...Продолжение, предыдущая часть здесь: https://dzen.ru/a/aEa6EGvEnjRy_opX
Эпизод №22
В тот день город был как после похорон. Мокрый, мрачный, будто пережил что-то, о чём старается не вспоминать. Люди ходили тише, смотрели настороженно. Газеты молчали. Руби была мертва. МакГуайр исчез. Фелпс — официально пропал. Хейлс под следствием. А я… Я снова был у себя, в кабинете, с видом на стену, облепленную туманом и сажей. Кто-то зажигал сигарету, кто-то нажимал спусковой крючок — и оба чувствовали себя частью этой гнилой машины под названием Город.
Я налил себе. Последний остаток виски, мутный и крепкий, как воспоминания. Под радио шёл старый блюз. Голос чернокожего певца сквозил усталостью и отчаянием. И в этом было всё, что я чувствовал. Я потерял больше, чем надеялся сохранить. А выиграл — то, от чего теперь не мог избавиться.
Правда.
Где-то на дне я знал, что опубликовать материал было правильным решением. И всё же, эта правда не сделала мир лучше. Она просто открыла новую дверь. Туда, где стояли те, кто ждали, пока старые акулы уйдут, чтобы занять их место.
Зазвонил телефон. Старый, тяжёлый аппарат с металлическим звоном, от которого внутри всё замирало. Я поднял трубку.
— Это Риверс, — сказал женский голос. Чистый, холодный. — Из окружной прокуратуры.
Я знал имя. Моника Риверс. Холодная, как январский лёд, умная, как западная пресса, и амбициозная, как мэр в год выборов.
— Вам лучше прийти. Сейчас. Один. И без записей. Мы должны поговорить. О вас. О Руби.
Я повесил трубку, накинул пальто и пошёл. Внизу шёл дождь. Каждая капля, как шаг к чему-то большему. Или — последнему.
Прокуратура располагалась в новом здании на Бэй-Сентрал. Мрамор, стекло, металлоконструкции. Здесь всё было холодно — от пола до взглядов. Риверс ждала меня в конференц-зале. Без охраны. Без журналистов. Только она и папка на столе.
— Садитесь, мистер Рено, — сказала она, не поднимаясь. — Я долго думала, звать вас или нет. Но… мы оба понимаем: кое-что осталось за кадром.
Я сел.
— Вы о Руби?
— И о ней тоже. Вы ведь знали, что она собиралась уехать?
— Она оставила мне письмо. И досье. Всё, что у неё было.
— А может, не всё.
Она открыла папку. Там была фотография. Руби. В аэропорту. За три часа до того, как нашли её тело.
— Вы уверены, что она не встречалась ни с кем в последние часы?
— Уверен, что нет. Она пришла ко мне. Ушла. Я не следил.
— Мы проверили камеры. За ней шёл человек. Не ваш друг Риггс, не один из людей Фелпса. Новый игрок.
Я замер.
— Кто?
— Мы не знаем. Но он появляется на других съёмках. Вокруг других людей, причастных к Clyde Holdings. Похоже, после того как ваша публикация ударила по верхушке, кто-то решил собрать оставшиеся куски.
— И что вы от меня хотите?
— Помощи. Вы знаете город. Людей. Вы уже зашли дальше, чем мы. А теперь — всё только начинается.
Я усмехнулся.
— Вы хотите, чтобы я снова нырнул в болото? После того как едва выбрался?
Она наклонилась вперёд.
— Не вы один. У нас мало времени. Пока в мэрии думают, как удержаться на плаву, мы должны найти тех, кто готовит ответный удар. Иначе выжившие станут ещё хуже тех, кто пал.
Я смотрел в её глаза. Там не было сочувствия. Только необходимость. Бездушная, холодная. Как сам закон.
— Что в этом для меня?
— Защита. Информация. И, возможно, шанс всё-таки закончить то, что вы начали.
Я встал.
— Я подумаю.
— У вас сутки, — сказала она. — После — вы сами по себе. И город тоже.
Я вышел на улицу. Дождь не прекратился. Я чувствовал, как вода стекает по воротнику, пробираясь под рубашку. Мир снова стал мокрым и враждебным.
Я ехал назад, не включая радио. Мимо проносились лица, машины, уличные фонари. И в каждой витрине, в каждом окне я видел призрак Руби. Как будто она всё ещё здесь. Как будто она — предупреждение. Или напоминание. О том, что даже когда ты выкладываешь все карты, есть кто-то с новой колодой.
В офисе всё было на месте. Я налил виски. Сел. Посмотрел на фото на стене — старое, потёртое. Там мы с Риггсом, с сигаретами и глупыми улыбками. Мы тогда думали, что всё ещё можно спасти. Что правда — это цель. А не путь к смерти.
Я открыл конверт, который оставила Руби. Внутри, под бумагами, был ещё один лист. Я раньше не заметил. Там был адрес. Заброшенное здание у причала. И дата. Сегодняшняя. И время — 23:00.
Я посмотрел на часы. Было 21:45.
Я снова надел пальто. Снова взял пистолет.
Потому что есть вещи, которые не ждут.
А если ты не приходишь — они приходят за тобой.
И я знал — в этот раз всё будет иначе. Или не будет уже ничего.