Намджун, наш философ, как и обещал, вышел в лайв и пообщался с Арми. Но уже не из казармы, а из уютного гнёздышка с милыми подушками. Говорил RМ много, но обозначу самое главное и интересное:
Намджун: Я тоже скучал. Дом, милый дом. Давно не пил дома. Обычно я не пью дома. Раз уж день хороший, давай сначала просто поболтаем. Давай выпьем. За встречу. Может, начнём с разговора про армию? С чего бы начать. В 2023 году произошло много всего, но я начну рассказывать с армии.
Я пошёл туда вместе с Тэхёном, это была зима, шёл сильный дождь. Играть на саксофоне я начал там, в 15-й дивизии. Сначала пробовал альт, но он оказался маловат для моего рта, так что, перешёл на тенор. Я, кажется, упомянул, что жил в чём-то вроде контейнера? Это было непросто, если честно.
Я играл саундтрек к «Конану». Хотел вас рассмешить. Меня часто воспринимают как серьёзного человека: выступления в ООН и всё такое, но я хотел, чтобы вы улыбались. Я не знал, какие песни вам знакомы, но, если вы посмеялись — значит, всё не зря.
Вы ждали 18 месяцев, спасибо вам. Это чертовски долгое время. Я хочу поблагодарить всех, кто делает перевод в реальном времени, наверное, непросто переводить слова, связанные с армией. Но я всё-таки хочу поговорить об этом, и чтобы не ошибаться и чувствовать себя спокойно, я буду говорить на корейском. Я сильно подзабыл английский, потому что в армии просто нет причин им пользоваться.
Я записывал всё в дневник - это помогло мне справиться. Но я не могу вам многое показать, здесь много ругательств. «29.02.2024, рядовой Ким Намджун: как и ожидалось, возраст — не всё, я каждый день узнаю что-то новое». Я много писал, кружил вокруг дневника, держался за него, пока писал.
Я не верил, что этот день действительно настанет, так что очень волнуюсь. Я волнуюсь даже сейчас. Даже перед тем как прийти сюда, думал, что опух и глаза распухли. Но просто сказал себе, что должен прийти и увидеться с вами.
Я весил где-то 83 кг и думал: «С чего я так растолстел?» Но на базе есть магазинчик PRX, и я постоянно ходил туда с друзьями и ел с ними рамён. Они подходили и говорили что-то вроде: «Старший Намджун, хотите с нами?»
Вовремя учебки, когда мы с Тэхёном вместе заступили на службу, мне, как старшему, говорили: «Присматривай за Тэхёном, заботься о нём», ведь он — такой особенный, милый человек, а у каждого ведь свой внутренний мир. Но в итоге оказалось, что в повседневной жизни Тэхён справлялся гораздо лучше, чем я. Он быстро и легко адаптировался, несмотря на то, что служил на базе, которая, возможно, даже сложнее, чем у меня самого. Я думал: «Какой же Тэхён классный», даже завидовал ему, потому что надеялся, что сам хорошо адаптируюсь, но в армии это оказалось для него довольно тяжёлым испытанием.
Для меня всё было чуть тяжелее — с самого начала меня угнетала мысль о том, что впереди 18 месяцев службы. Всё казалось настолько невыносимым, что у меня развилась сильная бессонница. Мне было очень трудно засыпать, постоянный стресс. Я буквально жил как зомби. В какой-то момент пришлось обратиться к нейропсихиатру, и я до сих пор не могу отказаться от лекарств. Но с апреля мне намного лучше, люди в армии мне очень помогали.
Я просто рад, что всё уже позади. Каждая боль ведь имеет свою причину, не так ли? Всё, всё происходит не просто так, правда? Поэтому я просто подумал, что, наверное, так и есть.
Во время отпуска я пытался поменять дизайн интерьера в своём доме, чтобы сделать его более уютным. Даже переставил часть мебели. Я теперь стал больше, и вещи, которые у меня были, уже совсем не подходят. Теперь мне подходят только эти и недавно купленные. Пришлось перебрать почти 90% своего гардероба и отдать большую часть друзьям.
Поскольку я попал в военный оркестр, мне хотелось научиться играть на гитаре и на ударных, но это оказалось очень сложно. Я с большим уважением отношусь к людям, которые умеют играть на инструментах. В армии было много таких ребят, и я считал их очень крутыми. В итоге я выучил саксофон.
Я пытался писать музыку — сочинять тексты, мелодии, — но не смог. Не мог даже вести дневник, потому что психологически чувствовал себя нехорошо. Полтора года я просто не мог ничего творить. Я находился в довольно подавленном состоянии, и творить в таком состоянии было невозможно. За день до зачисления я ходил в храм и сделал 108 поклонов. Потом я закричал в машине — и пошёл в учебку вместе с Тэхёном. Я попал в 10-й взвод, а Тэхён — в 9-й, наши здания стояли рядом.
Альбом RPWP — это полностью про меня. Не знаю, как вы восприняли тексты, но для меня это про предательство, любовь, друзей, про индустрию, в которой я был, и про отношение, которое у меня ко всему этому было всё это время. Бессонница началась примерно в тот период, когда в HYBE происходило много всего.
Наверное, вы думаете, почему мы продолжаем публиковать фото из фотокабины. Просто у меня нет ничего другого, что я мог бы вам показать. Так я показываю, что у меня всё хорошо. Когда приходят новобранцы, мы с ними делаем снимки. Там есть две фотокабины, правда, одна уже сломалась. Это стало нашей маленькой традицией.
Я собираюсь делать музыку, которая нужна миру — и которая нужна мне самому. Это не будет просто: «выдавать слова, как попало»! Хотя начало, возможно, будет неловким, я постараюсь сделать всё красиво. Надеюсь, что вы мне доверяете и отнесётесь к этому тепло. Даже несмотря на моё стеснение.
В общем, это всё, что я хотел рассказать. Я очень по вам скучал. С момента нашего последнего концерта Yet To Come прошло почти три года, и я всё больше ощущаю, как хочу снова выйти на сцену. Я даже думал — а вдруг попробовать потренироваться, потанцевать во время отпуска?
Но каждый раз ловил себя на мысли: а смогу ли я снова стоять на сцене? Мои старшие, хёны, говорили: «когда ты уже внутри в армии, нужно забыть, кем ты был на гражданке». Я старался забыть… но это оказалось не так просто. Мне 31, и в конце концов — я часть BTS. Всё это было очень непросто.
Я хочу снова что-то делать, но сейчас немного струсил. Ну, Хоби проводит сольный тур, Джин-хён тоже — это так круто, и я завидую. У меня тоже много песен, так что, я начинаю задумываться, как бы мне сделать что-то подобное.
Я уже встретился с Чимином, а с Чонгуком мы даже пошли выпить — впервые вдвоём. Я ведь вообще почти не пил, максимум стакан пива? Но после того как Джин-хён ушёл в армию, я начал пить… по разным причинам. В любом случае, это было здорово. И я чувствую, что многим им обязан.
Мне кажется, что наша команда вообще немного странная. Я всё ещё верю, что та особенность, которая у нас есть, ещё никуда не ушла. Только посмотрите на тело Тэхёна! Нам нужно делать что-то другое, не так, как раньше. Мы должны двигаться вперёд, потому что изменения — необходимы. Мы обязательно придумаем для вас что-то крутое.
Ребята, спасибо, что выслушали мою лекцию на 15 минут. Я ужасно по вам скучал — и теперь я готов вернуться. Завтра Чимин и Чонгук заканчивают службу, и мы все снова готовы.
«Вы все сильные». Мы все сильные. Я знаю. И вы, и мы — мы сильные, мы сделали друг друга, вывели друг друга туда, где ещё не был никто. Я никогда не буду воспринимать это как должное. Надеюсь, вы останетесь здоровыми и счастливыми.
Я так счастлив и так горжусь тем, что снова могу жить своей жизнью. Прошло 18 месяцев. Спасибо вам огромное, правда. Чёрт возьми. Я был в армии, но не видел Арми! Я был в армии — но там не было Арми.
💜💜💜