Сын плохо спал уже третью неделю. Засыпал с криком, просыпался через 40 минут, всю ночь на руках — как на качелях. Мы с мужем ходили, как привидения. Я записывала всё в блокнот: когда уснул, как долго спал, что, сколько бодрствовал. Искала хоть какую-то причину. Хоть что-то. Тётя Лена приехала “помочь”. Привезла пирог и уверенность, что только она знает, как правильно. — Его сглазили, — заявила она, едва взглянув на сыночка. — Я таких видела сотни. У соседки тоже внучка во сне визжала — потом бабка пошептала, водой побрызгала, и всё прошло. Я сказала, что думаю, причина в накопленной усталости. Потому что дневной сон сбился. И малыш, возможно, перегуливает.
Она усмехнулась: — Вы всё книжки читаете, интернеты свои. А вон я — троих вырастила. Ни консультантов, ни режимов. Всё по наитию. Я промолчала. Хотя хотелось ответить, что “по наитию” — это как повезёт. А я хочу понимать, а не гадать. Через день она снова приехала. Без предупреждения. С чужой женщиной.
— Это баба Нина. Мощная. Н