неё пришло в 3:46 ночи:
«Я тебя люблю. Но у нас разные штаты.»
Я не отвечал.
Просто вышел на улицу, пошёл в Walmart, купил себе чипсы и понял — тоска не
лечится покупками.
Теперь я иногда слушаю кантри. Иногда ем бургер, но вспоминаю её оливье.
Техас забрал её. Но я всё ещё надеюсь, что вернёт.
Потому что настоящая любовь — она возвращается. Даже если сначала уезжает
на Dodge RAM.
А у тебя была такая любовь, которая уехала — и с собой увезла часть тебя?Поделись. Самые трогательные истории включу в подборку «Сердце на
эмиграции».
