– Галка! Куды намылилась? Вот ведь, неугомонная девка, вся в мать!
– Чего, бабань?
– А ну, подь сюды!
– Да зачем? Некогда мне!
Стоит Галина возле старого большого зеркала, прихорашивается. Кудри свои медные назад убрала, ободок со стразами надела, что дед из города привез. А ещё привез он ей тушь, в коробочке, как у Ленки Яковлевой. Ух, как она ее хотела, сколько выпрашивала!
Плюнула Галка на щеточку, поелозила по черной, как смоль, субстанции, что в коробочке лежит, а после, чуть приоткрыв рот, старательно начала красить ресницы. Иголочку взяла, осторожно разделила те, что слиплись, покрутилась перед зеркалом. Эх, хороша!
– Да вы посмотрите на нее, некогда ей! - бабушка, Степанида Ивановна, появилась в дверях, уперла руки в полные свои бока, - Куда намарафетилась? А? Я тебя спрашиваю!
– Так в клуб, бабань! - смеётся Галина, - Митька Васильев из города кассету новую привез, сегодня ставить будут.
– Я те дам, в клуб! Я из тя дурь-то повышибу! - пожилая женщина сдернула с плеча кухонное полотенце, замахнулась на внучку, - Никуды не пойдешь! Мала ишшо, хвостом крутить по деревне!
– Пойду! - Галка гневно тряхнула кудрями, - Пойду! Все идут, а я что, дома сиди, да?
– Дед! Ты погляди, как она с баушкой разговариват! А? Ты глянь!
– Галка, ты мне это брось! - За спиной бабушки появилась седая голова Галкиного деда, Тимофея Ильича, - Учебой бы занялась лучша, по дому бы баушке помогла чего! Взрослая девка, ишь вымахала, кобыла, а одни танцульки да парни на уме!
– Так каникулы же, деда! - Галина дернула плечиком, - Отдыхать положено. А бабане я помогаю, грядки все выполола, полы намыла, белье в бане перестирала, курам дала, поросятам сварила - чего ещё вам надо, а?
– И правда, Стеш, - задумчиво пробормотал дед, - Девчонка не лодырничала, весь день работала, пущай себе идёт!
– Вот, спасибо, деда! - Галинка звонко чмокнула старика в щеку, - Ну, я побежала.
И, не обращая никакого внимания на недовольное лицо бабушки своей, выскочила во двор, за калитку, и почти бегом побежала вниз по улице.
– Чтоб в одиннадцать, как штык у меня! - крикнула ей вслед Степанида Ивановна, но Галинка ее уже не слышала, была далеко.
– Ох, и намаемси мы ишшо с ней, помяни мое слово, - вздохнув, пожилая женщина опустилась на старый диван, - Вся в мать, ну как так?
– Так ить, кровь-то одна, - успокаивающе пробормотал Тимофей Ильич, - Куды ж ее девать?
– Дочку упустили с тобой, чаяла, хучь внученьку вырастим, воспитам, как положено, а она... Эх, Тимоша, за что нам на старости лет такое наказанье? Пропадет девка, чует мое сердце, пропадет!
– А ты не каркай, Стеша! Даст Бог, можа, и обойдется. Ну что поделаш с ней? Разве ж удержим мы её?
А Галинка, не подозревая о том, какие мрачные разговоры ведут ее дед и бабушка, уже со всех ног неслась... Нет, не в клуб, как собиралась, а совсем в другую сторону. Там, за деревней, возле озера, была березовая роща, вот туда-то и держала девушка путь. Ждал ее там, под большой раскидистой берёзой, новый ухажёр, Витька Салмин, городской парень, видный, с гитарой и мотоциклом.
– Галка, стой! Да стой же ты, д у р на я! - подруга, Ольга, запыхавшись от быстрого бега, догнала ее почти возле самого озера, схватила за руку.
– Ну? - Галина остановилась, развернулась, - Чего тебе?
– Не ходи!
– Это с чего вдруг?
– Не ходи, Галь! - голос Ольги звучал жалобно, почти умоляюще, - Витька, сама знаешь, какой. Ему от девчонок только одно и нужно! Он же сколько уже перебрал, а? Не ходи, погубит он тебя!
– Ой, отстань, сама разберусь! Скажи просто, что завидуешь! - фыркнула Галина.
– Я? - ахнула Ольга, - Завидую? Да было б, чему!
– А тому! На тебя-то Витя мой и не взглянул ни разу!
– Это когда он твоим успел стать? А Пашка как же?
– А что Пашка? Он мне кто? Муж?
– Он же любит тебя, д у р а! На все готов ради тебя, а ты... Тьфу!
– Вот и именно, что любит. Пашка меня ждать будет всю жизнь, любую примет. А я не нагулялась ещё, мне семнадцать всего. Вот, поживу в свое удовольствие, а потом, может, и к Пашке приду. Если дойдет до него очередь.
– Да как ты... Да как так можно? - Ольга чуть не плакала, - Он же... Он сказал... Галь, он топиться собрался.
– Да и пускай себе топится, мне-то что? - раздражённо бросила Галина, - Все, отстань некогда мне, ждут меня.
И, выдернув свою руку из цепких пальцев подруги, помчалась дальше.
– Эх, Галка, Галка, - Ольга с грустью смотрела подруге вслед, - Что ж ты творишь?
***
– А я знала! Я так и знала! Говорила я тебе, дед? А? Али не говорила?! - Степанида Ивановна расхаживала взад - вперёд по комнате, не находя себе места, - Вот, доигралась! Допрыгалась! Ах ты ж, па ра зит ка этака! Опозорила нас с дедом,на все село ославила! Вот те и учеба, вот те и город! Ну я тебе ужо чичас!
Старушка схватила кочергу, двинулась на понуро опустившую голову Галину, да дед перехватил ее на полпути.
– Оставь, Стеша, будя!
– Да что ж это? Как это, Тимоша, а? Ооой, что же делать нам с ней, ой, как людям в глаза смотреть!
И она запричитала, кулем рухнула на табурет, спрятала лицо в ладонях.
– Да была б моя воля, у б и л а бы тебя, змеюка ты этака, у б и ла бы!
– Так чего ты, бвбань? Давай! Бей! Вот она я! - Галина гордо вскинула голову, сверкнула глазами.
– Ты погляди на нее, ишшо и огрызатся!
– Галка! А ну, замолчи! Уйди с глаз долой! - прикрикнул на внучку Тимофей Ильич, - А ты, Стеша, угомонись, чего ужо теперича? Надо нам с тобой покумекать, как дальше жить станем.
– А чего тут кумекать? Говорила я тебе, что принесет в подоле, а ты не верил, мол, обойдется все! Обошлося! Весной прадедом станешь!
– И пусть! Дитё - это всегда радость!
– Ага, радость! Я Бога молила, только бы сил дал нам с тобой Галку вырастить, на ноги поставить, а тут младенец! Да разве ж мы с тобой сдюжим, Тимоша?
– Сама пущай воспитыват, мы подсобим...
– Сама! Будет она, как же, держи карман шире! Мамка ее, Маринка, не помнишь разве, как нам ее приперла трехмесячную? Лиса! Маманя, папаня, идтить нам некуда, примите Христа ради! А сама и двух дней не прошло, как усвистела, токмо пятки сверкали!
Тимофей Ильич молчал, только горько вздыхал, вспоминая непутевую дочку свою.
– Чего ужо с нее теперь взять-то, царствие ей небесное!
– И эта усвистит, дай только срок!
– Не шуми, Стеша, даст Бог, угомонится девка...
– Ага! Как же!
Весь день Галинка просидела в своей комнатке, ни обедать, ни ужинать не вышла. Как бы ни хорохорилась она, а все же стыдно было ей перед дедом с бабушкой, да и жалко стариков. Они ведь все для нее, вырастили, вынянчали, все делали, а она так с ними!
А все Витька этот, будь он неладен! Предупреждали ведь девчонки, а нет, не послушала, вот теперь в семнадцать лет осталась с пузом, ни учеба не светит, ни будущего, ничего. А Витька, гад, как узнал, так только его и видели!
Вечером уже, поздно, слышит Галинка, будто кто-то камешек кинул в окошко. Выглянула - ну точно, Пашка пришел. И чего ему надо? Поглумиться над ней решил?
– Чего тебе?
– Выйди, Галь, потолковать надо.
– Так говори, бабка не выпустит.
– А ты придумай что.
– Ладно.
Вышла украдкой из комнаты, осторожно приоткрыла дверь...
– Куды?
– Так на двор, бабань, до ветру.
– Вон ведро в сенях.
– Да нехорошо мне, воздухом подышу.
– Тошнит?
– Угу
– Ну ступай. Мяты там сорви, пожуй, полегчает.
Вышла к калитке Галина:
– Ну, говори.
– В армию ухожу, послезавтра проводы.
– А мне-то что?
– Придёшь?
– Д у р а к ты что ли? Куда я? Знаешь же...
– Знаю. Галь.. Я это... Что сказать хотел. Выходи за меня замуж.
– Чего?!
– А что? Поженимся, да хоть завтра, тебе же положено со справкой, можно сразу. Я потом служить уйду, а ребёночка на меня запишешь...
– Никонов! Ты точно д у р а к!
– Соглашайся, Галь! Ну как ребенку без отца?
– А ты, значит, у нас весь такой благородный, папашей стать ему решил? Да? - Галина злобно прищурилась, - Думаешь, пожалеешь меня, так я тебе по гроб жизни потом обязана буду? Да не дождешься!
– Галь, ты чего? Я ж, как лучше... От чистого сердца! Я ж люблю тебя, Галка.
– Знаешь, что? Да катись ты со своей любовью! Понятно?
Галина развернулась и быстро скрылась в доме.
Пашка постоял ещё немного возле калитки и тоже пошел, опустив голову, к себе домой.
Не нужен он ей, давно пора было понять, а нет, все ждал, все надеялся на что-то... Вот и сегодня, думал, что хоть так Галина будет с ним, станет его женой, а она...
Да и ладно, все равно он будет ждать ее, ведь сердцу не прикажешь. Пусть говорят про нее, что хотят, ему без разницы, любую примет, любую будет любить до конца своих дней. Рано или поздно одумается Галинка, поймет, что счастье - вот оно, рядом, только руку протяни. А он подождёт, ничего, ему не привыкать.
ПРОДОЛЖЕНИЕ
Друзья, если вам понравился рассказ, подписывайтесь на мой канал, не забывайте ставить лайки и делитесь своим мнением в комментариях!
Копирование и любое использование материалов , опубликованных на канале, без согласования с автором строго запрещено. Все статьи защищены авторским правом