Партнеры по команде были недовольны.
В июне 2025 года бывший тренер сборной СССР по метанию ядра Станислав Возняк дала большое интервью обозревателям «СЭ» Юрию Голышаку и Александру Кружкову в рамках нашей рубрики «Разговор по пятницам». В отрывке ниже — рассказ Возняка о сестрах Пресс, борьбе между Седых и Литвиновым и Олимпиаде-80.
Сестры Пресс — несчастные женщины
— Были в ваше время и другие звезды. Сестры Пресс, например.
— Самое светлое впечатление!
— Общались тесно?
— Особенно с Ириной. Я работал руководителем комплексной научной группы по всей легкой атлетике. Не только по метаниям. Переехали на стадион «Динамо». С Ириной Пресс общались несколько раз в неделю. Она была начальником управления. А у Тамары Пресс я был даже оппонентом на защите кандидатской диссертации. Выступал на ученом совете.
— Потрясающе.
— Она сама попросила меня оппонировать. Защитилась блестяще.
— Было бы желание — могли завалить?
— Нет. У нее все было грамотно.
— А банкет?
— Я на банкет не остался. Зато как-то с женой пригласила меня к себе на Ленинский проспект. Очень приятная квартирка, занавески такие милые.
— Если уж говорить начистоту, сестры Пресс — две несчастные женщины.
— Все так.
— Семьи не было ни у одной, ни у другой?
— Не было.
— Сестры хоть съехались в конце жизни?
— Нет. Хоть между собой ладили.
— Я как-то приехал в Питер к Галине Зыбиной, великой метательнице, олимпийской чемпионке 1952 года. Она выражалась просто: «Сестры Пресс — мужчины».
— Нет... Как бы вам сказать? У меня были очень хорошие отношения с Сашей Барышниковым, Надей Чижовой. Это тренеры сестер Пресс. Мы в Эшерах часто встречались. Наша-то база была в Леселидзе, но спорткомитет заставлял ездить и в Эшеры. Хотя там болотистое место. Метать молот там невозможно — уходит в ил! Каждый раз надо вытаскивать!
— Еще и не всегда вытащишь, наверное.
— В том-то и дело. Я категорически отказался туда ездить. А Валентину Сычу, который курировал легкую атлетику и представлял меня как главного тренера весной 1977 года, я сказал в Леселидзе: «Только здесь будем работать!»
— Так что с сестрами Пресс?
— С Чижовой и Барышниковым мы контактировали постоянно. Но ни разу не зашел разговор про сестер Пресс! Ни-ког-да! Но от некоторых спортсменов можно было услышать негатив в отношении Пресс. Что уж скрывать.
— Нина Пономарева, обладательница первой золотой олимпийской медали в истории СССР, их ненавидела.
— Нина своеобразный человек. Мы часто встречались... Говорила так: «Стасик, я с ними за один стол не сяду». Я спокойно отвечал: «Ну, не сядешь — и не садись». У них тяжелая судьба, поверьте. Говорил всем, кто на Пресс шипел: «Они нас защищали. А теперь вы поднялись на их уровень — и так относитесь...»
— Женщины из сборной даже не здоровались с ними?
— Ну.. Всякое бывало. Не показывай, будь выше этого! Ты же первая олимпийская чемпионка Советского Союза, дружочек ты мой! А Нина вот так себя вела.
— Галина Зыбина тоже слышать не могла про сестер Пресс.
— Галя тоже своеобразная натура. За что любить, если соревновалась с ними? Шли сантиметр в сантиметр?
— Я не могу понять — они и не мужчины, но и не женщины.
— По науке все объяснимо, а по-людски — сложно. Несчастные люди, что говорить.
— Будь ваша воля — допускали бы таких до женских соревнований?
— Сейчас — нет.
— В какой-то момент ввели гендерный контроль — и все спорные фигуры разом отвалились?
— Совершенно верно. Не только у нас. Сразу сошла румынка Балаш, прыгунья в высоту.
«Не будем говорить Литвинову, что побил мировой рекорд»
— Самый фантастический полет ядра или молота, который вы видели в своей жизни? На который смотрели, словно на волшебство?
— Был такой случай. Подольск, год... наверное, 84-й. На тренировку пришел Сережа Литвинов. Делает один бросок, другой. Я глазам не верю! Чувствую — как-то очень сильно полетело!
— Ну и?..
— Проверяем... Оба превышают мировой рекорд, что-то около 87 метров!
— Ого.
— Мировой рекорд был 86,60. Мы должны были выезжать на чемпионат Европы. Замеряем, переглядываемся с помощником — и он шепотом мне: «Не будем Литвинову говорить». Так и не сказали. Но это была фантастика.
— Ну и как он выступил на «Европе»?
— Там был очень сильный немец Штойк. Но Серега оказался на голову сильнее.
— Не задумались — в этом случае все было чисто по части допинга?
— Там точно все было чисто.
— Литвинов — великий спортсмен. На уровне гениального Юрия Седых.
— Там ситуация уникальная. Вообще-то, они друг друга стоили. Но если Седых в круге, Литвинов никогда его не обыграет. Если Юрки нет — Сережа может выиграть любые соревнования.
— Комплексовал перед ним?
— Думаю, да. Помню, выехали в Шотландию. Где и зародилось когда-то метание молота. За одно соревнование — трижды рекорд мира! То Седых, то Литвинов!
— Кто выиграл?
— Седых. Это было что-то колоссальное. Вот представьте — полный стадион на метании молота! А как они боролись на московской Олимпиаде! Это напряжение не передать, я даже сейчас вздрагиваю...
— Выиграл Седых?
— Да. Вообще-то, молот — самая престижная дисциплина у метателей. На Олимпиаде-80 весь пьедестал был наш. Юрка Седых царил!
— Вот это человек был уникальный!
— Не то слово. А по характеру какой золотой! Добрый, даже ласковый. Работяга. Как ребенок для меня.
— Умер во Франции не так давно. Совсем молодым человеком.
— Да, мы с Седых встречались там в 2005 году, на чемпионате мира. Наташка Лисовская, его жена, тоже там была. Но ее не видел. А с Юрой прекрасно пообщались. Да и с главным его конкурентом, Сережей Литвиновым, тоже долго разговаривали. Я не поверил, когда сообщили, что Седых умер!
— Я до сих пор поверить не могу.
— Он совершенно не собирался умирать, прекрасно выглядел. Сереги Литвинова тоже нет. Как и Юри Тамма, Никулина, Володи Киселева... Не пьяницы какие-то, нормальные мужики. Непомерные нагрузки, адские! Видели бы вы, как они работали!
— Как это выглядело? Маленький пример — чтоб все поняли?
— За тренировку человек делал до 30 бросков молота.
— Сколько весит молот?
— 7 килограммов 260 граммов. Центробежная сила в бросках за 60 метров доходила до 250 килограммов, а к 80 метрам еще возрастала. Такое разве пройдет бесследно? Спина почти у всех отказывала. Серега Литвинов жаловался еще на ноги.
— Количество покойников ужасает. Вот я думаю: а не последний ли вы живой главный тренер с Олимпиады-80?
— Из легкой атлетики никого нет. Я один.
— Такие спортивные были люди — и все поумирали. Как странно.
— Для меня это тоже необъяснимо. Витольд Креер, тренер сборной СССР по прыжкам, умер лет пять как. Саша Ушаков, тренер сборной по многоборью, тогда же. Юры Тюрина, тренера сборной СССР по бегу, давно нет. Самым первым ушел Валентин Чистяков, тренер сборной СССР по барьерному бегу. Через два года после московской Олимпиады погиб.
— Что случилось?
— Из Москвы ехал в Саратов на своей «Волге». Заснул и ухнул куда-то в пропасть. Там и нашли. А! Жив еще Ким Буханцов!
— Это легенда. Ему тоже лет девяносто?
— 93. Мы с Кимом перезваниваемся. Но вот в ноябре не смог его поздравить с днем рождения. Сначала говорят: «Приедет — мы передадим, что вы звонили». Набираю через месяц: «Он занят, звоните потом». Твою ж мать! Думаю: что случилось? Если живой — мне точно ответил бы. Если нет — наверное, сказали бы...
— Конечно.
— Янис Лусис, выдающийся метатель копья, умер пять лет назад. Анатолий Бондарчук, воспитавший Юру Седых и Юри Тамма, давно в Канаде. Контакта нет.
— Самый удивительный характер среди метателей?
— Юри Тамм. Какой-то уникум. Его папа привел на тренировку к Толе Бондарчуку в Киеве: «Парень здоровый, научи его кидать молот». Пошел, пошел, пошел... Стал в Союзе одним из сильнейших!
— Чемпионство на Олимпиаде не вытянул?
— Нет, брал только бронзу. В Москве и Сеуле. Потом уехал в Эстонию, на родину — заседал в парламенте, был вице-президентом олимпийского комитета. Но не выдержал, не смог там жить. Все-таки столько жил среди советских спортсменов. Вернулся в Киев. А умер в 64 года.
— В Эстонии жить сможет не каждый.
— Вот был Дайнис Кула, выиграл московскую Олимпиаду в копье. Что он, что его тренер Марис Грива — люди замкнутые, неговорливые. Такие, себе на уме. Хотя встречались как-то в Финляндии — обнимают. Говорят, что любят.
«У немцев в 80-м заиграло очко»
— Перед Олимпиадой-80 от большого начальства были накачки?
— Не поверите. Вообще не было!
— Вас вообще оставили в покое?
— Каждую неделю Сыч нас принимал — отчитывались. Говорили не только о наших спортсменах, но и о зарубежных. За разведку отвечала Елена Кайтмазова из ВНИВКа. Всю информацию за границей отслеживала и мне передавала. Я знал уровень своих ребят и их соперников. Но в спорте-то что решает?
— Что?
— Мелочи!
— Золотые слова.
— Почему немцы дрогнули в метаниях на московской Олимпиаде? Они ведь были сильнейшими в мире в толкании ядра, метании копья и диска! Уве Хон, мировой рекордсмен в метании копья, проиграл вдруг Дайнису Куле. Илона Слупянек из ГДР — сильнейшая в мире толкательница ядра!
— Неужели тоже проиграла?
— Выиграла. Но результат — намного ниже собственных возможностей. Вольфганг Шмидт, метатель диска, мировой рекордсмен.
— С ним что?
— Проиграл нашему Виктору Рощупкину. Вот тебе, пожалуйста!
— Есть объяснение?
— Очко заиграло.
— Сколько платили главному тренеру сборной СССР в 80-м году?
— Зарплату я получал не в спорткомитете, а у себя в институте — 420 рублей. Пока не улетел в Чили.
— Знаменитый футбольный тренер Герман Зонин до последних дней ходил в спортивном костюме, который в 1972 году получил как главный тренер сборной СССР. Синий такой, с гербом. У вас что-то осталось от тех времен?
— Недели три назад меня пригласили в ГЦОЛИФК. Я им подарил парадную форму. Белый пиджак, белые брюки.
— С гербом?
— А то! Еще у меня были два герба и буквы СССР из фетра. Такие, будто валенок. Тоже отдал. Говорят, все оформят в музее как надо.
— Выпросили у вас? Или сами решили отдать?
— У меня там сын, Олежка, работал. А внук Даниил сейчас там же учится на последнем курсе. Занимается керлингом. В аспирантуру собирается. Здоровее меня парень!
— Главное, что помнил тот белый пиджак?
— Я в 80-м году на параде в нем шел — фотографии остались!
— Не жалко было отдавать?
— Нет. Есть у меня одна вещица, сыну передал на хранение. Сейчас думаю: надо б отдать Наташе Лисовской, вдове Юры Седых. Они ж оба мировые рекордсмены. Когда-то на монетном дворе специально для них отлили огромные именные медали.
— Так и не передали?
— С Юрой увиделся в 2005 году в Париже. Говорю: «Есть вот такие медали. Будешь в Москве — позвони, отдам». Он, знаю, приезжал, но мы не встретились. Потом вдруг Юра умирает. Сын связался с Лисовской, уже ей говорит: «Наташа, эти медали у нас. Будешь — забери!» Но так и не позвонила. Я думаю: елки зеленые, что ж они валяются? Надо в какой-то музей отдать!
Читайте также:
- «Русские много пьют? Вы не видели за столом шотландцев. Страшные люди». Мнение экс-футболиста «Манчестер Сити»
- Многодетные мамы или красавицы-спортсменки? Как выглядели звезды спорта после рождения детей