Усталая, с потухшими глазами, женщина стояла на перроне в ожидании поезда. Седые пряди выбились из-под чёрного платка, а опущенные плечи, как надломленные крылья, говорили о большом горе, что постигло эту женщину.
Ещё немного, и поезд увезёт её подальше от сочувствующих взглядов, которые приносят больше страданий, чем утешения, туда, где всё будет уже не так... Смысл жизни стал призрачным, как и простое человеческое счастье, которому больше не суждено случиться в её жизни. С ней навсегда останется невосполнимая боль потери.
Он был красивым мальчиком. Русые кудряшки делали его похожим на ангелочка. Девочки в детском саду старались поскорее подружиться с ним. А одноклассницы с первого класса соперничали, желая занять место за одной партой. Но Игорёк был замкнутым мальчиком. С его отцом Мария рассталась — уж слишком они были разные. Так и растила сынишку одна. Малыш понимал, что папы, как у других, у него нет. Мама была для него всем, он очень любил её и оберегал, как настоящий мужчина.
Шли годы, парень взрослел, и его детские шалости переросли в серьёзные игры. Время было лихое. Две бандитские группировки, Центровые и Заречные, постоянно боролись за власть в их небольшом городке. Волей случая и её сын был вовлечён в эти разборки. Сердце матери замирало каждый раз, когда он уходил из дома. Бывало, что пропадал на несколько дней, но возвращался. Всегда. Но не в этот раз.
Ей позвонили из больницы и сообщили, что от многочисленных побоев её сын, Курносов Игорь Михайлович, скончался, не приходя в сознание.
Её белокурый ангел, единственная кровиночка… В этой бессмысленной междоусобице она потеряла сына…
После потери сына ей всё казалось ненужным: работа, утренний кофе, ночной сон, и даже воздух, которым она дышала. Хотелось умереть. Но, будучи богобоязненным человеком, на крайний шаг она не решилась. И находиться в этом городе, где всё напоминало о сыне, было невыносимо. Продав квартиру, со всем скарбом, Мария взяла билет в сибирскую глубинку. И вот она, стоя на перроне, ждала поезд в другую жизнь.
Станция Чигуевская встретила Марию свежим солнечным утром. Выйдя из вагона, она увидела всё то же небольшое кирпичное здание. За столько лет здесь ничего не поменялось. Только стены стали более обветшалыми, и окна почти не пропускали свет сквозь мутные стёкла. Внутри так же теснились закуток начальника станции, касса и продуктовый магазинчик. Есть не хотелось, но силы нужно было как-то подкрепить. Мария купила пачку чая, сахар и буханку жёсткого, как кирпич, хлеба. Уложив покупки в сумку, она вышла со станции и Вдохнув поглубже лесной воздух, настоянный на еловой смоле, направилась в сторону посёлка.
По сути, он состоял из одной длинной улицы со старыми домами, многие из которых были уже заколочены. В заброшенном медвежьем углу непросто было выживать. Люди потихоньку бросали жильё и перебирались поближе к городу.
В раздумьях Мария добрела до крайнего дома. Остановилась и перевела дыхание. Унять трепетавшее сердце не удавалось — воспоминания детства, когда мама привозила маленькую Машу к бабушке на лето, нахлынули тёплой волной. Бабушка очень любила внучку и учила её житейской мудрости. Они вместе возделывали огород, ходили в лес по грибы-ягоды, собирали лечебные травы. Бабушка всегда напоминала девочке, что в лесу надо быть бдительной, ведь в округе бродят медведи.
Лето проходило быстро, и Маша со слезами уезжала из этого благодатного края.
Последний раз она была здесь на похоронах бабушки, когда училась на втором курсе медучилища. Дом они с мамой закрыли и много лет не приезжали. Житейская суета задвинула в дальние уголки памяти воспоминания о нём. Но сейчас именно это пристанище, хранимое духом бабушки, было ей необходимо.
С трудом открыв калитку, Мария шагнула во двор. Бурьян заполонил весь участок. Едва пробравшись через него к крыльцу, она нашарила тайник с ключом. Заржавевший замок поддался не сразу. Толкнув посильнее дверь, она вошла. Половицы жалобно заскрипели. Толстый слой пыли лежал повсюду, густая паутина занавесила туманом всё пространство дома. Без хозяйки он медленно умирал. Одиночество и скорбь, казалось, были их общей бедой...
Дни пошли своим чередом. Мария приводила в порядок дом и двор. Собирала валежник, топила печь. Постепенно жильё стало уютным и тёплым, как было при бабушке.
Любила ходить в лес, собирала ягоды — бруснику, чернику. Сушила, варила варенье. Заготавливала травы. А после дождей — по грибы. Их тут было море! Край-то богатый.
Живность Мария ещё не успела завести, но силки на зайцев ставила. Бабушка когда-то научила её делать ловушки для лесных воришек, которые порой забирались на огород.
На станции, в том крохотном магазинчике, она покупала необходимые продукты. А у соседей разжилась картошкой, капустой, да, морквой.
На природе, в деревенском труде Мария потихоньку приходила в себя. Вечерами, при керосиновой лампе, вспоминала, как вязать носки. Бабушка, когда-то, обучила её этому, но потом всё как-то руки не доходили. А тут и припасы нашлись: в сундуке лежали спицы и шерсть. Даже странно, что несмотря на время, они неплохо сохранились.
Но вязание у неё не очень получалось, спицы выскальзывали, петли убегали. В этой упорной борьбе тягучие часы пролетали быстрее, а тягостные думы отступали.
По соседству жила семейная пара с сынишкой лет семи. Муж постоянно пил и, что ещё хуже, бил жену и сына. Скандалы случались часто, но в этот раз её что-то насторожило. Отложив вязание, она подошла к окну. В полной тишине надрывно плакал ребёнок. Мария не на шутку обеспокоилась и побежала к соседям.
Опасливо приоткрыв дверь в дом, она увидела женщину, лежащую на полу в неестественной позе, всю в синяках и ссадинах, рядом, обнимая её, плакал мальчик. В соседней комнате на кровати валялся мертвецки пьяный мужчина в грязных сапогах. Мария бросилась к мальчику, чтоб обнять его и вывести из дома. Но тот оттолкнул её и выскочил на улицу.
Она едва успела заметить, как он скрылся в темноте, убегая в сторону леса. Надеясь, что мальчик вскоре вернётся, она устремилась на станцию, чтобы по телефону вызвать скорую и полицию.
Посёлок удалённый, поэтому ждать пришлось долго. Врач засвидетельствовал смерть женщины. Мужчину, пьяного и ничего не понимающего, забрали полицейские. Мария оказалась единственным очевидцем трагедии. У дома собрался народ. Участковый и жители посёлка походили по окрестностям посёлка, покричали, но не нашли малыша. Сославшись на темноту, они вскоре прекратили поиски. Взяв с Марии подписку о невыезде, полиция уехала.
Судьба маленького мальчика из глубинки никого не волновала. Начальник неохотно пообещал продолжить поиски, но только утром.
«Целую ночь ребёнок один в лесу! — Мария не находила себе места. — Как же найти его?»
Во дворе соседей надрывался пёс. Он чувствовал, что остался один и, похоже, был в панике.
«Вот! — осенило Марию. — Надо отпустить собаку. Она наверняка приведёт к мальчику».
Женщина быстро приготовила термос с чаем, собрала пирожки и, схватив верёвку и кусок хлеба, поспешила исполнить свой план. Пёс ощетинился, охраняя территорию. Но Мария спокойно заговорила с ним. Сделав шаг ближе, кинула хлеб. Голодная псина поймала его на лету и в один миг проглотила. Чуть вильнула хвостом. Мария приняла это за добрый жест и подошла вплотную.
Погладив пса по жёсткой шерсти, она отстегнула тяжёлую цепь и привязала к ошейнику верёвку. Ощутив свободу от опостылевшей привязи, пёс радостно запрыгал.
Вооружившись фонарём, она с собакой отправилась на поиски. Пёс будто понимал свою важную роль. Он кружил по лесу, втягивал воздух мокрым носом, нюхал землю и увлекал Марию по извилистой тропе.
Лес становился всё гуще. Полная луна уже едва проглядывала сквозь ветви. Но пёс уверенно шёл дальше. Наконец, он остановился и оглянулся на Марию, давая понять, что ему нужна свобода. Она отвязала верёвку и, стараясь держать шустрого пса в луче фонаря пошла за ним. Вдруг лохматый хвост нырнул куда-то вниз и раздался радостный лай.
— Нашли, — выдохнула женщина.
Она подошла к краю оврага и на дне увидела мальчика. Малыш испуганно забился подальше и, обнимая собаку, наблюдал за мельканием света от фонаря. Мария осмотрелась — совсем близко росла молодая гибкая берёзка. Изо всех сил она наклонила деревце в овраг. Стараясь не напугать мальчика, она мягко заговорила:
— Как тебя зовут, малыш?
— Я не малыш! Я Вовка! — крикнул мальчик
— Вот и молодец, Вовка, ты настоящий мужчина, если не побоялся убежать так далеко! — продолжала Мария. — Держись покрепче, я тебя вытащу. Погляди, как за тебя переживает твой друг.
Мальчик схватился за ветки, Мария потихоньку отпускала берёзку, и та, словно рычагом, потащила беглеца наверх. Обняв продрогшего мальчонку, Мария затараторила, как его верный пёс упорно искал его, какой он умный и бесстрашный.
— Да, это я его так натренировал! — гордо ответил Вовка.
Отдохнув и перекусив пирожки с горячим чаем, они отправились в обратный путь. Пёс так же уверенно, с гордо поднятой головой, довёл их до окраины леса. Увидев вдалеке дома, мальчик напрягся.
— Ну что ты? — Мария поняла, что он вспомнил о случившемся. — Маму твою увезли в больницу, а папа поехал с ней. Всё будет хорошо. А пока ты побудешь у меня, с... Как зовут твоего друга?
— Бим, — ответил Вовка.
— Вот, с Бимом, — выдохнула Мария.
Добравшись наконец домой, Мария накормила своих гостей и уложила спать.
Утром многое прояснится. Но отдавать паренька в детский дом — не дело. Как было бы хорошо, если б Вовка остался с ней...
Теперь она чувствовала ответственность за этого ребёнка.
Светало. Несмотря на усталость, Мария так и не смогла уснуть. Не давали покоя тревожные мысли. Вовка метался во сне и всхлипывал. Её переполняла жалость к малышу. Что его ждёт в жизни? Мамы не стало, отца посадят. А после освобождения сын ему будет не нужен. Мария знала, что ребёнка заберут у неё и отправят в детский дом. В один миг он лишится детства. А что потом?..
Тяжкие думы одолевали. Как же ей поступить? Мария видела только один выход, незаконный — сказать полиции, что мальчик не вернулся. Дом её стоял на отшибе, ближе к лесу, их возвращение вчера никто не видел и проверять не будут. Полиция поищет день-два, а потом поиски остановит. И они замечательно заживут вдвоём. Точнее, втроём — с Бимом.
Вовка застонал, Мария подошла к нему и коснулась лба — он весь горел. Ночная прогулка не прошла даром. И лекарств дома не было. Привыкла лечиться народными средствами. Она растёрла мальчика уксусом, напоила чаем с малиной и укутала тёплым одеялом.
Мария растопила пожарче печь и поставила варить бульон на зайчатине. Вовке нужны силы для выздоровления, и припасённая тушка пришлась очень кстати.
Громко залаял Бим. Мария выглянула во двор — пёс кидался на калитку, за которой стояли полицейские. У женщины замерло сердце — решалась судьба мальчика. Впрочем, и её тоже.
Она глубоко вздохнула. Собралась. Сделала сонный вид и, зевая и поёживаясь, вышла из дома. Во двор впускать не стала, впрочем, рычание и оскаленные зубы пса и так отбили желание у незваных гостей шагнуть в калитку. На вопрос о мальчике сказала, что вчера не видела его, а сегодня только проснулась.
Почесав макушку, начальник дал приказ поисковой группе обшарить посёлок и близлежащий лес.
Поисковики, бегло осмотрев место трагедии, направились в лес. Теперь осталось дождаться их и постараться довести задуманное до конца.
Бульон томился в печи. Она добавила в чугунок картошку, морковь, всыпала крупу. По дому поплыл аппетитный запах. Вовка спал крепким сном. Присев на табурет у окна, Мария погрузилась в воспоминания...
Когда-то её сын, такой же маленький и непоседливый проказник, с синяками и ссадинами от потасовок с ребятнёй, с бесконечными простудами — доставлял ей немало хлопот. Но она только сейчас поняла, насколько она была счастлива. В сыне была вся её жизнь.
Снова залаял Бим — поисковая группа возвращалась. «Что-то быстро они» — мелькнуло в голове. Мария поспешила выйти к калитке, чтоб порасспросить их. Начальник, уставший и раздражённый, сообщил, что поиски не увенчались успехом. Нашли только кофту. Видимо, мальчик снял её, когда отбивался от медведя. Следы крупного зверя видели недалеко от этого места. Сейчас они вернутся в отделение и будут решать, стоит ли продолжать поиски. Кругом болота, дикие звери — шанса выжить практически нет. С этими словами они ушли.
Молитвы Марии были услышаны! Вздохнув с облегчением, она зашла в дом.
Вовка проснулся. Широко открытыми глазами он осматривал всё вокруг себя и не понимал, где очутился. Чтобы ему было поспокойней, Мария позвала в дом Бима. Он с радостью кинулся к хозяину и принялся облизывать его горячие щёки.
— Твой друг охранял тебя, пока ты спал, — бодро сказала Мария. — А теперь нам всем надо пообедать.
Женщина засуетилась у стола. Достала чугунок с наваристым супом, нарезала хлеб и нашла подходящую миску для собаки. Щедро наполнила тарелки, выбрав для Вовки самый лакомый кусочек мяса, и задумчиво посмотрела в окно. Первая угроза миновала. Теперь нужно придумать, как им жить дальше.
Дни сменялись днями. Вовка потихоньку выздоравливал и привыкал к новой обстановке. На его вопросы о родителях Мария отвечала уклончиво. Мол, отец уехал далеко, на работу, а мама... Не могла она сказать о смерти матери. Поэтому придумала историю о её тяжёлой болезни и лечении в Москве. Почему в Москве? Наверное, потому, что это далеко.
Им втроём неплохо жилось. Бим охранял территорию, Мария занималась мальчиком и домом. Вовка успокоился и немного оттаял. Всё бы хорошо, но им нужно было уезжать из посёлка. Рано или поздно кто-нибудь заметит мальчонку и доложит куда следует.
И потом, Вовке уже семь лет, пора идти в школу. А для этого надо жить хотя бы в райцентре. В общем, пора собираться.
Пока мальчик был ещё слаб и много спал, Мария наведалась в полицию, попросить, чтобы с неё сняли подписку о невыезде. Если это возможно. Пришлось придумать, будто её сестра попала в больницу, и за ней некому ухаживать кроме Марии. С этим проблем не возникло.
В полиции ей сказали, что вопрос с отцом Вовки решён, всё очевидно, да он и сам во всём сознался. Мария разговорила следователя и ради любопытства, как она сказала, поинтересовалась, в какой колонии будет отбывать срок этот душегуб, и сколько лет. А также, где похоронена мама мальчика.
Не просто так Мария всё выспросила. Вовка вырастет и поинтересуется, где его родители. Она и расскажет.
Осталось собрать вещи и документы. Ей пришлось проникнуть в дом мальчика. Да, незаконно. Но что делать? Нужно взять одежду и свидетельство о рождении Вовки. Без этого его не увезти.
В кассе станции Мария купила три билета на проходящий ночной поезд в областной центр. Именно три! Не бросать же Бима здесь. Он был единственным существом из прошлой жизни Вовки, и с ним мальчик чувствовал себя более уверенно.
Следующей ночью они пошли на станцию, сели в поезд и покинули таёжный посёлок.
А рано утром приехали в большой шумный город. Люди суетились, толкались, не обращая внимания на окружающих. Машины мелькали туда-сюда, наполняя воздух выхлопными газами. Всё это очень напугало Вовку и Бима, они прижались к Марии, не решаясь шагнуть в эту круговерть. Нужно было поскорее увозить их с вокзала. Купив в киоске газету с объявлениями, Мария поймала такси.
В этом городе она хорошо ориентировалась. Когда-то в молодости жила здесь, училась, встретила любимого, вышла замуж...
Газета пестрела объявлениями о сдаче комфортабельных квартир с высокими ценами, но всё это не подходило. На окраине жильё было подешевле и они поехали туда. В крайнем случае, там можно поискать комнату. Но их поход по адресам не увенчался успехом — всё более или менее подходящее жильё было сдано.
Уставшие и голодные, они подошли к небольшому магазину. Мария оставила Вовку на лавочке, а Бима — охранять хозяина. Это было безопасно, пёс никому не даст в обиду мальчика, да, и за себя постоит.
Покупая продукты, Мария спросила продавщицу, не сдаётся ли где-то поблизости комната, но та неуверенно пожала плечами.
Что ж, надо было покормить свою команду, собраться с мыслями и придумать, где переночевать.
Пока они ели, к ним подошла женщина. Лет сорока, хорошо одетая, ухоженная. Только глаза у неё были грустные.
— Простите, я невольно услышала ваш разговор с продавщицей. Вы, похоже, издалека, и вам негде жить? — Мария встала, хотела что-то сказать, но женщина жестом остановила её и продолжала:
— Здесь, через улицу, в частном доме, живёт моя мама. Она больна. Ей нужен постоянный присмотр, а у меня семья, работа в другом городе. Несколько раз нанимала сиделок, но они норовят только урвать побольше денег, а то и обокрасть. Да и с мамой у них не ладилось. Просто не знаю, что делать... Ваше лицо мне показалось очень добрым, и ситуация у вас… — она посмотрела на сумки, стоящие на земле, на вихрастого Вовку, уплетающего бутерброд.
— У меня предложение. Может, вы поживёте с моей мамой? А я буду платить за уход.
Мария улыбнулась:
— Знаете, ваше предложение очень кстати. Но нас трое, — она посмотрела на своих...
— Это замечательно, собаки в доме нет, значит, будет охранник. А детей мама очень любит, — внуков-то редко видит. Давайте пойдём к ней, познакомимся, поговорим.
Мария собрала газету с разложенными на ней продуктами, взяла за руку Вовку, тот подхватил поводок Бима, и они пошли.
Нет, ничего не происходит без Божьего промысла. В самый отчаянный момент обязательно придёт помощь.
Мария, Вовка и Бим славно жили у Клавдии Степановны. Она очень тепло приняла новых жильцов. Мария ловко управлялась с делами, Вовка ходил в школу и приносил то пятёрки, то двойки. А Бим неусыпно нёс службу охранника.
Клавдия Степановна была потомственной учительницей, из интеллигентной семьи. Вечерами, за чашкой чая, они подолгу беседовали. Слушая увлекательные истории из жизни добродушной хозяйки, Мария не замечала, как пролетали часы. Она вновь была счастлива. На грани, за которой, казалось, уже нет жизни, она снова обрела семью: сына, маму, дом и верную собаку.
Автор: Ольга Куликова
Источник: https://litclubbs.ru/articles/66192-marija.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: