Меня давно интересует не просто смерть как факт, а смерть как культурное и визуальное явление. Что мы видим, когда думаем о ней? Как разные культуры говорят о ней через образ, через форму? Я стараюсь найти ответы на эти вопросы в своей художественной практике. Визуальный язык памяти — мой способ говорить о конечности и ценности жизни.
Мои проекты — это не просто эстетические высказывания. Это попытка создать пространство, где смерть можно не бояться, а наблюдать, осмыслять, проживать.
Почему я говорю о смерти через дизайн
Мне всегда казалось странным, что в повседневной культуре о смерти либо молчат, либо кричат. Но между молчанием и паникой есть ещё множество форм: ритуалы, знаки, предметы, архитектура. Именно повседневные объекты как носители памяти дают нам доступ к глубоким пластам смысла. Они не пугают, а возвращают — к мысли, к чувствам, к памяти.
В моей работе важную роль играет дизайн и тема смерти — я исследую её через визуальные метафоры, которые появляются в разных религиях, ритуалах, бытовых жестах.
UCMP
Один из моих проектов — экспериментальный шрифт, построенный из костей. Этот шрифт стал для меня способом визуализировать то, что обычно скрыто: структуру, уязвимость, хрупкость. Кость — это то, что остаётся, когда исчезает плоть. Это то, что нас объединяет, независимо от культуры, пола, возраста.
Работая над шрифтом, я поняла, что даже такой абстрактный элемент, как текст, может нести в себе память. Визуальные метафоры смерти могут быть буквальными, но при этом поэтичными. В этом — их сила.
Исследование: влияние культурных особенностей на отношение к смерти
В другом проекте я собрала визуальные образы смерти из разных культур — от католической до буддистской. Меня интересует, как религии оформляют опыт утраты. Какими символами пользуются, какие цвета выбирают, какие архитектурные формы предпочитают. Это исследование стало визуальной картой, в которой каждая точка — это способ быть ближе к собственной конечности.
Эти образы часто объединяет спокойствие. Архитектура и память поколений в них неразделимы. Места смерти — кладбища, мавзолеи, храмы — устроены не как финал, а как продолжение. Это изменило моё отношение к концу жизни: я начала видеть в нём форму.
Балкон как образ памяти
В серии работ «Балконы» я обращалась к городскому пространству. Балкон — это граница между частным и публичным, между домом и улицей. И в каком-то смысле — между жизнью и смертью. Я рассматриваю балкон как образ памяти: как форму, где концентрируются поколения, бытовые детали, шум и тишина.
Мне интересно, как повседневные объекты могут нести культурную память, и балкон — один из самых ярких примеров.
Что я хочу сказать через свои работы
Я не боюсь говорить о смерти. Я боюсь не замечать, как проходит жизнь. Через свои проекты я пытаюсь показать, что смерть не должна быть вытеснена из визуального поля. Она может быть красивой, тихой, глубокой.
Через визуальный язык памяти я учусь говорить с собой и со зрителем. Без шока, но с вниманием. Я не создаю памятники, я создаю пространство, где память может жить — через объекты, через знаки, через кости, шрифт, балконы.