Анастасия Олеговна смотрела в окно своей квартиры под номером 1204, созерцая ослепляющий морозный рассвет над заснеженным мегаполисом с высоты птичьего полета. Этот величественный небоскреб из 607 этажей поднимался ввысь на 1961 метр и был самым первым и самым высоким среди прочих построенных в метрополии и носил гордое название «Башня Гагарина».
Анастасия уже допивала свой ароматный чай как зазвонил зеленый телефон, диск которого почему-то напоминал блюдце из бабушкиного чайного сервиза.
«Наверняка что-то стряслось на работе» — подумала Анастасия — «разумеется, ведь сегодня среда, а в среду всегда происходит что-то странное». — пробормотала она вслух, поднося трубку к уху.
«Вы это всерьез? Любопытно. Нет, я сама возьмусь за это, звучит все это диковато и загадочно, но я все выясню».
Анастасия Олеговна одна из лучших следователей метрополии и всегда предпочитала браться за сложные дела, будь они даже не такими масштабными и перспективными для карьерного роста. Ей просто было скучно заниматься рутинными преступлениями. Как говорил всегда её отец: «Растрачивать такой талант по пустякам - неслыханное кощунство», а пустяками он называл все, что не испортиться, если вовремя не доесть.
Анастасии предстояло раскрыть преступление, которое подвергло всю милицию в замешательство.
Мужчина, по имени Иван Михайлов, проснулся одним утром в своей квартире в смятении обнаружив, что его миндалины полностью были вырезаны. Вместо обычных желез, находившихся в его горле, сейчас был прямо таки войд Волопаса.
Анастасия за доли секунд стала одержима загадкой этого преступления. Зачем кому-то понадобились гланды несчастного? Кто мог бы совершить такое жестокое действие? Неужели в метрополии появился серийный маньяк-хирург. А может гражданину Михайлову всего лишь пришлось тяжело после наркоза и он просто не помнит как сам обратился к врачу? Может трансгуманист фанатик?: “Нет…пожалуй все таки стоит проверить версию с больницей, чтобы убедиться, что дело стоит свеч и это не очередной работяга любящий подвыпить и все забыть после тяжелой трудовой недели.”
На первый взгляд может показаться, что Анастасия Олеговна пренебрежительно относиться к пострадавшему, но бутылки в гостевой комнате говорили явно о том, что гражданин Михайлов любит “почитать классиков”. Однако на удивление, квартира пострадавшего была чистой и опрятной,, да и красивая полка с настоящей классической литературой так же радовала глаз. Вероятно, пострадавший - не изнуренный работяга-заводчанин, а творческая личность…
“Гражданин Михайлов, вы проживаете один?” — с ноткой сомнения спросила Анастасия Олеговна, может некая дама сердца наводит порядок и читает литературу. Иван не способный четко и ясно отвечать из-за боли, ставшей результатом незапланированной «операции» кивнул головой, слегка нахмурив брови. “Понимаю вам тяжело говорить, но если вам действительно вырезали гланды без вашего согласия, дело безотлагательное, возможно мы имеем дело с серийным маньяком или может группировкой трансгуманистов, — Михайлов аккуратно потер себе горло с недоумением на лице — поэтому — продолжила Анастасия — вам придется много писать. Предпочитаете листок и ручку или же машинную печать? Гражданин Михайлов указал на свой письменный стол, где находилась печатная машинка с недописанным текстом и куча мятых листков вокруг неё: “Похоже, наш пострадавший пытается создать произведение искусства” — подумала Анастасия собрав пазл об алкоголе, книгах и удивительной аккуратности пострадавшего, даже уже пустые бутылки были упакованы в специальный контейнер для переработки стекла.
Она вытащила из своего портфеля портативную пишущую машинку и протянула его Ивану, но он вытащил листок из печатной машинки, стоящей на его письменном столе, собрал еще пару листков со стола, аккуратно сложил в стопку постукивая ей по столу, чтобы выровнять листки, положил в папку и наконец протянул уже написанное показание следователю. «Весьма предусмотрительно, Иван Романович. Я ознакомлюсь с вашими показаниями, если у меня возникнут вопросы, я вам напишу, ваша печатная машина подключена к телеграфу?” Михайлов четко кивнул, словно пианист, который отыграл партию Вагнеровской Рапсодии N2 Ференца Листа.
— Если вдруг, вы еще что-то вспомните можете также по телеграфу сообщить мне. Мой код 108 — добавила Анастасия протянув гражданину Михайлову свою контактную карточку. Она уже собиралась уходить, как резко в её светлой голове, в буквальном и переносном смысле этого слова, возник вопрос: «Иван Романович, а вы ходите в поликлинику по месту вашего проживания?». Гражданин Михайлов приподнял брови, слегка улыбнулся и рукой указал на листок. На этот вопрос Иван Михайлов уже ответил в своих показаниях. Анастасия сморщила подбородок, так как только умеет делать она: «Иван Романович, если вы все таки допишите свой роман, а он явно детективный, я буду первая в очереди за книгой! И попрошу вас никуда не уходить, к вам скоро подъедет медгруппа, чтобы осмотреть вас».
Выйдя на улицу, Анастасия подключила свою портативную пишущую машинку «ППМ Заря - 1», следователи его назвали просто «ПМ», к телеграфной станции и отправила сообщение своему роботу - помощнику ПТР-3, чтобы тот прибыл к поликлинике, которую посещает Иван Михайлов и загрузил все данные о пострадавшем.
ПТР-3 – это Патрульный Тяжелый Робот, в простонародье «Петруха», который предназначен для сопровождения следователей на задании, не только в целях защиты, но и для помощи в расследовании. Огромная база данных и мощные вычислительные способности, часто облегчают работу следователей. Однако в это утро, Анастасия Олеговна обошлась без него, что конечно же не по уставу, но дело было неотложным, да и дома были почти соседними.
По дороге в поликлинику у Анастасии Олеговны было достаточно времени, чтобы ознакомиться с показаниями гражданина Михайлова. Он указал, что незадолго до происшествия посещал ЛОР-врача и ждал результаты анализов и заключение. «Неужели, пострадавший вовсе не пострадавший, а пациент, который тяжело перенес наркоз» – удрученно пробормотала Анастасия, надеясь, что дело все таки по-настоящему запутанное.
«Смею вам напомнить, Анастасия Олеговна, что по протоколу вам запрещено перемещаться по городу в служебное время без моего сопровождения» – холодным голосом сообщил ПТР-3, передавая папку с документами о Иване Михайлове следователю. «Не будь занудой, Петруха» – нахмурив брови, но добродушно ответила Анастасия, вырвав папку с документами из металлических рук робота. «На какой нам этаж?» – с детским любопытством спросила Анастасия Олеговна. Петруха не стал отвечать, а просто вырвал небольшой листок из груди (в него была встроена портативная пишущая машинка) с надписью «8» и демонстративно передал Анастасии. «Петрушка-Петрушка, какой же ты ранимый у меня».
Когда двери лифта распахнулись, ПТР-3 получил радиосообщение. В нем говорилось , что анализы товарища Михайлова чуть ли не идеальны, а операция была проведена настолько филигранно, что нет сомнений в том, что она была сделана в стационарных условиях с использованиям современного углеродного СО-лазера. А судя по состоянию ротовой полости, с момента операции прошло несколько дней.
Анастасия Олеговна, держа в руках папку с документами, замерла на мгновение. Ее взгляд скользнул по холодному металлическому корпусу ПТР-3, который, казалось, излучал недовольство. Но сейчас было не до его капризов. Информация, которую они только что получили, не сходилась с показаниями Михайлова. Если операция была проведена несколько дней назад, почему он утверждал, что проснулся только сегодня утром с отсутствующими миндалинами?
— Петруха, — резко повернулась она к роботу, — ты уверен, что данные точны? Никаких ошибок в анализе?
— Данные подтверждены трижды, — сухо ответил ПТР-3. — Операция была проведена три дня назад. И, судя по всему, в частной клинике, которая не зарегистрирована в городской базе.
Анастасия почувствовала, как по спине пробежал холодок. Частная клиника, не зарегистрированная в системе? Это звучало как начало чего-то гораздо более масштабного, чем просто странное преступление. Она быстро пролистала документы, пока ее взгляд не остановился на строке, которая заставила ее сердце учащенно забиться.
— Петруха, — она подняла глаза на робота, — здесь указано, что анализы Михайлова были отправлены на экспертизу в лабораторию, которая... закрылась два года назад. Как это возможно?
ПТР-3 молчал. Его процессоры, казалось, работали на пределе, пытаясь найти логическое объяснение. Но Анастасия уже знала, что это не просто ошибка. Кто-то намеренно подделал документы, чтобы скрыть следы. Но кто? И зачем?