Банк России принял решение снизить ключевую ставку с 21 до 20% годовых, поскольку текущее инфляционное давление продолжает снижаться.
Размером снижения недовольны промышленники: как отметили в телеграм-канале Московского экономического форума («МЭФ. Экономика для людей»), «если в криокамере сделать температуру на один градус теплее, то сильно ли там изменится климат?» Самим фактом снижения недовольны свидетели секты таргетирования инфляции, которые считают, что инфляция еще недостаточно зажата. Не проявил благодарности и финансовый рынок: сразу после решения ЦБ начали падать и акции, и облигации.
Спрос, по версии ЦБ, все еще чрезмерен: «внутренний спрос по-прежнему опережает возможности расширения предложения товаров и услуг», говоря словами ведомства. Однако российская экономика постепенно возвращается к траектории сбалансированного роста. При этом в своем пресс-релизе ЦБ ни разу не упомянул снижение производства, особенно заметное в отраслях, где нет влияния оборонки (об этом ниже). Как можно говорить о сбалансированном росте и ни разу не упомянуть фактор предложения — производства, по-прежнему один из вопросов к политике регулятора.
В целом пресс-релиз Банка России вызывает очень неоднозначные ощущения. Если судить по предыдущим заседаниям, то текущих показателей должно было хватить только на то, чтобы ставку не повышать. О понижение, даже столь незначительное, речи бы не шло.
Более того, несмотря на понижение ставки, основная риторика пресс-релиза осталась довольно жесткой. Напрямую говорится, что Банк России будет поддерживать такую жесткость денежно-кредитных условий, которая необходима для возвращения инфляции к цели в 2026 году, и не исключает даже повышения ставки на следующих заседаниях. Создается ощущение, что правительство и представители промышленности вынудили ЦБ снизить ставку, а заготовленный пресс-релиз на Неглинной поменять забыли — или не сочли нужным. Дополнительное правдоподобие этой теории придает то, что это заседание должно было стать проходным: на нем серьезные решения принимать не собирались. Важным будет следующее заседание, 25 июля, когда будут обновлять среднесрочный прогноз.
В своем недавнем докладе на форуме «День предпринимателя» в Тюмени руководитель направления анализа и прогнозирования макроэкономических процессов, заместитель генерального директора ЦМАКП Дмитрий Белоусов в качестве системообразующих экономических факторов выделил в том числе вхождение большинства отраслей, не связанных с ОПК, в стагнацию (если не в рецессию) и торможение динамики инвестиций из-за чрезвычайно высокой реальной ключевой ставки. Кстати, о динамике инвестиций в релизе ЦБ тоже ничего нет.
По данным Дмитрия Белоусова, если рассмотреть динамику выпуска промышленности без секторов с доминирующим присутствием ОПК, можно говорить о переходе к рецессии. Объем производства гражданской продукции в первом квартале снижался на 0,8% в месяц (в том числе в марте — на 1,1% к предыдущему месяцу; сезонность устранена). В результате уровень выпуска достиг наименьших с апреля 2023 года значений.
Более того, если посмотреть на факторы, ограничивающие рост в обрабатывающих производствах по версии ЦМАКП, то первое место занимает неопределенность экономической ситуации, второе — дефицит спроса (!) на внутреннем рынке и высокий процент по кредитам и только третье — нехватка кадров. То, что кадровые ограничения стали менее важными, чем ограничения спроса, по мнению представителя ЦМАКП, напрямую противоречит установке Банка России на борьбу с «перегревом спроса» за счет высокой ставки. В самом ЦБ, кстати, подтверждают, что, по данным опросов, доля предприятий, испытывающих дефицит кадров, продолжает снижаться.